Лишняя в этом доме (СИ) - Екатерина Юдина

при моих жизненных обстоятельствах, я каждый день проходила через крошечный ад. Только Хизер спасала. Хотя бы тем, что слушала.

— Я не могу понять, как выгляжу, — сказала, повернув голову и посмотрев на себя в зеркало.

— Отлично ты выглядишь.

Я не была согласна с Хизер. Может, я выглядела нормально. Как среднестатистическая человеческая девушка, но омеги ведь после пробуждения внешне меняются. Становятся утончение, нежнее и даже великолепнее. Вот Алес изменилась. У нее талия стала тоньше, а грудь больше. Черты лица приобрели больше миловидности. Она расцвела. Я — нет.

Я уже смирилась с этим. Долго внутренне убивалась, но со временем пришла к выводу, что на этом жизнь не заканчивается. Поставила себе множество жизненных целей и решила, что буду идти к ним.

Вот только Брендон, сам этого не зная, изувечивал ту рану, которая не успевала затянуться. Именно из-за него я вновь раз за разом сожалела о том, что так и не «расцвела» и именно из-за него я переживала о своей внешности. Мне хотелось верить в то, что я все равно выгляжу неплохо, но, тем не менее, от внутренней неуверенности, рядом с ним, то и дело поправляла себя. В основном одежду и волосы.

И мне было плохо от того, что брат впервые посмотрев на меня, сразу это заметил.

— Как ты думаешь, я вообще могу понравиться парню? — тихо спросила, неотрывно смотря на свое отражение.

— Конечно. Я уверена, что рано или поздно ты найдешь свою любовь. Шикарного парня, которому твоя особенность будет полностью безразлична.

— А Брендон? Как думаешь, я могла бы понравиться ему?

— Нет, — слишком быстрый ответ, мгновенно полоснувший по мне. — Ему никто не может понравиться.

— Может, все не так плохо? Ты же сама говоришь, что я нормально выгляжу и могу приглянуться парню.

— Элис, тут дело не в тебе, а в Брендоне. От таких, как он лучше держаться подальше. Для него уже давно нет ничего святого, а когда он вырастет… Думаю, это будет еще то чудовище. Такие люди не меняются в лучшую сторону. Они становятся только хуже.

— Вчера ты гнала меня сказать ему «привет», а сегодня говоришь, что к такому, как он лучше вовсе не подходить.

— Я гнала тебя к нему, как к брату, а не как парню. Это две совершенно разные вещи. Как семья вы обязаны общаться и я бы не хотела, чтобы ты, как часть Диланов, чувствовала себя настолько загнанной. Будь умнее и более уверенной.

— То есть… думаешь, что у меня с Брендоном вообще без шансов?..

— Дорогая, я понимаю, что он тебе нравится, но ты же сама видела тех девушек, на которых он в какое-то время обратил внимание. Бойся быть такими, как они. Твой брат их разбил, а они потом за ним еще долго волочились. Ужасное зрелище. Мне было больно на такое смотреть. Бедные омеги.

Я судорожно вдохнула и отвела взгляд от зеркала. Больше мне не хотелось смотреть на себя.

У Брендона было много омег. Но отношений — ни разу. Из-за него многие девушки плакали, но насколько же безразличен он был к их слезам.

В последние годы Брендон вообще превратился в еще то чудовище. В основном по той причине, что его отправили учиться в закрытый мужской колледж. Учреждение для альф и с особо строгими правилами. Выпускали оттуда лишь два раза в год по две недели — так называемые каникулы. И Брендон, по полгода проводя без омег, потом за эти две недели отрывался. Пытался хоть немного утолить голод.

О чем я вообще думала, когда говорила ему «да»?

Ах, да. Я не думала.

Глава 8 Зачем

Хизер была кардинально против, но я все равно помогла ей убрать беспорядок на чердаке. Там находилось слишком много тяжелых коробок и мне не хотелось, чтобы она их носила.

В итоге я устала и моющими средствами испортила любимую футболку. Но так же я более-менее успокоилась.

Вернувшись к себе, я искупалась и переоделась. После этого взяла планшет и упала на кровать. Я как раз пыталась писать реферат про альф, когда дверь моей комнаты открылась и на пороге появился Брендон.

Он явно только вышел из душа. Волосы мокрые. И одет брат был лишь в спортивные штаны. Родители были против того, чтобы он ходил по дому полуголым, но Брендону на это было плевать.

Я тут же опустила взгляд. В этом плане поддерживала родителей. Лучше бы он нормально одевался.

— Пожалуйста, уйди, — сказала ему, стараясь делать вид, что я очень занята написанием реферата. — Я передумала.

— У тебя месячные? — он захлопнул дверь. Закрыл ее на ключ и вальяжно сел в кресло. — Это не проблема. Мы можем иначе.

Черты моего лица исказились настолько сильно, что на несколько секунд мне даже показалось, что я на всю жизнь останусь такой. Биения сердца вовсе оборвалось и некоторое время я не могла сделать ни вдоха. Хоть и очень старалась.

— В этом вся проблема, — наконец-то сказала. С трудом и все еще не поднимая на него взгляда. — Я не готова и, более того, не хочу тех отношений, которые предпочитаешь ты.

— Объясни. Какие отношения я предпочитаю?

— Когда девушек просто пользуют, — я сильнее пальцами сжала планшет. Опять опустила взгляд, но уже не видела, что там написано. — Пожалуйста, уходи.

Уже было все равно на то, что Брендон расскажет остальным про меня. Пусть лучше они утопят меня в грязи и морально уничтожат, чем произойдет то, на что Брен способен, когда дело касалось девушек.

— Любишь меня, но все равно не дашь тобой воспользоваться?

— У тебя странное понятие чувств, — я стиснула зубы. В своем реферате захотелось написать «Альфы придурки. Особенно один — Брендон Дилан». И это было бы правдой, подтвержденной фактами.

— Или ты просто не так сильно любишь.

— Пошел прочь, — я не выдержала и ответила с той злостью, которая изнутри обожгла. Я бы хотела любить «не так сильно». Я пыталась, но не могла. А эта любовь была словно ежедневная пытка, которая делала настолько больно, как ничто другое.

— Не кипятись. У меня есть кем попользоваться, но, как видишь, я тут.

— Разве от меня ты хочешь не этого же? — я нервничала. Даже просто разговаривать с Брендоном о чем-то таком, для меня было за гранью. — Или все же для тебя все это лишь издевка?

Второй вариант был более вероятным. От этого в очередной раз стало плохо и ладони опять потянулись к волосам, но я себя сдержала. Да, я выглядела