Сосед года

Глава 11

Кухня у меня большая, но узкая, и гарцевать по ней двум кулинарам бесконтактно не получается. Я аж взмок, ё-моё! Хочется сгрести котёну в охапку, прижать к столу и-и-и… По плану у меня демонстрация серьёзных намерений. Какие могут быть «и-и-и», Саня?!

Сто пятьдесят первый раз даю себе морального леща и шинкую лук, чтобы жизнь ещё больше мёдом не казалась. Готовим с Никой мясо с картошкой, томатами и сыром в духовке. Плюс оливье для новогоднего настроения. Скромно, но вкусно, а главное — празднично.

— Где ты так резать научился? — Вероника наблюдает за ножом в моей руке.

Шинкую, как шеф. По-другому уже не получается.

— Та-а… — хмурюсь. — Бывшая научила. Она поваром в ресторане была.

— А, понятно, — котёна делает вид, что занята разглядыванием горячего через стекло духовки.

Но я задницей чувствую — ей интересно узнать про мою жену.

— Если хочешь спросить — спрашивай, — подливаю маслица в огонёк. — Отвечу.

— О чём? — косит под дурочку.

— Кис, я мент, — напоминаю забывчивой девочке. — Меня хрен обманешь.

Несколько мгновений тишины, глубокий девичий вздох. Вероника присаживается на табуретку за столом — ножка на ножку, изящными пальчиками коленку обхватила.

— Ты был женат? — решается спросить.

Формулировка «был» здесь не совсем уместна. Процесс развода ещё не завершён. Расторгнуть брак по-быстренькому не вышло. С одной стороны — поднятые мной по рабочей линии связи, а с другой — связи отца моей благоверной.

Тесть — известный в городе юрист. В розовых очках. Папаня упорно продолжает считать, что его Танечка одумается, бросит столичного любовника и вернётся ко мне, а я в свою очередь охренею от счастья и прощу ей всё. Нет, не прощу. Только тестю это не объяснить — он продолжает раздавать взятки направо и налево, лишь бы суд откладывали. Я уже всерьёз подумываю закрыть его на пятнадцать суток. Он и сутки, конечно, не отсидит — выйдет, но по самолюбию его это ударит неслабо.

— В разводе, — утаиваю часть правды.

Если сказать котёне как есть, она начнёт морозиться и все мои старания полетят псу под хвост. Развод в любом случае состоится. Я над этим активно работаю.

— Кто был инициатором расставания? — Ника подпирает щёчку кулаком.

— Это как посмотреть, — хмыкаю. — У меня был тяжёлый период в жизни — чёрная полоса. Отношения с женой в то время сильно испортились, и я запил. Когда очнулся, понял, что уже не первый день живу один. Моя неблаговерная уехала к какому-то мужику в Москву. Но на развод подал я, — смахиваю нарезанный лук с доски в салат. — Как думаешь, кого тут считать инициатором расставания?

— Сложный вопрос, — котёна ковыряет ноготком скатерть.

— И я об этом, — грустно улыбнувшись, сажусь на свободную табуретку. — Ну а у тебя, как с этим… — едва не выдаю «Мазаем», — Стасом получилось?

— Банально, — отмахивается Ника. — Кобель.

— Ясно, — киваю. — Вы не были женаты?

— Нет. Стас не предлагал мне выйти за него замуж, а я как-то не задумывалась о браке. Мы жили вместе — этого хватало, — говорит и смотрит в тёмное стекло окна.

— В этом плане я консерватор. Живёшь с женщиной — женись.

— Пф-ф, Сань! — котёна закатывает глаза.

— Что? — улыбаюсь.

— Дешёвый подкат, — кривится.

— Хоть за находчивость плюсик поставь, — ржу.

— В карму только, — Вероника идёт к духовке. — Думаю, готово.

Готово — это хорошо. Значит, можно начинать вторую и самую интересную часть вечера. Есть мы будем под киношку, а плазма у меня висит ни фига не в зале. В спальне.

Накладываю ужин в красивые тарелки, составляю их на стол-поднос и поглядываю на котёну. Она наблюдает за мной и явно чует подвох, но пока молчит.

— Коктейль будешь? — демонстрирую Нике бутылку с этикеткой, на которой нарисован ананас.

— Нет, — хмурится. — У меня на ананасы аллергия.

— Как знаешь, — убираю тару с напитком на холодильник и беру в руки увесистый поднос. — Пойдём?

— Я думала, мы за столом поедим.

— Душно здесь, духовка два часа шпарила. Идём в комнату, — выхожу из кухни и уверенно шагаю в спальню.

Котёна наперевес с сомнениями топает за мной. В комнате её ждёт сюрприз.

Настоящих свечей у меня нет, зато есть набор пластиковых на батарейках. По мне они очень даже похожи на оригинал. Приглушённое мерцание свечей, тонкая гирлянда «дождиком» по шторам и кровать размера кинг-сайз, застеленная красивым шёлковым покрывалом.

— Не слишком ли это? — девочка почти готова дать заднюю.

— Кино глянем.

— На кровати, — поджимает губки. — Вдвоём, — поворачивает ко мне голову.

— Воу! Ты сходу хочешь к нам третьего пригласить?

Шутка не удалась — это ясно по выражению лица моей гостьи.

— Я, наверное, пойду…

— Стой-стой-стой! — встаю у неё на пути — тарелки на столе-подносе звенят. — Под кино поедим и всё. У меня дома только один телек, — киваю на плазму.

— Обещай не распускать руки, — выставляет вперёд указательный палец.

— Только если сама попросишь, — улыбаюсь. — Ложитесь, Вероника, — киваю на кровать, — вас ждёт незабываемый вечер с редким экземпляром мужчины.

— Не можешь без этого, да? — котёна морщит носик.

— Кис, давай быро! — устаю уговаривать — перехожу к приказам. — Жрать хочу страшно.

Девочка тихо ворчит, но идёт на кровать. Устраиваемся поудобнее, я ставлю перед нами столик с едой и щёлкаю пультом. И в башке у меня щёлкает. Если кому-то тут надо паниковать, так это мне. Я в одной постели с красивой девушкой, к которой меня тянет, как магнитом, буду ужинать, смотреть фильм и… всё.

Я это затеял исключительно ради впечатлений дамы. Чтобы у котёны появилось одно из первых приятных воспоминаний о времени, которое мы провели вместе. Сильный ход, я считаю. Правда есть некоторые издержки, связанные с мужской физиологией. Но я потерплю.

— Странная подборка, — Ника читает названия фильмов на экране. — Тут только романтические рождественские фильмы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍