Семья на Новый год

Часть 9

В гипермаркете, куда привёз меня Михаил, был огромный отдел с новогодними украшениями. Переливающиеся яркими огнями гирлянды, пушистые искусственные ели, скромненькие живые макушки сосен, множество игрушек. Глаза разбегались, и мне хотелось схватить всё. Вот только я в мгновение вспомнила, что денег у меня нет. Андрей ничего не сказал по этому поводу, поэтому мне пришлось снова заговорить с бывшим.

- Какой у нас бюджет?

Он хохотнул и пожал плечами.

- Какой душа пожелает, - ответил так, словно сделал мне одолжение.

- Почему Валентина Семёновна захотела, чтобы именно я выбирала украшения? Почему ты не мог съездить сюда один?

- Она хочет, чтобы ты чувствовала себя частью нашей семьи. Ты понравилась маме, хоть она не знает твою истинную сущность.

Мне стало обидно, но я проглотила слова бывшего, сделав вид, что мне ни капли не больно. Пусть думает, что хочет. Какая мне разница теперь? Это не я изменила номер телефона и скрылась от него… На мгновение меня оглушила мысль, что у него тоже могли быть весомые причины так поступить, но я запретила себе думать о том, как всё могло сложиться в ином случае. Какой теперь смысл разбираться и пытаться выяснить, что конкретно произошло между нами?

Вспомнив, в какой цветовой палитре оформлена гостиная, я решила выбрать нежные тона для украшения новогодней ели и складывала в тележку голубые оттенки шаров и белоснежные фигурки. Случайно уронив одну из коробок, я наклонилась, чтобы поднять её, и мы с Михаилом стукнулись лбами, потому что он поспешил сделать то же самое. Наши взгляды пересеклись, а мои губы приоткрылись, ведь именно такой была наша первая встреча. Тогда я бежала по коридору с бумагами, в которых нашла ошибку. Запнувшись, я выронила бумаги из рук и присела собрать их, но оказалась не единственной, кто решил сделать это. Миша тогда хотел помочь мне, и мы больно стукнулись лбами. Так началась история нашей любви. Вероятно, именно так она и должна закончиться, вот только во мне вдруг вспыхнуло отчаянное желание поцеловать мужчину, которое пришлось с силой подавить. Я быстро подскочила на ноги и стала поправлять одежду, а Михаил медленно поднялся, поставил коробку на место и отошёл на пару шагов, вероятно, решив выдерживать между нами дистанцию.

- Как много украшений нужно выбрать? Я о том, насколько большая ель у вас? – спросила я, но Михаил даже не шелохнулся, словно не услышал моего вопроса. – Миш? – Я осторожно прикоснулась к руке мужчины, и он вздрогнул. Посмотрев на меня, он нахмурился.

- Что тебе?

Вероятно, Михаил вспомнил наш первый поцелуй и утонул в воспоминаниях, точно так же, как провалилась ненадолго в них я сама.

- Какая высота у вашей ели? Нужно определиться, сколько игрушек брать. Нужны ли гирлянды? Мишура?

- Бери всё, что посчитаешь нужным. Набирай полную корзину. Игрушки лишними не будут. Мама любит, когда всего много, - ответил на удивление спокойным голосом Михаил, и я кивнула.

Хоть какой-то бонус в этой поездке был – я могла вдоволь насладиться выбором украшений, который приносил мне сильнейшее душевное удовлетворение.

Окончив с выбором игрушек – несмотря на то, что бюджет мне никто не ограничивал, я пыталась выбирать из относительно недорогих, - я перешла к гирляндам. Переливающиеся всеми цветами радуги шишки, лампочки, звёздочки и снеговики приводили меня в восторг.

- Ты любишь моего брата? – вдруг спросил Михаил, и я вздрогнула, обернувшись в его сторону. С чего вдруг он решил заговорить о моей любви к Андрею?

- Разве я стала бы соглашаться выйти за него замуж в ином случае? – увильнула от ответа я и схватила первую попавшуюся на глаза коробку с гирляндой, где лампочки были выполнены в виде маленьких желейных мишек.

- А меня любила?

Второй вопрос ударил под дых. Я резко обернулась и посмотрела на Михаила, пытаясь понять, чего именно он жаждет добиться этим разговором. Вот только ни одна дельная мысль не посетила мою голову в это мгновение.

- Миш, а какое это теперь имеет значение? Я выхожу замуж за твоего брата. Мы с тобой больше не вместе. Не стоит жить воспоминаниями о прошлом. Взяв ещё несколько гирлянд, ярких дождиков и мишуру, я решила, что этого более чем достаточно, но не смогла пройти мимо светящихся снежинок и наклеек, которыми можно было бы украсить двери и окна. Вскоре со всем было покончено. Михаил оплатил товар на кассе, я упаковала всё в пакеты, и мы поехали домой. Волнение усиливалось, когда я находилась в такой близости с отцом своего сына, который мог и не знать, что Мироша его. Как бы мне хотелось задать вопросы, разрывающие душу изнутри, спросить у Миши, почему он исчез, почему бросил меня, а теперь вдруг снова заговорил о прошлом, но я не могла подставить Андрея. Счастливая невеста не должна говорить и думать о своём прошлом.

Как только машина остановилась во дворе огромного дома, я поспешила выйти. Мне хотелось поскорее увидеться с сыном и узнать, как он себя чувствует, но самое главное – избавиться от компании Михаила, вот только обувь на каблуках носить я не привыкла, а на льду она сыграла со мной злую шутку. Поскользнувшись на дорожке, я думала, что приземлюсь затылком на какой-нибудь камень, но оказалась в мягких крепких руках мужчины из своего прошлого. Михаил затаил дыхание, глядя на меня с невыразимой нежностью и тоской. Я попыталась пошевелиться, чтобы встать, но он не спешил помочь, продолжая стоять, склонившись надо мной. Сердце стало биться чаще. Михаил склонился ещё ниже. Аромат яблока с корицей ударил в нос таким знакомым до боли воспоминанием, и я приоткрыла губы. Ещё немного, и мы поцеловались бы, но автоматические ворота начали открываться. Михаил резко отпрянул, прорычав себе под нос какие-то ругательства, помог мне встать и покосился на меня, словно я была самым главным врагом в его жизни.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍