Второй шанс для старушки.

-Съедобен конечно, но их больше для господ подают. С ловлей зорков, только лучшие охотники могут справится. Погоди, а цветы то собрала? Отложив освежевание зорка, вперилась в меня старушка.

-Я собрала, все, что были пригодны, остальные смешаны с землей, там и цветов то особо не было. Корзина в подвале.

-Эх. Вздохнула женщина. А какие планы у меня на эту полянку были. Жаль. Ну да ладно. Тут вот зорка щас разделаю, с него на два золотых как минимум соберем. Рога то вон какие большие, да и шерсть длинная. Видать старенький был. Повезло что при смерти. Взрослые зорки на людей нападают, особенно если гнездо рядом. С ними очень справится сложно. Даже охотники не все с ними справляются. Поучала старушка меня. А я вспомнила про гнездо в комнате, пока Маша предвкушала момент пробы деликатеса.

-А чем кормят зорки своих малышей?

Мария даже замерла. Медленно подняла на меня глаза, прищурилась.

-А скажи ка, милка моя, ты не притянула домой и гнездо с зорчатами?

-Ой, ну ладно, притащила. Что теперь? Она вон перед смертью так плакала и с ними прощалась, что пришлось пообещать о них позаботиться. Она как сверкнула розовым цветом и умерла. Я сначала испугалась, но гнездо не кинула, пришлось и ее забрать, и их. В комнате у меня лежат.

-Розовым говоришь? Молодец зверь. Передала опеку над ними тебе. Теперь они будут думать, что ты их мамка, не помрут. Как повезло то нам. Сколько там малышей?

-Вроде с десяток.

-Да ты что? Снова счастливо засияла старушка, сложив рученки в молебном жесте.

-Ты представляешь сколько мы в будущем сможем заработать на них?

Она закончила разделывать тушку, уложила в коробку и пошла в подвал, напевая что-то радостное себе под нос. Чуть ли не пританцовывая.

-Надо покушать, крикнула ей в спину. -Иди зови своего больного есть. А то за даром трудится.

Вскоре вошли вдвоем на кухню и принялись намывать руки. Мария все бурчала, что некоторые личности не дают спокойно поесть, без предварительных обрядов с водой. На что тут же сама отвечала, «да-да, знаю, дабы избежать в дальнейшем проблем со здоровьем», лучше сейчас себя обезопасить, как будто этого в академии не преподают. Так под ее бурчание мы и сели за стол. Тим по началу побаивался что-то брать. Пришлось наложить на большое блюдо, всего и побольше, что б он не стесняясь, мог нормально покушать.

Гость и его служка до вечера нас не беспокоили и сами не появлялись. Нам и легче. Тим переложил все кирпичи в стопку к стене, вычистил четыре стойла, что были в конюшне, отправил лошадь в одно из них, настелив соломы. Принес сена и овса, на что довольный конь, пофыркивая, принялся жевать.

Где ж ты всему научился? И распряг и убрал. Вроде малец, а уже молодец. Усмехнулась рифме я.

-Мы с детства бегаем в помощь по городу. То к знатным, то в такие дома, как ваш. Везде понемногу и научился.

-Вот молодец. Похвалила, тут же засмущавшегося парня.

К вечеру, когда дела были закончены, мы уселись за барным столом и слушали рассказы Тима, о жизни в приюте. Я знала, что там не так все хорошо, но не предполагала на сколько.

Оказалось директриса, содержит приют на свои деньги, что ей платит храм с пожертвований. Большего просто не дают.

Ага, конечно не дают. Возмущалась про себя я. Дают там все. Просто не доходит до вас, у кого-то в сумке тесной застревают. Надо бы Николоса подключить, пусть разбирается.

Дети, по исполнении пятнадцати лет, считаются уже самостоятельными и просто вышвыриваются на улицу.

На обучение в каких либо заведениях у них нет денег, вот и бродяжничают, то тут то там.

В самом приюте деток не много, но периодами подбрасывают полукровок, а так, служительницы из храма «Белые девы», привозят по приютам детей, которых отдают люди, во служение. Но во служение берутся только девочки и только если они сами того захотят, после взросления. Так и получается, что девочки при выпуске либо побираться, либо в храм, под обет безбрачия и вечных молитв.

Странные конечно тут законы, но не мне их судить, подумала я уже засыпая.