Джудит Гулд - Плохо быть богатой

„ЭДВИНА ДЖИ ИНК."

Это я! Ее просто распирало от гордости. Часть этой компании принадлежит мне, 30 процентов с правом голоса, если уж быть точной. Я здесь заказываю музыку, и, насколько далеко услышат мой оркестр, зависит от меня. От меня!

Выйдя на 17-м, она повернула за угол и подошла к своей двери в конце коридора. Огромные, изогнутые в виде радуги буквы, такими же строчками гласили: „ЭДВИНА ДЖИ".

Словно под током, не в силах замедлить шаг, она, как ураган, влетела в приемную.

Уже звонили телефоны. Двигатель коммерции работал вовсю.

— „Эдвина Джи Инкорпорейтед". Доброе утро, — ответила секретарша, одновременно выполнявшая функции телефонистки. — Одну минутку, я вас переведу. — Она нажала на панели несколько кнопок, подняла глаза и, увидев Эдвину, сказала: — Доброе утро, мисс Робинсон.

— Доброе утро, Вэл. — Несмотря на обычную спешку, она быстрым взглядом окинула приемную, успев заметить двух рабочих с электрическими отвертками, которые монтировали для универмагов первый бутик „Эдвина Джи"; этот будет украшать приемную постоянно.

Он представлял собой павильон 6 на 6 метров, и в собранном виде превратится в 36 квадратных метров торговой площади, оборудованной, как и задумано, всеми необходимыми крючками, полками и вешалками. Бутик был изготовлен из прозрачного пластика, неоновые трубки очерчивали его контуры. Даже компьютеризированная касса помещалась в прозрачном корпусе из того же материала, так что было видно все ее устройство и разноцветная проводка.

Новое! Модное! Современное! Элегантное! Вот что, казалось, уже читали на нем покупатели.

Неплохо, подумала она, совсем неплохо. Неплохо смотрелись и большие табло на всех четырех стенах: как только компьютер зарегистрирует хоть одну продажу в любом бутике одного из универмагов страны, она тут же будет отражена на табло.

Эдвина не могла сдержать улыбку. Искусство продажи. Продажа одежды, как горячих гамбургеров.

Лампочка на панели загорелась снова, и раздался мелодичный звонок.

— „Эдвина Джи Инкорпорейтед". Доброе утро, — ответила Вэл. — Одну минутку, я вас соединю.

Пройдя мимо стола секретарши, Эдвина вернулась в офис. В дверях она остановилась, слушая шуршание карандашей по мольбертам, четкий ритм компьютерных клавиш, голоса говорящих по телефону — признаки того, что „Эдвина Джи" работает и все отлично.

Она прошла в свой кабинет. Самая большая из десяти занимаемых компанией комнат, большая настолько, что в ней можно было устраивать танцы, она располагалась чуть дальше, в углу здания, выходящем на престижную северо-восточную сторону. Тут же у входа за своим столом — как будто и не уходила — сидела невозмутимая Лиз с неизменной сигаретой.

— Доброе утро, — каркнула она.

— И очень даже доброе, Лиз, — пропела Эдвина, проходя к себе.

Свет уже был включен, и шторы на всех четырех окнах подняты — как она любила. Это, конечно, Лиз.

Безвкусная, сварливая, но трудолюбивая Лиз Шрек, подумала Эдвина, а ведь под этой грубостью скрывается сердце, способное вместить Манхэттен. Лиз, которая безупречно печатала и стенографировала, отправляла факсы и телексы Эдвины, вела и организовывала ее деловое расписание, договаривалась о машинах и могла устроить лучший столик в любом ресторане за одну минуту и, не говоря ни слова, засиживалась допоздна.

Поставив на стул портфель и сумку, Эдвина сняла элегантный пиджак и повесила его в стенной шкаф. Постояла так минутку, словно ища поддержки и сил от своего окружения. Кабинет был приятным и располагающим, а как же иначе? Это был ее второй дом, нет — первый, учитывая то нечеловеческое количество часов, которое она проводила здесь.

Кабинет скорее походил на ультрамодную гостиную, где можно запросто скинуть туфли, или устроить коктейль человек на пятьдесят, или просто посидеть и обсудить многомиллионную деловую сделку. Такие необходимые вещи, как блестящий телефон с выходом на несколько линий, мольберт, где она рисовала, и уже мерцавший в ожидании ее команд компьютерный монитор, были единственными неизменными для офиса элементами. Компьютер для моделирования трехмерного пространства являл собой поистине произведение искусства. На нем она могла создавать свои модели и видеть их под любым углом, сохранять, вызывать и просматривать любое время.

В кабинет вошла Лиз с дымящейся чашкой кофе — черного, без сахара — в одной руке и стаканом ледяной воды в другой. Подмышкой зажата стопка досье.

Подав Эдвине кофе и поставив на стол стакан, она открыла маленькую пластмассовую бутылочку.

— Вот, — и протянула ей таблетку.

Эдвина с явным неудовольствием поглядела на белую овальную таблетку.

— А что это?

— Звонила Руби и сказала, что вы забыли таблетки от аллергии.

— Одна компания, — буркнула Эдвина. — Что это с вами, Лиз? Вы что, обе страдаете от дурацкой неизлечимой склонности опекать? — Но, послушно приняв таблетку, бросила ее в рот, сделала глоток воды и проглотила, запрокинув голову. — Что же дальше, скажи на милость? Потом ты начнешь отмечать мои месячные у себя в календаре, так?

Лиз хмыкнула.

— Нет. Но я сделала еще одно очень хорошее дело. Теперь в вашей ванной есть запас тампонов.

— О Господи, спасибо, Лиз, — сухо ответила она. — Ты далеко пойдешь. Пока не могу сказать, как далеко, но попомни мои слова: очень далеко.

— Да, и пока вы не начали. — Лиз открыла еще один пузырек. — Тераграм. Руби также сказала, что вы не завтракали.

— Благодарю вас, доктор Шрек. — Эдвина быстро взяла таблетку и проглотила.

— Сегодня вам понадобятся силы, уж поверьте. — И Лиз взяла верхнюю папку из пачки, что принесла. — Первое. Вот список всех универмагов страны. Составлен, как вы хотели. Расположены в алфавитном порядке по штатам, а потом так же — по городам. Каждая сеть магазинов — отдельно, как вы просили.

Положив папку на боковой столик, она взяла следующую.

— Это — краткий список всех магазинов, входящих в сети, указаны только главные универмаги и количество магазинов, входящих в сеть. Цифры в скобках означают магазины либо под реконструкцией, либо те, что еще проектируются. Также указаны фамилии, адреса и номера телефонов президентов, вице-президентов, отвечающих за торговлю, и менеджеров, ведающих отделами спортивной одежды.

— И все это вы сделали только за два дня? — изумилась Эдвина.

Лиз окинула ее суровым взглядом.

— Я даю поручения и разбиваю большое на малое.

— А здесь что? — кивнула Эдвина еще на одну пачку бумаг.

— Цены, предлагаемые изготовителями за выполнение ваших первых десяти моделей. Нет нужды говорить, что чем больше заказ — тем больше скидка. Дальше. Тайваньцы предлагают самые низкие цены, за ними идет Гонконг.