Белые медведи навсегда (ЛП) - Прайс Элизабет

— Директор на это не пойдёт, — грубо ответил он. — Прошу прощения.

Он протиснулся мимо Исиды, не обращая внимания на её возмущённое рычание, и бросился в уборную. Ганнер надеялся, что, по крайней мере, там он будет в безопасности от неё.

Если его общение с Исидой что-то напомнило ему, так это то, что спящие вместе люди не должны работать вместе. Проблема была в том, что он очень хотел Эрин. Его медведь хотел её и его тело жаждало её чертовски сильно. Но если бы они были вместе, его потребность защитить её была бы просто космической ракетой, а она уже была довольно неуправляемой. Но он тоже не доверял никому во всем АСР, чтобы защитить её.

Он оказался между молотом и наковальней. И нет, это не имело ничего общего с его членом, который в этот момент был совершенно невыносим. Он хотел её, но не хотел превращаться в собственнического психопата.

Ганнер покачал головой, игнорируя разъярённые вопли своего зверя. Он должен держать свои грязные лапы при себе. Чтобы защитить её, он действительно не мог быть с ней.

Ага. Ну, это отстой.

Он был серьёзно этим недоволен. Хотя, может быть, это к лучшему. Ганнер сомневался, что за парой человек будет белому медведю. Она такая маленькая, сможет ли она выносить его детёнышей?

Что ж, он не собирался узнавать. Потому что, несмотря на неодобрение одного волосатого, угрюмого зверя, он собирался держаться на расстоянии. Это к лучшему.

Да, он все время повторял себе это.

Была только одна проблема, которая его серьёзно беспокоила. Что ему делать, если она начнёт встречаться с кем-то другим?

«Ух, жизнь несправедлива».

Глава 6

— Эрин, ты опоздала, — прорычал Ганнер.

Эрин от удивления вскочила со стула, пролив кофе на себя и свой компьютер. Ганнер громко застонал, заставив многих других агентов оглянуться.

Она безуспешно вытирала жидкость, бормоча извинения. Закатив глаза, Ганнер убрал её руки и начал сам вытирать кофе. Он наклонился над ней в крошечной кабинке, притеснил к стулу и прижался своим твёрдым телом к её. Он старательно вычистил всё до последней капли из её компьютера, а затем начал промокать её одежду; только когда он скользнул по её груди, и Эрин издала стон, Ганнер остановился. Ей показалось, или на его щеках появилась лёгкая розовая россыпь?

Ганнер прочистил горло и встал, возвышаясь над ней, совершенно не обращая внимания на заинтересованные взгляды всех остальных в офисе.

— Чтобы было ясно, если ты сломала свой компьютер, тебе придётся за него заплатить.

— Прости, ты меня напугал.

«Чего он ожидал?» Он практически подкрался к ней и крикнул на неё! Ему просто повезло, что содержимое её чашки не попало на него.

— Да, похоже, я выработал привычку, — пробормотал он. — Ты опоздала.

— Я…

— Подожди с объяснениями, Директор хочет нас видеть, ему и объяснишь.

Блин. Как раз то, что ей было нужно — встреча с начальником босса с очень неприличным коричневым пятном. Хуже того, на ней была белая рубашка, и влажность заставляла её прилипать к ней, демонстрируя изгибы груди и форму бюстгальтера.

— У меня есть время снять рубашку?

Ганнер глубоко вздохнул, и его глаза слегка расширились.

Эрин съёжилась поняв, что сказала.

— Я имею в виду, у меня есть время переодеться?

— Нет, он хотел видеть тебя в девять утра. Сейчас половина первого; нам лучше пойти. Ты видела только милую сторону Директора; ты не захочешь увидеть его с другой стороны.

Не дожидаясь её, Ганнер зашагал прочь, бросив её плестись за ним, избегая хихиканья своих товарищей по команде. Она тяжело дышала и пыхтела, когда догнала его. «Ага, он мог бы хотя бы немного помедленнее идти для неё». У неё короткие ножки! Очевидно, то краткое беспокойство, которое он ей выразил накануне вечером, было случайностью; теперь он пытался оправдать своё прозвище БПБ.

Эрин это раздражало, но, что ещё хуже, это никак не подавляло её влечение к нему. И это её очень раздражало. Обычно она ненавидела командующих и властных людей, считая их устрашающими и грубыми. Но, в данном случае, от этого Ганнер стал ещё жарче.

Ух, может, переезд в Лос-Лобос был плохой идеей. Разве ей не было бы лучше в своём маленьком бесполом пузыре в Плайя-Лунар?

***

Ганнер слушал, как Эрин рассказывала Директору причину своего опоздания. Директор был зол? Нет, во всяком случае, Эрин произвела на него впечатление. «Отлично».

Эрин дала несколько обещаний призраку их жертвы, Хильде, и провела раннее утро в гостях у семьи Хильды, чтобы передать кое-какие сообщения. Ожидаемо. Она не могла просто выспаться или сходить на маникюр, как нормальная женщина. Нет, ей пришлось сделать что-то самоотверженное и доброе, чтобы он захотел её ещё больше. Эрин не волновало его желание к ней!

Вчера вечером, пообещав себе оставить её в покое, Ганнер вышел из бара на пробежку — как его белый медведь. Проклятый зверь воспользовался преимуществом и побежал к квартире Эрин. Они провели ночь, наблюдая за её окном. Было мучительно находиться так близко к ней, но на самом деле не быть с ней. Но в то же время это несколько успокаивало, зная, что, пока он был там, она в безопасности.

Он придумал другое решение своей проблемы. Если Директор сочтёт её непригодной для работы на местах, ей придётся остаться в офисе и работать консультантом. Тогда они могли быть вместе. Это было бы идеальным решением. Конечно, он не ожидал, что Эрин выйдет добровольцем для выполнения служебных обязанностей, поэтому он должен был быть тем, кто убедит Директора, что она не в форме и не способна. Он нашёл эту часть плана очень неприятной, но необходимой. Он думал, что выиграл, когда Эрин опоздала, но, к сожалению, нет. Ей просто нужно было найти другой способ доказать, насколько она прекрасна. Это сводило с ума.

Тем временем Ганнер решил быть по отношению к ней вспыльчивым придурком — ну, бредовым засранцем. Если бы он мог создать между ними некоторое расстояние, ему было бы проще не прижимать её к стене и не осыпать поцелуями. Он многократно воспроизводил этот сценарий в своей голове. Это также могло помочь уменьшить возбуждение, которое он видел в её больших карих глазах каждый раз, когда она смотрела на него. Да, он не был слепым или проклятым отсутствием обоняния — он знал, что она хочет его. Просто стало труднее держаться подальше.

В это утро он почти полностью потерял сознание. Очищая её пролитый напиток, он почти потерял контроль и ласкал её. Своевременный стон от неё определённо был тревожным звонком. Ему просто хотелось, чтобы теперь у него не было такого хорошего обзора её груди; промокшая рубашка Эрин не оставляла много места для воображения, что также означало, что никому из других мужчин в здании тоже не приходилось использовать своё воображение. Его медведь не был счастливым зверем.

После того, как Директор закончил с ней, в основном поздравляя с хорошо выполненной работой и почти не отчитывая её за оплошность с пистолетом, Ганнер повёл её обратно вниз.

Удовлетворённая улыбка Эрин при словах Директора осветила все её лицо, заставив её сиять. Ганнер почувствовал, как его сердце смягчается, и его защита начала ослабевать, когда она улыбнулась ему, сияя глазами. Что бы он ни отдал, чтобы заставить её выглядеть так.

Это чувство длилось недолго. Вернувшись в свой офис, они прошли мимо Диаса, перевёртыша-ягуара и лидера команды «Бета». Он склонил голову к Ганнеру, но его глаза были прикованы к груди Эрин. Грёбаный кот практически пускал слюни.

Этого было достаточно, чтобы у Ганнера было плохое настроение на весь оставшийся день.

***