Рина Зелиева - Лазурная глубина (СИ)

   - У меня вероятно клаустрофобия, - сказала она громко.

   От звука ее голоса, отразившегося от бетонных стен, в давящей плотной черноте стало совсем жутко. Мари захныкала и, на ощупь найдя лестницу, полезла на свободу.

   Вокруг стеной стоял густой лес и шумел весенней листвой. Дождь прекратился. Небо прояснилось. В туманной дымке при лунном свете Мари увидела фигуры мужчин, схлестнувшихся в жестокой схватке. Она насчитала пятерых, попавших в ее поле зрения. Возможно, были где-то еще. Поэтому она осторожно, пытаясь слиться с темнотой, затаив дыхание, направилась в их сторону. Пригнувшись и прячась за кустами.

   К тому времени, когда Марисса подобралась поближе, Тушкану удалось уложить двоих своих противников. Один из двух оставшихся, напав сзади, сжал шею Кости в удушающем захвате. Другой молотил его в живот, как спортивный снаряд. От глухих звуков ударов кулаков, врезающихся в тело, Мариссе стало дурно. Она сняла оружие с предохранителя и подняла его, нацелив на того, что бил Тушкана. Мужик как раз отскочил от своей жертвы для того, чтобы размахнуться ногой, но его конечность так и не достигла своей цели. Мари нажала на спуск, и пистолет громко хлопнул. Воспользовавшись тем, что не ожидавший нападения со стороны, противник ослабил хватку и отвлекся на Мариссу, Костя ловким приемом высвободился из захвата и уложил его двумя мощными ударами в корпус.

   - Костик, ты извини, если я тебе весь кайф обломала, - на выдохе вымолвила Мари, - но я тут подумала, что нам уже давно пора свинчивать отсюда.

   Тушкан только хмыкнул, поднял свой пистолет и добил напавших на него типов. Он взял девушку за руку, и они помчались по лесу. Бежали долго. Марисса начинала спотыкаться и, в конце концов, уперлась обеими ногами в землю, потянув мужчину назад.

   - Погоди, Костик. Я не могу больше, - от продолжительного бега в укоренном темпе она задыхалась, ноги подгибались в коленях. - Фиговый из меня спринтер.

   - Бросай курить, вставай на лыжи, - съязвил Тушкан. - Еще немного осталось. Там в метрах ста впереди есть дорога, а за ней - несколько построек. Так, развалины, но спрятаться можно. Все лучше, чем за деревьями.

   - А Рен нас там найдет?

   Костя протянул руку к кулону на шее девушке, тускло поблескивающему при свете луны.

   - Ага. Будь спокойна.

   Постройки были уж очень развалившимися. Они выбрали ту, что более или менее сохранилась: четыре обрушенные стены без крыши с двумя оконными и одним дверным проемом. Место, где раньше была дверь, было завалено кучей битых кирпичей и мусором. Пришлось забираться через "окна".

   - Ты - к тому, а я - здесь, - быстро провел распределение огневой силы Тушкан.

   - Думаешь, нас обнаружат? - тут же поинтересовалась Марисса. - Кстати, а кто это был?

   - Люди Драка, - скупо пояснил Костя.

   "Очень информативно. Реально считаешь, что отмазался?" - Мари решила продолжить докапываться до мужчины.

   - И как ты предполагаешь, кто первый нас найдет? Убивцы или группа поддержки?

   - А ты сама-то как думаешь?

   Мариссе об этом думать как-то не хотелось. Все ее тело дрожало, и появилось неприятное ощущение, что нервы вот-вот не выдержат. В наступившей тишине было слышно лишь их тяжелое дыхание. Она сжала зубы и пересчитала патроны в карманах: "Н-да, не густо. Ну, как говориться, чем богаты, тем и рады. Хоть столько успела набрать". Мучительно хотелось курить, как всегда в трудных ситуациях, но она даже дышала через раз, в душе все еще продолжая надеяться, что их тут не заметят.

   - Кость, - прошептала она, - ты Тиграшику успел позвонить и обрисовать обстановочку?

   - Кому? - не понял Тушкан.

   - Ну, Рену. - Мари смутилась.

   Из темноты послышался тихий сдавленный смех.

   - Да. Ты телефон отключи. Запеленгуют еще.

   - Уже.

   Марисса заметила перемещающиеся за стволами деревьев тени.

   - Кость, ты видишь? - едва слышно спросила она.

   - Вижу, - он помолчал, что-то взвешивая и прикидывая про себя.

   - У меня всего четыре запасные обоймы, - призналась Марисса.

   - У меня тоже не склад. Давай так. Видишь вон ту бочку? До нее ждем. Ближе подберутся - вали. Маслята зря не трать. В молоко не пали.

   Они затаились. Послышались голоса:

   - Вон там посмотри. Я вокруг обойду.

   - Может, нет их здесь?

   - Здесь они, нутром чую.

   Чувствительный тип пересек условную, устно обозначенную Тушканом черту. Раздался выстрел. Мужик повалился в лужу. "В нутро попал, больше чуять не будет", - подумала Марисса и определила себе цель. Их укрытие поливали шквалом автоматных очередей. Марисса слышала, как ее зубы выбивают барабанную дробь. Вспомнилась дорога, ведущая к "Кленовой роще". Только вот ожидать, что помощь подоспеет также оперативно, скорее всего, не стоило. Впрочем, девушка всегда руководствовалась поговоркой: "На Бога надейся, а сам не плошай", - поэтому, стиснув зубы, чтобы те, наконец, перестали стучать, она держала оборону наравне с Костей, молясь единственно о том, чтобы не словить шальную пулю.

   - Ложись, - услышала она крик Тушкана и упала на землю, покрытую мусором, щебнем и осколками кирпичей, прикрывая голову руками.

   Раздался взрыв. В оконные проемы посыпался грунт и камни, попадая на спины распластавшихся под ними мужчины и девушки.

   - Не докинули, гады, - констатировал Тушкан.

   Марисса только судорожно всхлипнула и потерла глаза. От пыли, дыма, запаха гари и пороха першило в горле, резало в глазах. Она пару раз чихнула и выглянула наружу. Как оказалось, вовремя. В испуге три раза нажав на курок, она уложила здоровенного мужика, успевшего добраться до разрушенного здания и уже пытавшегося проникнуть внутрь.

   Дальше все превратилось в один сплошной кошмар, напоминающий кадры жесточайшего боя из остросюжетного фильма. Сзади, за их спинами, раздался взрыв такой мощный, что девушку ударной волной отбросило к стене, и она сильно ударилась об нее затылком. Красные ослепляющие искры сверкали в ее глазах. Воздуха не хватало, голова кружилась, и к горлу подступила тошнота. Она чувствовала, как силы оставляют ее.

   Будучи в полубессознательном состоянии через серую пелену, застилавшую взор, Марисса увидела, как в дыру, образовавшуюся после взрыва, запрыгивают люди. Много вооруженных людей. Они бегут к ней и ее спутнику. Оглушенная, прикладывающая все усилия к тому, чтобы не потерять сознание, она не могла пошевелиться. Руки и ноги как будто налились свинцом, голову пронзали вспышки острой боли, кровь стучала в висках, бешено колотилось сердце. Туманная дымка перед глазами никак не хотела рассеиваться. Но сквозь нее Мари еще была способна воспринимать окружающую ее действительность: Костя остервенело отстреливается, вот он хватается за грудь, сквозь его пальцы сочиться кровь. Он падает на колени, потом на землю лицом вниз. Все. Она осталась одна. Неподвижная хрупкая фигурка у стены. Слабая и беспомощная, не имеющая сил к сопротивлению. Вот к ней подбегает бритоголовый огромный детина с лицом убийцы, и она, неимоверным усилием собрав всю волю в кулак, точнее в тонкую маленькую ручку поднимает свое оружие и стреляет. Бугай падает, но на его месте сразу возникает другой и тоже падает. Патроны закончились. "Конец", - высвечивается у нее в мозгу крупными буквами.