Михаил Учайкин - Роза на кресте

Ознакомительный фрагмент

— А теперь мы съедим ложечку за маму, — произнесла Адриана ласковым голосом.

Она присел на стул рядом с кроватью, а на низенький переносной столик поставил тарелку с кашей. Перед началом трапезы она протерла влажной тряпицей руки Хукса Беннетта. А вдруг он сам захочет ложку в руках подержать?

Но тот даже не повернулся на ее голос.

— Я думаю, — произнесла Адриана назидательно, — что ваши дочки смотрят на вас с небес с укоризной, и им не нравится, что их отец изводит себя голодом. Они этого не одобрили бы.

Ей показалось, что больной всхлипнул. Но, во всяком случае, он повернулся в ее сторону и слегка приоткрыл рот.

— Ну, вот и прекрасно, — обрадовалась Адриана. Она подцепила ложкой овсянку и поднесла к губам больного…

В дверь осторожно постучали…

Пришлось прервать ужин и идти встречать незваного гостя.

На пороге стояла девушка-птичка Филомель.

— Помощь не требуется? — спросила она, потупив взор. Ее руки нервно теребили край передника.

«Матушка послала, — усмехнулась про себя Адриана. — Опасается, как бы выгодный жених не обратил свой взор в сторону другой девушки».

— Проходи, — распахнула она перед ней дверь. — Сейчас докормлю старика, а затем вдвоем вымоем его и уложим спать.

— Вымоем? — совершенно откровенно испугалась Филомель.

— Конечно, — невозмутимо ответила Адриана. — Гигиена для лежачих больных — прежде всего.

— Но он мужчина! — вскрикнула Филомель и испуганно попятилась к двери.

— И что с того? — не поняла ее Адриана. Ей казалось, что такие вещи вполне взрослую девушку смущать не должны были.

— Я не смогу прикоснуться к его обнаженному телу!

Казалось, она готова упасть в обморок от одной только мысли, что ее нежные девичьи руки будут мыть мужское тело.

— Я сам… сама все сделаю, — согласно кивнула Адриана, слегка ухмыльнувшись. — А ты в качестве помощи перестелешь постель, нагреешь воды и заваришь травы.

— А трава зачем? — удивилась Филомель.

— Потом чайку с тобой попьем, — ответила Адриана, — когда после купания уложим спать господина Беннетта…

Не успела она запереть дверь за Филомелью и обдумать все, что та поведала ей за вечерним чаем, как латунный дверной молоток снова стукнул по своей наковаленке, оповещая о новом визитере.

Не спрашивая, кто там, а надо бы, будь она, действительно, молоденькой девушкой, Адриана распахнула входную дверь и улыбнулась, завидев на крыльце Дезире, наряженную в ее мужское платье. Она невероятно обрадовалась приходу девушки.

— Проходи, — Адриана втянула ее за руку внутрь дома. — Я угощу тебя чудесными пресными лепешками, оставшимися от ужина. А ты расскажешь мне все, что удалось разузнать, и за разговором научишь печь хлеб.

— С изготовлением настоящего хлеба даже не связывайся, — Дезире тоже не смогла сдержать улыбку, взглянув на Адриану, подпоясанную передником. В походном плаще поверх ее платья она смотрелась не так нелепо. — В деревне имеется пекарня. Там пекут такой вкусный хлеб и такие замечательная булочки, что я, не удержавшись, за ужином умяла целых три, причем со сливочным маслом. Представляешь, они были испечены еще утром, но до самого вечера оставались мягкими и ароматными, как будто только из печи. Если так и дальше пойдет, то к концу твоего расследования я стану на шарик похожа.

Она по-девичьи элегантно скинула на руки Адрианы ее дождевик и легко прошла на кухню — ни одна половица не скрипнула под ее легкой поступью. Следом за ней протопала Адриана, искренне удивляясь, как ей удается так тихо ходить до деревянному полу.

— Надеюсь, нас не сильно побьют, когда подмена раскроется, — серьезно произнесла Дезире, по-хозяйски наливая и себе, и Адриане чаю. — Зря я согласилась на эту авантюру. Ты уедешь, а мне придется остаться здесь еще, пока родители не соизволят либо забрать дядю к себе, либо снова нанять ему сиделку.

— Да, кстати, — Адриана поставила на стол свою чашку с чаем, — надо обязательно переговорить с теми женщинами, что ухаживали за господином Беннеттом раньше. Узнать, почему они отказалась делать это и дальше.

Дезире кивнула, соглашаясь, — ее и саму мучал этот вопрос. Может быть, посланнику бургомистра они охотней расскажут об этом, чем Дезире Беннетт, которая теперь ухаживает за больным вместо них. Девушка взяла с тарелки лепешку и, откусив небольшой кусочек, запила его чаем.

— Не люблю пустой чай, — улыбнувшись, ответила она на насмешливый взгляд Адрианы, — хоть сухой кусочек хлеба, но в рот обязательно что-нибудь надо положить. А у тебя получились такие вкусные лепешки. А тарелки, на которые ты их выложил, кстати, из тонкого дорогого фарфора. Не в каждом богатом доме на таких простому гостю лепешки поднесут.

— Не пропадать же скисшему молоку, — как настоящая рачительная хозяйка, нарочито громко с выражением произнесла Адриана и приложила палец к губам.

Ей показалось, а, может, и не показалось вовсе, что скрипнули половицы под чьими-то осторожными шагами, словно кто-то прокрался к кухне и пытался подслушать их разговор.

Дезире вытянулась в струну. По ее напряженной позе Адриана поняла, что и ей почудилось, что по дому кто-то ходит.

Бесполезно подскакивать и пытаться схватить за руку этого кого-то. Он исчезнет быстрее, чем Адриана добежит до двери, да и демонстрировать не стоит, что они услышали чьи-то шаги — у нее будет время, чтобы выяснить, кто это был. А пока они продолжат с Дезире пить чай и разговаривать о том, что произошло с хозяйскими дочками, ведь именно для этого пришел в дом господина Беннетта посланник бургомистра.

— Я провожу вас, — предложила Адриана, когда Дезире собралась уходить.

Та покачала головой — если за ними следят, то им надо быть вдвойне осторожными.

— До калитки, — добавила Адриана. — Надо проверить, надежно ли заперты ворота.

Дезире понимающе кивнула — если их можно легко подслушать в доме, то на улице вряд ли удастся это сделать, оставаясь незамеченным.

Адриана специально не стала брать с собой фонарь, чтобы привыкшие к темноте глаза заметили любое шевеление и в доме, и в ближайших к калитке кустах.

— Мне страшно, — прошептала Дезире, поежившись.

— Не стоит бояться, — попыталась Адриана ее успокоить. — Вам, как посланнику бургомистра, ничего не угрожает. А вот племяннице господина Беннетта следует поостеречься, — произнесла она назидательно. — Постарайтесь ни себя, ни меня раньше времени не выдать.

Девушка кивнула в ответ.

— Меня беспокоит встреча с неким господином Вульфом Гарсом, с которым я, ну, просто обязана познакомиться, — проговорила Дезире на всякий случай шепотом.

Конец ознакомительного фрагмента