Дж. М. Дарховер - Вечно

* * *

Кармин снова устраивал беспорядок.

Одежда была разбросана по всей спальне, содержимое его комода было вывалено на пол. Он стоял посреди этого бедлама, раскидывая вещи и что-то бормоча себе под нос.

– Ты что-то потерял? – спросила Хе йвен, появившись в дверном проеме.

Он повернул к ней голову, стиснув зубы.

– Я ищу свою серо-зеленую рубашку с длинным рукавом. Я хотел ее надеть, но она пропала.

– Она в сушильной машине, – сказала Хейвен, припоминая, что видела ее в прачечной несколько минут назад. – Я постирала ее утром.

Кармин вздохнул, обводя взглядом воцарившийся в комнате хаос.

– Могла бы сказать мне до того, как я устроил бардак.

– Не за что, – ответила она, хотя он ее и не благодарил.

Отправившись в свою комнату, она приняла душ, и, вытершись, накинула халат. Она замерла, выйдя из ванной и увидев сидящую на ее кровати Дию.

– Надеюсь, ты не против того, что я вошла. Я подумала, что мы могли бы провести немного времени вместе перед сегодняшним вечером. Ну, знаешь, поболтать по-девчачьи… – сказала Диа неуверенно.

Несмотря на то, что они несколько раз виделись, Хейвен и Диа практически не проводили время вместе. Ее предложение удивило Хейвен, но, в то же время, и обрадовало ее. У нее никогда еще не было подруги, с которой можно было бы поболтать.

– Я не против.

Диа улыбнулась, потянув Хейвен обратную в ванную и схватив расческу. Она начала расчесывать спутавшиеся волосы Хейвен, которую все это изумляло. Так вот чем занимались девушки?

– Как у вас с Кармином дела?

– Хорошо.

Громкий шум фена, который включила Диа, поначалу заставил Хейвен напрячься. Ей еще не доводилось его использовать, и она понятия не имела, чего от него следует ожидать. Она почувствовала поток теплого воздуха и расслабилась, пока Диа занималась ее волосами.

– Он изменился, – сказала Диа, выключив фен. – Не хочу сказать, что он превратился в принца, потому что это не так, но он стал лучше. Хотя, ты не знаешь, каким он был раньше, поэтому я не представляю, видишь ли ты вообще во всем этом логику.

Они услышали смех, донесшийся до них из дверей ванной. Повернув голову, Хейвен увидела Тесс.

– Как был мудаком, так и остался.

Диа закатила глаза.

– Он не такой уж и плохой.

– Ты всегда была до нелепости сильно к нему привязана, – сказала Тесс, проходя к ним. – Ты никогда меня не слушала, а должна бы была, учитывая то, что я – твоя старшая сестра.

– Ты старше меня всего лишь на десять минут, – ответила Диа, качая головой. – Это не значит, что ты права. Кармин – хороший человек.

– Ну да, конечно. Хороший человек, делающий «злого дракона».

Диа поморщилась.

– Мерзость.

– Как звали ту девушку, брюнетку? Никак не могу вспомнить, – сказала Тесс. – Хотя, какая разница. Она была всего лишь одной из многих.

Хейвен наблюдала за ними с любопытством.

– Что еще за «злой дракон»?

– Неважно, – ответила Диа. – Он никогда больше так не поступит.

– Если девушка хочет узнать, что вытворял ее парень, то мы обязаны ей рассказать, – заявила Тесс. – Ты ведь представляешь себе, как драконы выдыхают огонь? Скажем так, они зовут это «злым драконом», потому что девушка в процессе этого походит на дракона, и она по-настоящему злится после того, как с ней делают подобное.

Хейвен не очень поняла услышанное.

– Кармин сделал это с девушкой?

– Он вытворял много всякого дерьма, – сказала Тесс, качая головой. – Это только лишь верхушка айсберга.

Следующие несколько минут были заполнены различными историями о поступках Кармина и о тех людях, которых он ранил. Тесс говорила об этом будничным тоном, словно все эти инциденты были чем-то само собой разумеющимся, а люди – не имели никакого значения, но это было не так. Они были точно такими же девушками, как и Хейвен – они влюблялись в него, а он их унижал.

Каким же он был?

– Многое он делал из-за того, что его подбивал на это Николас, – сказала Диа. – Они оба все время подбивали друг друга на всякие глупости, и ни один из них никогда не отступал.

– Как, впрочем, и сейчас, – продолжила Тесс. – Кстати, раз уж мы заговорили о Николасе. Можем добавить в список и его сестру.

В ванной воцарилось неловкое молчание.

– Он рассказывал мне об этом, – сказала Хейвен. – Я спрашивала у него про драку после футбольного матча.

Диа вздохнула.

– Мы общаемся с Николасом, когда встречаем его, но все изменилось. Он чувствует себя преданным.

Тесс сухо рассмеялась.

– Потому что мы выбрали не его, а Кармина. Будучи незрелыми сопляками, они заставили нас выбирать между ними.

– Да уж, – согласилась Диа. – Мне бы хотелось, чтобы они помирились.

Тесс кивнула, прочистив горло.

– Как бы там ни было, мы отклонились от темы. Довольно говорить о Николасе. Мы никак не можем ему помочь.

* * *

Через несколько минут Тесс и Диа покинули ее комнату. Хейвен стояла перед зеркалом, нервно разглаживая свою рубашку, когда до нее донесся мягкий голос.

– Тук-тук.

Обернувшись, Хейвен увидела в дверях Кармина, при виде которого ее начали переполнять эмоции. Его волосы были растрепаны, потому что он уже несколько недель их не подстригал, улыбка на его лице соседствовала с ямочками. На нем была серо-зеленая рубашка, о которой он спрашивал, и потертые синие джинсы.

Услышанные истории по-прежнему витали в ее мыслях – все те ужасные вещи, которые он в прошлом делал с девушками. Ее тревожило то, что он мог быть жестоким, и она не могла этого отрицать, но, смотря на него в это мгновение, она почувствовала, что все это лишилось своей значимости. Потому что это было в прошлом. Их будущее было неопределенным, но в настоящем все казалось правильным.

Она подумала о том, чтобы сказать ему, как красиво он выглядит, но в итоге с ее губ сорвались такие слова, которые она совершенно не ожидала произнести.

– Ты вернул остальную одежду в сушилку, когда достал рубашку?

Кармин рассмеялся.

– Боюсь, что нет.

– Полагаю, она сможет подождать, – сказала Хейвен, снова разворачиваясь к зеркалу.

Она безо всякого труда узнавала свое отражение, видя свои раскрасневшиеся щеки, шрамы и шишку на носу, но она чувствовала себя иначе. На сей раз недостатки не стали первым, что она заметила. Она знала, что они никуда не делись и не денутся, но не они бросились ей в глаза. Она заметила, что ее щеки стали круглее, а волосы – перестали быть такими вьющимися; ее глаза не казались такими же усталыми, как раньше.