Шеннон Маккена - Стоя в тени

— Что ж, это замечательно. — Тония прошла на кухню. — Послушайте, миссис Риггз, нам надо поговорить. После полудня я встречаюсь с Эрин…

— В самом деле? — обрадованно воскликнула Барбара, ставя чайник на плиту. — В связи с чем?

— Коннор взял с Эрин слово не встречаться без сопровождающего с Мюллером. — Тония сделала большие глаза. — По-моему, это глупо! Но мне все равно, это ее дело, она уже взрослая девочка.

— Коннор заботится о ней, он жутко ревнив! — Барбара рассмеялась. — Но мне это нравится, Эрин нуждается в опеке, она такая неопытная и доверчивая!

— Именно об этом я и хочу с вами поговорить, миссис Риггз. О его патологической ревности и подозрительности.

Слова Тонии заставили Барбару насторожиться. Она обернулась и спросила:

— Ты так считаешь? У тебя есть для этого веские основания?

— В последнее время Коннор внушает мне тревогу. Он стал подозревать в чем-то даже меня.

— Неужели? — Барбара вскинула брови.

— Мне доводилось и раньше встречать мнительных мужчин. Если они начинают ревновать своих возлюбленных к их подругам, то добра не жди! — отчаянно жестикулируя, выпалила Тония. — Так ведут себя только законченные деспоты и эгоисты.

Барбара открыла рот, но промолчала.

— Эрин опомниться не успеет, как окажется в полной изоляции, наедине со своим ревнивым мужем. И он будет из нее веревки вить. А со временем она уверует, что без него уже ни на что не способна.

— По-моему, ты все преувеличиваешь, Тония. Коннор не такой.

— Загвоздка в том, что Эрин по уши в него влюблена. Надо признать, он действительно импозантен. Плохо то, что он считает Эрин своей собственностью, не позволяет ей и шагу без него ступить и хочет превратить ее в робкую овечку.

— Тогда он заблуждается, — сказала Барбара, выпрямляя спину. — Просто он не понял, что моя девочка с норовом.

— Мне страшно даже представить себе, как он зол на вашего супруга, — добавила Тония. — Извините, что я затронула эту болезненную тему, но ведь вам бы не хотелось, чтобы Эрин поплатилась за это.

— Нет, Коннор не станет вымещать на ней свою обиду на Эда! — воскликнула Барбара. — Он ее обожает, во всяком случае, мне так показалось.

Вода в чайнике вскипела, Тония проскользнула мимо Барбары и сняла чайник с плиты.

— Позвольте мне помочь вам, миссис Риггз! Безусловно, он к ней неравнодушен. Скажу вам больше, он от нее без ума! Вам известно, что он практически похитил ее в аэропорту?

— Когда? — спросила Барбара, опустившись на стул.

— В минувшие выходные!

Барбара наморщила лоб.

— Эрин говорила, что он сопровождал ее в деловой поездке, но о похищении не обмолвилась ни словом…

— А что в этом удивительного? Коннор появился в аэропорту Портленда за минуту до ее предполагаемой встречи с водителем лимузина, присланного за ней Мюллером. Коннор буквально затащил ее к свою машину, отвез в гостиницу и… Результаты вы знаете не хуже меня, миссис Риггз. Он добился своего, не так ли?

Барбара вытаращила испуганные глаза.

— У Эрин добрая душа! Она просто не способна кого-то огорчить! Мне страшно даже представить ее изолированной от общества, затравленной каким-то ревнивым самодуром!

— Как метко вы его охарактеризовали! — злорадно воскликнула Тония. — Я рада, что мы нашли общий язык. По-моему, нужно срочно обзвонить всех родственников и сослуживцев Коннора и предупредить их о его опасном состоянии. Вам известно, что его отец страдал психическим расстройством? Он жил отшельником, чурался соседей, в общем, был неизлечимым параноиком. Своих сыновей он воспитывал в безлюдных горах. Чем именно болела их мать и при каких обстоятельствах она умерла, для всех так и осталось загадкой…

— Какой кошмар! — Барбара прижала ладонь ко рту.

— Одному небу известно, как измывался этот безумец над своими мальчиками, — добавила Тония. — Пожалуй, нам лучше этого не знать!

— Меня всегда тревожило прошлое Коннора и род его занятий, — сказала Барбара. — Но такое мне и в голову не приходило! Надо обязательно поговорить обо всем с Эрин. Пожалуй, я сейчас же позвоню ей!

— Выпейте сначала чаю, миссис Риггз! — Тония протянула ей наполненную чашку. — Эрин сейчас во власти его чар, с ней надо быть поосторожнее. Если будете слишком прямолинейны, она и слушать вас не станет. Лучше не торопиться, исподволь подготовить почву для разговора с ней.

— Вы совершенно правы, — сказала Барбара. — Я этим немедленно займусь. Спасибо, что открыли мне глаза.

Барбара так разволновалась, что не удержала свою чашку в дрожащих руках и расплескала чай на скатерть.

— Эрин повезло, что у нее такая заботливая мать, — сказала Тония, желая ее успокоить. — Вы все принимаете так близко к сердцу!

Барбара вспомнила, как убого она провела последние полгода, и процедила сквозь зубы:

— Не всегда. Но отныне я постараюсь делать для нее все, что в моих силах.

Их доверительный разговор прервал резкий звонок в дверь. Барбара вздрогнула и выплеснула на стол новую порцию чая.

— Кого это еще черти принесли?

— Сидите, миссис Риггз! — воскликнула Тония. — Я все выясню.

— Нет, я сама открою! — Барбара встала и устремилась в коридор.

Тония засеменила следом, сгорая от любопытства. Барбара посмотрела в глазок: на пороге стояли Шон и Майлс, держа в руках пакеты с подарками. Барбара улыбнулась и отворила дверь.

— Здравствуйте, миссис Риггз! Мы с Майлсом решили вас проведать. Как здоровье Синди? — выпалил Шон.

— Ей стало намного лучше. Она в своей комнате, проходите, я сейчас ее позову.

Он смущения Майлс покрылся красными пятнами. Но румянец не мог скрыть синяки на его физиономии. На переносице у него был наклеен пластырь. Из пакета, который он сжимал в руке, выглядывали видеокассеты, футляр саксофона и букет свежесорванных цветов.

— Это все для Синди, — промямлил он. — Вот, возьмите цветы, миссис Риггз. А инструмент я захватил на случай, если ей захочется немного порепетировать.

— Вы чрезвычайно любезны! — сказала Барбара. — Синди! Ты слышишь меня, деточка? Спускайся, к тебе пришли гости!

Она обернулась и представила Тонию молодым людям.

— Тония Васкес. — Она протянула Шону руку. — Очень приятно познакомиться.

— Постойте-ка! Я вас уже где-то видел! — пристально взглянув на нее, сказал он. — Точно! Вы работали медсестрой в больнице, в которой лечился Коннор!

— В больнице? — переспросила Барбара, заметив, что Тония смутилась. — В какой?

— Ну я же сказал, в той, где Коннор два месяца лежал в коме. Верно? — Он взглянул на вконец растерявшуюся Тонию.

Тония продолжала моргать, раскрыв рот.

К счастью, на лестнице появилась Синди. Одетая в мешковатый свитер и тренировочные штаны, с красными заплаканными глазами, она стала спускаться по ступенькам, робея, словно маленькая девочка.