Лана Балашина - Дверь в полнолуние

Ее спаситель наклонился, прикоснулся к сонной артерии, хмуро пробурчал:

-Жив. Правда, голова сильно разбита. Видимо, при падении ударился о выступ.

Он повернулся к Марьяне:

-Если вы не хотите разборок с полицией, самое время уйти.

Со стороны зала послышались шаги, смех.

Марьяна и ее спаситель замерли. Хлопнула и закрылась дверь, и снова стало тихо.

Парень схватил ее за руку, и энергично потащил за собой. Они бегом спустились по лестнице, он почти втащил ее в лифт, нажал кнопку.

Здесь было светло, и Марьяна разглядела своего спасителя. Это был Макс Руссель.

Он не узнал ее. Заметив пятна крови на лифе ее платья, он приподнял ее подбородок и сказал:

-Кажется, он вас все-таки ранил.

Стенки лифта были зеркальными, и Марьяна увидела, что ее нарядное шелковое платье покрыто безобразными коричневыми пятнами. «Значит, горячее - это была кровь», - равнодушно подумала она.

Он стянул пиджак, и накинул ей на плечи.

Макс с тревогой смотрел на нее.

-В номере я посмотрю, что можно сделать. Возможно, придется обратиться к врачу, хотя не хотелось бы этого делать. - Он пояснил Марьяне, криво ухмыльнувшись: - У меня плохая репутация в здешней полиции.

Тут же выяснилась еще одна проблема.

Марьяна вспомнила о конверте, и обрадовалась: сумка была с ней. Спускаясь, она повесила ее на плечо, и сумка, а главное, конверт, уцелели. Зато отсутствовала одна туфля. Видимо, когда насильник волок ее, она и слетела с ноги.

Марьяна сняла с ноги вторую туфлю и с тревогой показала ее Максу.

-Черт! - выругался он. - Ну, да ладно, сейчас что-нибудь придумаем.

Они поднялись на верхний этаж, здесь у лифта была только одна дверь, и никто не видел, как они вошли. Марьяна от волнения плохо соображала, но поняла, что Макс привез ее в свой номер.

Марьяна вернула пиджак, и Макс провел ее в ванную комнату.

Это была невиданно огромная комната, большую часть которой занимала роскошная ванна. Стены помещения были отделаны коричневым камнем, зеркалами и золотом, и в них бессчетное число раз отразились Марьяна и ее спутник.

Макс внимательно осмотрел ее рану, хмыкнул:

-Кажется, нам повезло. Это - просто тонкий порез, он уже почти затянулся. Впрочем, все равно его надо обработать. Подожди меня здесь, я спущусь за аптечкой, и, заодно, попробую разыскать твою обувь. Марьяна подняла на него темные глаза:

-Что же, он так и будет там лежать? Это - не по человечески. Надо бы как-то сообщить.

«Тоже мне, мать Тереза!», - подумал про себя Макс.

Вслух же недовольно буркнул:

-Считай, что тебе сегодня дважды очень повезло. Первый раз - когда я решил не оставаться на банкет. Второй - я оставил в машине бумажник, и просто спустился за ним. Услышал шум и подозрительную возню. Вы там здорово развлекались. Может, зря я помешал?

Она мотнула головой:

-И все равно. Нельзя его оставить там. Рабочие придут только через несколько часов, а он до утра кровью истечет.

Макс кивнул примирительно:

-Ладно, определюсь по месту.

Макс спустился на лифте вниз, насвистывая легкомысленный мотив, подошел к машине и забрал бумажник и аптечку.

Уже проходя мимо входа в паркинг, понял, что сообщать никому ничего не придется.

Парня обнаружил консьерж, заступающий на смену. Сам он стоял здесь же, а за углом суетились два парня - охранники паркинга.

Макс часто останавливался в этом отеле, и хорошо его знал. Восьмилетний сын консьержа обожал гонки, и Макс пару раз подписывал ему фото, и передавал для сына сувениры с логотипами гонки.

-Что тут произошло? - поинтересовался Макс.

Консьерж охотно заговорил с ним:

-Кто-то разбил голову одному подонку. Его уже не первый раз видят здесь. Похоже, что в этот раз он напал на женшуну, но кто-то их застукал. Парень здорово расправился с этим гадом, и при падении тот разбил голову. Во всяком случае, он не скоро теперь пойдет приставать к девчонкам. Полицию мы, конечно, вызвали, только я думаю, они не будут рыть землю, разыскивая виновника.

-С чего ты взял, что он напал на женщину? Может, это неудачное ограбление и напал он на мужчину?

-Может, но у него расстегнуты штаны, и вот - это я нашел на ступенях перехода, - консьерж показал Максу светлую женскую туфельку. - Она лежала сразу за дверью. Скорее всего, там он и встретил свою жертву.

Макс вынул из бумажника несколько купюр и показал их парню.

Тот вопросительно посмотрел на него.

Макс пояснил:

-Хочу купить туфельку. Кажется, у меня есть подходящая, ей в пару.

Макс сунул туфель в карман пиджака, и вовремя: послышались шаги, и появился управляющий отеля и начальник службы охраны.

Макс предпочел ретироваться.

В лифте Макс подумал, что зря не остался на банкет. Сейчас ему никак нельзя влипнуть в какую-нибудь историю, особенно с полицией! А если этот парень умрет, ему, Максу, вообще мало не покажется. Остается надеяться на то, что консьерж промолчит насчет своей находки.

За последние полгода он уже дважды имел неприятности с полицией. Зимой, неожиданно вернувшись домой, он застал Корин с мужиком. И был бы хоть мужик нормальный, а то так, павлин разукрашенный. Ее тренер, как потом выяснилось в участке. Макс спустил его с третьего этажа, и соседи позвонили в полицию.

Пытаясь забыть Корин, он тогда здорово загулял, и очередной пьяный дебош закончил в участке. Пришлось звонить Адаму, и отец узнал обо всем.

Разразился очередной семейный скандал. Отец тогда твердо сказал, что он, Макс, может и дальше страдать из-за паскудной бабы, но в этом случае ему придется покинуть команду.

В запале, он так и сделал. Как раз тогда ему сделали выгодное предложение, и Макс пересел на Субару, и ничуть не жалеет.

А отец. В общем, с отцом он после этого и не виделся.

Макс Руссель-старший - железобетонный мужик. Не все могут быть такими. До сорока лет гонялся сам, потом в одночасье пересел в кресло директора, и с тем же упорством и волей занялся бизнесом. Макс знал, что отец не хотел его ухода, но характер у него тоже был. С отцом ему было тесно, в противоположность старшему брату. Адам, хотя и не добился таких результатов, как отец и младший брат, был хорошим гонщиком, и после завершения карьеры остался в команде отца.

Максу в этом году исполнилось тридцать пять. В спорте он по-прежнему оставался на гребне, но решил, что должен подготовить место, куда можно будет с достоинством уйти.

Он организовал фирму по подготовке внедорожников Субару к гонке, дал ей свое имя, и вложил в нее все заработанные деньги. Неожиданно это начинание оказалось успешным, и Макс понимал, что нужно расширяться. Дело было за небольшим: собственных средств не хватало, и он думал помириться с отцом и просить его войти к нему компаньоном.