Лиза Джексон - Если бы знать

– Ты ее нашел? Как?

– Я гений, – скромно ответил сыщик. – И еще у меня есть доступ в Интернет. Девица живет в Санта-Розе. Я собираюсь нанести ей визит. Хочешь со мной?

– Не пропущу ни за какие блага мира, – ответил Ник.

– Я так и думал. Дело становится все интереснее!

– Или все опаснее, – пробормотал Ник, тщетно стараясь забыть о глупой и неуместной ревности. – Нам нужно кое-что выяснить, – заговорил он. – Сегодня мы с Марлой навещали ее отца. Старик был явно не в себе: объявил, что она самозванка, что на самом деле ее зовут Кайли и что настоящая Марла недавно была у него вместе с мужем. Еще назвал ее мать шлюхой и упомянул, что когда-то эта женщина пыталась выдать Марлу – то есть Кайли – за его дочь.

Уолт прищурился.

– Пороюсь в метрических записях. Фамилии он не сказал?

– Это было бы слишком просто, – вздохнул Ник, допивая пиво. – Не исключено, что в этом вообще нет ни слова правды. Старик совсем плох. Медсестра говорит, его держат на морфии. Я очень удивлюсь, если он протянет еще неделю.

– Так каков план игры?

– Начнем с Алекса. Я прослежу за братом. Выясню, куда он ездит. Говорит, на деловые встречи, а сам не возвращается домой раньше полуночи.

– Может, завел подружку?

– Может, и так. Они с женой не спят вместе. И еще: он запирает свои комнаты.

Уолт тихо присвистнул.

– Интересное семейство! – заметил он, допивая пиво. – У жены целый табун любовников, а муж запирает от нее дверь и работает в ночное время. Ты его не расспрашивал насчет этих ночных поездок?

– Спрашивал пару раз. Он отвечал уклончиво.

– Значит, думаешь, что-то скрывает?

– Я знаю, что он что-то скрывает. И хочу выяснить, что именно.

Уолт утер рот ладонью.

– Рад буду тебе помочь. Что-нибудь еще?

– Думаю, настало время нанести визит кузену Монти. У тебя есть его адрес?

– Конечно. Сначала съездим к Джули Джонсон, а потом к нему. Только лучше нам поберечься, – заметил Уолт, вставая из-за стола. – Этот парень опасен.

Ник бросил на стол несколько банкнот.

– Ничего. – Он улыбнулся зловещей улыбкой, не предвещавшей Монти ничего хорошего. – Я тоже.

Глава 17

– И что я буду с этого иметь? – поинтересовалась Джули Делакруа Джонсон.

Джули принимала незваных гостей в обтягивающем свитере и черной мини-юбке: закинув ногу на ногу, она раскачивала ногой так, что рисковала потерять шлепанец. Она впустила Ника и Уолта в дом, но держалась нервно и настороженно. Муж ее – здоровенный парень, на вид лет восемнадцати – оседлал кресло, скрестил руки на его спинке и вертел в руках пустую пивную банку, ненавязчиво поигрывая бицепсами. Из кожи вон лез, чтобы изобразить крутого. Но на Ника такие штучки не действовали: он видел, что парень еще совсем сопляк. И явно хочет что-то скрыть.

Уолт занял место на узенькой кушетке рядом с черной кошкой. Кошка вскинула голову, негодующе мяукнула и ретировалась под стол, украшенный вазой с искусственными цветами. Из динамиков гремела музыка; от мощных басов содрогалась вся квартира.

– Что я получу, если все вам расскажу про маму? – спросила Джули.

– Душевное спокойствие, – ответил Ник. Он стоял в дверях, прислонившись плечом к косяку.

– Джули о деньгах говорит, – прояснил ситуацию муж. – Знаешь, зелененькие такие бумажки.

– А я говорю о свободе, – парировал Ник. – Знаешь, если Джули расскажет нам все, что ей известно, ей не придется отдыхать в тюрьме за соучастие и пособничество в преступлении.

– Она законов не нарушала, – возразил парень.

– Если она знает что-то, имеющее отношение к преступлению, и скрывает это, то может быть привлечена к суду, – холодно объяснил Ник. – Пусть не за соучастие, но за укрывательство уж точно. Полицейские не любят, когда их водят за нос. Чарлз Биггс убит, Памела Делакруа, скорее всего, тоже. – Он обернулся к помрачневшей девушке. – Тебе не хочется, чтобы убийца твоей матери получил по заслугам?

– Это был несчастный случай, – не слишком уверенно ответила девушка.

– А я так не думаю. И полиция тоже. Так что давай перейдем к делу. Я сегодня не в настроении для китайских церемоний.

– Тебе что, чувак, зелени жалко? – вступил муж. – Ты же Кейхилл, сам сказал. У этих Кейхиллов денег куры не клюют.

– Я Кейхилл, но не Алекс. Я его брат. Это он – чувак, у которого денег куры не клюют, – объяснил Ник.

Шагнув вперед, он выключил проигрыватель.

– Эй! – заорал Роберт. – Полегче!

– Включишь, когда мы уйдем.

Джули, бледная и испуганная, напряженно о чем-то раздумывала. Уолт это заметил и попробовал взять ее с наскоку.

—Ты знаешь Алекса Кейхилла? – спросил он. – Когда-нибудь с ним встречалась?

– Нет, – быстро ответила она. Слишком быстро.

– Хорошо, спрошу у брата, – пожал плечами Ник.

– Ничего он не скажет. Она его не знает, – снова вмешался Роберт.

– Хорошо. А Доналда Фавьера ты знаешь? Преподобного Доналда.

Джули отвела густо накрашенные глаза и нервно облизнула губы. Похоже, ей очень хотелось куда-нибудь спрятаться.

– Я пару раз ходила в церковь Святой Троицы. С мамой.

– А потом оказалась в Кейхилл-хаусе, где он работал. Джули сглотнула и густо покраснела. Сейчас она выглядела совсем девчонкой – какой, собственно, и была.

– Да. Я забеременела.

– Ты отец? – кивнул Ник Роберту.

– Да, ну и что? – огрызнулся тот. – Джулс, ты не обязана этим козлам ничего рассказывать!

– Что случилось с ребенком? – спросил Ник. Джули прикрыла глаза. Нику показалось, что она сейчас разревется.

– Я сделала аборт.

– Твоя идея? – снова обратился Ник к Роберту. Тот пожал плечами.

– Это была ее пробле... то есть ее дело. А я что? Я согласился. Сказал, как она решит, так и будет.

– Расскажи про обвинения против преподобного Доналда Фавьера, – мягко попросил Ник. – Он действительно к тебе приставал?

Джули принялась грызть ноготь. Глаза у нее покраснели, словно она отчаянно боролась со слезами.

– Он... он был ко мне очень добр, – прошептала она и снова принялась за ноготь. По щеке прокатилась первая одинокая слеза.

– Это он уговорил тебя сделать аборт?

– Нет, что вы! – Джули затрясла головой. – Он говорил, чтобы я родила ребенка и отдала на усыновление. А я знала, что не смогу жить и знать, что моего ребеночка растят чужие люди. Я так хотела его оставить! Но не могла. Просто не могла.

Слезы заструились по ее щекам, и Нику стало искренне жаль девчонку.