Твоя (не) родная семья

Глава 8

– На работу ты не пойдешь? – настороженно спрашивает мама.

К ней я зашла после того, как отвела Сеньку в сад. С утра он уже был спокойный, болтал не замолкая, но всю дорогу до сада держал меня за руку, что бывало далеко не всегда. Жался, а на прощание обнял и долго держал, хотя давно привык к саду и не переживал. Не боялся, что я его не заберу.

А после вчерашнего разговора боится меня потерять.

От этого на сердце с самого утра лежит камень. Мама позвонила около семи и попросила забежать, помочь с покупками, потому что вечером будет некогда. Я купила ей пару кило картошки, кочан капусты – она собиралась варить борщ. Я мыла посуду, когда мама насторожилась, почему я никуда не тороплюсь, как обычно.

– Сегодня нет, – отвечаю я. – Буду увольняться. Меня в Москве взяли.

– Так это правда?

Свекровь, конечно, позвонила и разболтала все. Но видимо, представила все, как исключительно мои фантазии.

– Удачно прошла собеседования и уже выходила на день, – говорю я, и вкратце делюсь ситуацией с Игорем. – Он не хочет, грозит разводом и тем, что Сеньку я не увижу.

– Ты сама рвалась за него замуж, – говорит мама. – Я тебе говорила.

Она замолкает, поджимает губы. Ничего такого она не говорила, просто начинает старую песню. Да, Игорь ей не нравился, но она не отговаривала меня от брака.

– Разводиться сейчас не лучшая идея. И ты уверена, что вакансия в Москве – это серьезно?

О, боже.

– Мам, ты не хочешь, чтобы я уезжала?

– Это тоже, – идет в наступление она. – Москва – это воздушные замки, а здесь у тебя работа и семья. Мне она не нравится, но какая есть, Камилла. И ты собираешься заводить своих детей, родных? Сенька ведь Игоря.

Больная тема. Детей я хочу, но сейчас невовремя… Сенька еще маленький, вот через года-другой бы, карьера… Не очень умно заводить детей, когда собираешься в другой город строить жизнь с нуля. И вообще не слишком умно заводить детей от Игоря. Я словно это чувствовала и потому не торопилась. А теперь и вовсе нет смысла.

– Не сейчас, мам. Игорь… У нас серьезные проблемы.

– И кто же в них виноват?

– Мам! – злюсь я, потому что рассчитывала на поддержку. – Он не хочет ничего менять, шантажирует меня ребенком! Я не собираюсь мириться с этим! Я хочу забрать Сеньку и уехать в Москву.

Она мрачно молчит.

Я прямо читаю ее мысли: сначала вышла замуж за мужика с ребенком, теперь из-за одного собеседования рушишь пять лет брака, словно они ничего не стоят.

Ну он же разрушил их первым. И не побоялся за наши отношения.

– Знаешь, Камилла, я всегда шла у тебя на поводу. Школа, подружки, кружки, образование, твой Игорь… Поддерживать в очередной авантюре не стану. Я устала. Когда ты вышла замуж, я рассчитывала, ты нашла свое место в жизни.

– Прости, мам, – сухо говорю. – Что тебя потревожила. Но вообще-то это ты мне позвонила и попросила прийти.

Молча, чтобы меня проучить, она выходит из кухни.

– Мам? Ну, прости, – кричу я, откашлявшись.

Горло сухое. Мне страшно. Я впервые иду против семьи. А сейчас против меня ополчились все – мама, муж. Это чертовски обидно. Я давала время Игорю и всегда пыталась понять его первой – неужели он не мог за пять лет хоть раз попробовать понять меня? А мама… «Нашла свое место в жизни». Хорошие слова. Они означают, что мама считала, что пристроила меня к мужу и больше ей не придется обо мне беспокоиться. А как я там живу за хлипкой занавеской из соломы вместо каменной стены, никого не волнует.

– Мам?

Заглядываю в комнату. Она роется в записной книжке.

– Что ты делаешь?

– Ищу тебе юриста. Сын тети Аллы занимался семейным правом. Проконсультируйся, чем тебе это грозит.

– Хочешь, чтобы я передумала? – улавливаю я интонации в голосе.

– Хочу, чтобы перестала строить воздушные замки. Ты уже взрослая, а все в облаках витаешь. Все так живут, Мила. Все мужики такие. Здесь у тебя хотя бы я есть. А в Москве кто будет?

– Я справлюсь.

– Насчет авантюры с чужим ребенком я вообще слушать не хочу! – она показывает номер, чтобы я переписала его в телефон. – Мила, он тебе никто. Ты ничего не добьешься. Просто забудь.

– Я не могу! – отрезаю я.

Больше мы с мамой об этом не говорим. Я заканчиваю, и выхожу на улицу.

Она права.

Аж болит в сердце, как права. Я не усыновляла Сеньку. У меня нет прав матери. Но в конце концов, отец безработный, а я столько в него вложила! Он меня любит, ко мне тянется. Нисколько не сомневаюсь: если Сеньку спросить на суде, с кем он хочет жить, он скажет – с мамой!

Я бреду по аллее и пытаюсь сжиться с мыслью, что уже планирую развод. Вот так неожиданно. Столько лет провела с Игорем, а точку в наших отношениях поставила даже не измена и любовница Игоря, как это часто бывает, а Олег Давыдов.

Развод.

Я ежусь от холодка, которым повеяло по спине.

Нужно связаться с юристом и это обсудить. Но пока я не сделала этого, все остается в плоскости фантазий. Трудно решиться на этот шаг.

Раздается звонок, на экране – номер Ксюши. Я улыбаюсь этой весточке из столицы.

– Привет, Ксюш.

– Привет. Слушай, тут какие-то мужики приехали, просят отдать твои вещи, – громким шепотом говорит она. – Что делать? Говорят, ты знаешь.

– Это от Олега Давыдова! – вспоминаю я.

Он говорил, что снимет квартиру в своем ЖК и перевезет мои вещи. Мне же со следующего понедельника на работу. И пока я тут сомневаюсь, в столице уже раскручивается маховик.

– Отдавать?

– Конечно! Спасибо, Ксюш. Я когда вернусь, давай куда-нибудь сходим, ладно?

Мне хочется отблагодарить подругу за гостеприимство и помощь. Хороший обед в приличном ресторане она точно заслужила.

– Без проблем! – веселеет она.

После этого я сомневаюсь еще минуту, и звоню юристу.

Хочу разобраться, как быть с ребенком.

Мы договариваемся на полдень. Посомневавшись, я обзваниваю другие юридические конторы, занимающиеся семейным правом, чтобы иметь еще одно мнение на руках, а не только слова сына тети Аллы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍