Лесная фея для герцога

Музыка заиграла громче. Грубая, веселая, не передающая совершенно нежности и трепета момента, но мы даже головы не повернули, никак не реагируя на неё.

- Берешь ли ты, Даррен Тьеррон, в жены Элоизу Тэльер? Клянешься ли ты любить её…

Даррен дослушал короткую проповедь священнослужителя, улыбнулся и кивнул:

- Да.

- Берешь ли ты, Элоиза Тэльер…

Я улыбнулась и заглянула в синие глаза своего жениха. Как я там говорила? Встретишь синеглазого брюнета – беги. Род Тьерронов не те, с кем надо связывать жизнь… Опасность ходит рука об руку с этими мужчинами, и мало какая женщина сможет быть счастлива рядом с таким мужчиной.

А я? Смогу ли я?

- Да, - ответила я, хоть это и было скорее ответом на мой собственный, внутренний вопрос.

 Священнослужитель хрюкнул, явно довольный полученным результатом, и решительно провозгласил:

- Оглашаю вас мужем и женой! Даррен, можете поце…

Он не успел договорить. Даррен сгреб меня в охапку, запечатлевая страстный поцелуй на губах. И хотя это был не первый наш поцелуй, хоть мы до этого и были вместе много раз, сейчас все получилось как-то совсем иначе.

Как будто мы наконец-то в самом деле были вместе. Без всяких условностей. Без шанса нас разлучить. И я целовала Даррена, забыв о тысяче пар глаз, смотревших на нас, о церемониях, не слыша ни восторженных вздохов, ни громких, по-деревенскому наивных криков «горько».

…Это было потрясающе красиво. Вокруг нас расцветали цветы – может быть, случайно отозвавшиеся на магию Даррена, а может, нарочно рассаженные здесь и ждавшие своего часа. Я бы не удивилась даже, если б это было таким себе подарком от Железной Королевы, хоть она и умерла много сотен лет назад. Сейчас все поколения наших предков смотрели на нас, как будто стояли со стороны и умиленно улыбались.

Вокруг расцветали розы. Такие неожиданные, такие слишком летние для этой осени. Но они чудесно пахли – достаточно чудесно, чтобы даже отвратительный запах, доносившийся от священнослужителя, больше не мешал.

- Я никогда не видела ничего красивее, - прошептала я, обращаясь к Даррену.

- А я видел. Ты красивее этих роз, - покачал головой он.

Наверное, я покраснела от смущения – по крайней мере, щеки горели. Я чувствовала себя удивительно счастливой; ведь этот день действительно принадлежал нам двоим, как и многие последующие тоже. И никто не мог нам в эту секунду помешать.

- Горько! – вновь скандировали деревенские. – Горько! Горько!

Я потянулась было к губам Дара, чтобы вновь поцеловать, но не успела. Крики утихли, и я невольно обернулась, пытаясь найти источник молчания.

Нашла.

Королева Карен Вторая, мать Даррена и моя свекровь, стояла в самом конце дорожки и смотрела на своего сына, кажется, с трудом сдерживаясь, чтобы не помчаться к нам и не попытаться вмешаться. И мы с Даром тоже замерли, не зная до конца, как правильно реагировать. Просто молчали и смотрели, не зная, что и делать.

Даррен осторожно сжал мою руку.

- Ты не сильно обидишься, если я сейчас поговорю с ней наедине?

Я взглянула на него.

- Ты считаешь, я могу обидеться на такую глупость?

- Я думаю, что всегда лучше спросить.

В какую-то секунду мне хотелось потребовать, чтобы Дар остался. Не смел уходить с этой женщиной, и плевать, что она его мать. Но, посмотрев на Даррена, я поняла: а он ведь не будет спорить. Он останется. А потом я буду винить себя за то, что лишила его шанса помириться с матерью, даже если на самом деле ничего бы не вышло…

И я не хотела брать это на себя. Не хотела, чтобы он потом вспоминал, как не подошел к ней, как не попытался примириться.

- Иди, - коротко кивнула я. – Если тебе это действительно нужно, иди, Даррен. Только возвращайся ко мне, пожалуйста.

- Обязательно вернусь, - расплылся в улыбке он. – Спасибо. Ты лучшая, Элоиза.

- Поспеши, - я подмигнула ему. – Я буду скучать.

- Я тоже, - отозвался Дар, хотя речь шла о расставании на какие-то считанные минуты.

Он отпустил мои руки и решительно, не позволяя себе засомневаться, направился к матери. Королева Карен вздрогнула, словно не ожидала такого поступка от своего сына, но продолжала стоять на месте. Ждала. Даррен подошел к ней, но не прикоснулся. Только коротким жестом велел следовать за ним. Они скрылись под сенью разросшихся, позолоченных осенью деревьев, и я только вздохнула, стараясь не думать ни о чем плохом. Я знала, что королева Карен не найдет в себе достаточно сил, чтобы сломить сына. Но могла испортить ему радость сегодняшнего дня – нашего с ним дня, который не должен был омрачиться ничьим присутствием. Но я не могла ничего изменить, а потому – просто смирилась. Ступила к гостям, радостным смехом отвечая на их приветствие, направилась к столу, зная, что не могу просто так уйти. Они ведь ради нас старались.

Теперь я должна разделить собственную радость свадьбы с этими людьми. С чужими, по сути, но… Сколько всего мы вместе прошли! Разве это было зря? Разумеется, нет…