Лютый (2 книга серии Берсерки)

Я вздрогнула, когда один за карапузов дополз до меня, задрав свою круглую головку, и всматриваясь в мои глаза так тепло и открыто, как это могут делать только невинные души, которые еще не столкнулись с этим прогнившим миром.

Растерянно я наблюдала за тем, как малыш вошкается, исследуя мои угги и пытается подняться на пухлые ножки, понимая, что без поддержки он просто упадет…

До этой секунды я никогда не держала в своих руках такого маленького ребенка.

Я не понимала, какое это счастье, с явным недоверием слушая все эти охи и ахи относительно того, что дети пахнут раем.

А ведь это было так на самом деле…

- Они дышат, - коротко и хрипло выдохнул Лютый, всматриваясь в малыша, что был в руках Отца, на что он кивнул, так и не в силах открыть своих глаз.

-…они самые младшие…если яд бы слишком силен….

- Папа!

Я не знаю, как Мия не рыдала и не билась в истерике, прижимая к себе одного из малышей постарше, который играл с ее черными волнистыми волосами, не прислушиваясь к тому, о чем говорят взрослые.

- Кадьяков поют ядом с рождения!

-…но мы не Кальяки, дочка…

- Это не имеет значения! У малышей должен выработаться иммунитет на него! Яд попал с молоком только самым младшим?....

- Пили все…

Я истерично вздрогнула, когда откуда-то из глубины комнаты справа от меня вышла седовласая женщина с добрым лицом и голубыми глазами, в которых стояли слезы, прижимая к груди еще одного малыша, которому тоже было всего пару месяцев от роду, укутанного в пушистый мягкий плед. Она обернулась на меня, улыбнувшись мягко и так по-доброму, поманив за собой там, где возле Отца сидела почти вся наша разношерстная семья:

- Идем, дочка.

- Север, только ты можешь сказать наверняка в ком из детей яд и много ли его, - Лютый обернулся на своего синеглазого брата, который впервые выглядел таким потерянным и даже испуганным.

- Они слишком маленькие….я могу навредить или сделать больно.

- Просто скажи, что тебе нужно, сынок, - обратилась к нему женщина, осторожно касаясь свободной рукой огромного плеча Бера.

- Капелька крови. Мне нужна капелька крови каждого малыша.

Пока шли приглушенные обсуждения, каким образом это лучше сделать, чтобы не напугать тех малышей, кто был постарше и не сделать больно самым маленьким, я осторожно присела на пол рядом с Мией и Лютым, быстро осматриваясь и с удивлением отмечая, что, не смотря на странную жизнь Берсерков в глубине огромной льдины, у малышей было много вещей из современного мира. Бутылочки. Книжки. Игрушки. Памперсы. В специальной посудине аккуратно стояли даже градусники!

Я и без того чувствовала себя неловко, усадив на свои ноги малыша, который почему-то не спешил уползать от меня, уютно устроившись и принявшись пытаться кусать мои пальцы, когда я случайно увидела Звезду, что застыла у входа в другое небольшое помещение, выглядя явно неловко.

Ее светлые глаза растерянно бегали по комнате, иногда останавливаясь на ком-то и снова в ту же секунду прячась за ресницами.

- Лютый, - обратилась к своему мужу, который с упоением тискал пухлого карапуза со смешной маленькой косичкой, - что не так со Звездой?...

Видя его кривую усмешку, я удивленно моргнула, не сразу поняв то, что он сказал, язвительно полыхнув своим колким взглядом и дернув бровью:

- Запала на Севера. И теперь чувствует себя виноватой и побежденной, потому что знает, что он уже занят и у нее нет шансов даже на равноценную битву за его внимание. Звезда улетела в такую глубокую галактику, о которой даже не подозревала, поэтому пока немного в шоке.

И в этом самом шоке была не одна она!

Как сказали бы Отец – приплыли!! Да так резко, что развязался даже подарочный бантик в попе касатки воистину!

- А Север знает?!

- Конечно.

Глупый был вопрос, да. Если это все чувствовал Лютый, то Север чувствовал и подавно!

Еще только Санты-Барбары нам не хватало для полного счастья, словно других проблем было мало!

Скоро все зашевелились, принявшись воплощать в жизнь план по тому, как уколоть маленькие пальчики, чтобы Север мог точно сказать про яд, и в комнату вплыла еще одна девушка, красота которой была просто какой-то запредельной.

Она была словно маленькая фея. Словно эльф. Словно полярная нимфа.

Миниатюрная и хрупкая, с невероятными волосами до самых бедер цвета драгоценной платины, которые струились, овивая ее волшебной вуалью. Но что больше всего привлекало внимание – это ее глаза, такие же огромные и распахнутые, как у крошки Мии, просто нереального цвета аметиста, как сиреневая дымка.

Это волшебство вплыло в комнату с третьим малышом на ручках, бережно прижимая его к груди.

Такая нежность, такая невесомость, такая сказочность….

…которая заехала смачным пинком по коленке Звезды, шикнув на нее своим хрустальным голоском: