Сандра Браун - Сокровенные тайны (За семью печатями)

— Провожу свое расследование.

— Какое, к черту, расследование, — прорычал он. — Проваливайте отсюда.

Раненый застонал и отвлек внимание Рида.

— Советую вам заниматься собственными делами, шериф Ламберт, — резко парировала Алекс.

Он выругался и опустился на колено возле раненого. Заметив на полу большую лужу крови, Рид полностью переключил свое внимание На жертву.

— Как себя чувствуешь, ковбой? — Человек застонал. — Как тебя зовут?

Раненый с трудом приоткрыл дрожащие веки. Судя по всему, он понял вопрос, но не мог ответить. Рид осторожно приподнял одежду, выясняя, откуда сочится кровь. Пуля попала в бок примерно на уровне пояса.

— Будешь жить, — сказал он раненому. — Потерпи еще несколько минут. Сейчас приедет «Скорая».

Он поднялся на ноги и подошел к мужчине, которого по-прежнему держали вышибалы. Тот стоял, опустив голову.

— Ну, а ты? Имя у тебя есть? — спросил Рид, приподнял опущенную голову за подбородок. — А-а, привет, Льюис, — сказал он протяжно. — Я-то думал, ты уже унес отсюда ноги, жалкая тварь. Значит, мое предупреждение не подействовало? Не могу передать тебе, как приятно мне снова засадить тебя к нам в тюрьму.

— Пошел ты на хрен, Ламберт, — бросил тот с наглой ухмылкой.

Рид размахнулся и так саданул ему кулаком в живот, что едва не достал до позвоночника. Льюис сложился пополам, но Рид мощным ударом в подбородок выпрямил его снова. Затем приподнял за лацканы пиджака и припер к стене.

— Много болтаешь, Льюис, — спокойно сказал Рид, даже не запыхавшись. — Посмотрим, как ты заговоришь после парочки месяцев в таком месте, где гадкие ребята заставят тебя по утрам сосать кое-что вместо завтрака.

Человек беспомощно заскулил. Когда Рид отпустил его, он сполз по стенке и мешком упал на пол. В комнату вошли помощники шерифа, озираясь на шикарную обстановку.

— Оказал сопротивление при аресте, — невозмутимо объяснил им Рид, махнув рукой в сторону Льюиса, затем коротко приказал надеть на него наручники, ознакомить арестованного с его правами и составить протокол о покушении на убийство. После этого он переговорил с медиками, которые вошли вслед за помощниками и теперь занимались распростертым на полу человеком.

— Он потерял много крови, — сообщил один из них Риду, вводя иголку шприца в руку раненого. — Положение серьезное, но должен выжить.

Убедившись, что все делается как надо, Рид снова обратил свое внимание на Алекс. Крепко ухватив ее руку повыше локтя, он потащил ее к двери.

— Пустите.

— Нора Гейл вас пока еще не взяла на работу, так что вам здесь делать нечего. Нора Гейл, закрывайтесь до утра.

— Но сегодня пятница, Рид.

— Ничего не поделаешь. И никого не выпускайте. Скоро приедут снимать показания.

Не разжимая руки, он провел Алекс вниз по ступенькам, втолкнул в свой «Блейзер», чуть не вдавив ее при этом в сиденье, и захлопнул дверцу. Затем сел за руль.

— Там моя машина, — упрямо сказала она. — Я сама могу вернуться в город.

— Кто-нибудь из помощников потом пригонит ее. — Он повернул ключ зажигания. — Господи, и как это вас угораздило явиться сюда.

— Я поняла, какого сорта это заведение, только когда приехала.

— Ну а когда поняли, почему сразу не уехали?

— Я хотела поговорить с Норой Гейл. Как я понимаю, она ваш очень старый и близкий друг, — сказала она с притворной любезностью.

При въезде на шоссе им встретилась патрульная машина. Рид посигналил ей остановиться и опустил окно.

— Давайте сюда ключи от машины, — сказал он Алекс. Она передала ему ключи; выбора у нее не было, и к тому же хоть она и храбрилась, но не могла унять дрожь.

Рид бросил ключи помощнику, приказав, когда они закончат предварительное дознание, послать напарника отвезти машину мисс Гейтер к мотелю «Житель Запада». Покончив с этим, он свернул на шоссе.

— Неужели вы не чувствуете за собой никакой вины? — спросила Алекс.

— Какой?

— Вы закрываете глаза на то, что в вашем округе действует бордель.

— Ах, это. Нет, не чувствую.

Она с изумлением посмотрела на него.

— Почему? Потому что мадам ваша старая пассия?

— Не только поэтому. В дом Норы Гейл стекаются все потенциальные нарушители порядка. А ее вышибалы держат их в рамках.

— Но сегодня не удержали.

— Сегодняшний день исключение. Этот подонок где ни появится, везде заварит кашу.

— Мне следовало бы написать на вас рапорт за жестокое обращение с арестованным.

— Он сам виноват, еще мало получил. Когда он прошлый раз проходил по уголовному делу, его чудом спасла какая-то юридическая формальность. Но на этот раз он у меня в тюрьме насидится. Да, между прочим, в Нью-Мехико поймали Лайла Тернера. Он признался, что перерезал горло Клейстеру за то, что тот повадился ходить к Руби Фэй. К вам это не имело ни малейшего отношения, так что перестаньте озираться по сторонам в поисках злоумышленников.

— Спасибо за информацию. — От этой новости на душе у Алекс полегчало, но последние события не шли у нее из головы. — Не пытайтесь переменить тему. Думаете, я стану покрывать вас? Пату Частейну будет очень интересно узнать, что у него под самым носом процветает бордель, Рид рассмеялся. Он снял шляпу, пальцами пригладил волосы и покачал головой, изумляясь ее наивности.

— Вы знакомы с миссис Частейн?

— Какое это имеет…

— Ну а все же, знакомы или нет?

— Нет. Я разговаривала с ней по телефону.

— Она просто помешана на загородных клубах, загорелая, кожа да кости. Вся как елка увешана золотыми побрякушками, даже когда играет в теннис. И уж мнит о себе черт знает что. Уловили портрет? Ей очень нравится быть женой прокурора, зато не нравится сам прокурор, особенно в постели.

— Меня не интересует…

— Ее представление о любовной игре сводится к одному:

"Кончай поскорее, да не помни мне прическу», и она скорее умрет, наверное, чем позволит ему кончить в рот.

— Вы омерзительны.

— В заведении у Норы Гейл у Пата есть любимица — вот она все проглотит да еще сделает вид, что нет ничего слаще; так что он и пальцем не двинет, чтобы закрыть бордель. Если вы действительно умны, в чем я начинаю всерьез сомневаться, то не поставите его в неловкое положение и даже Вида не подадите, что вам известно про заведение Норы Гейл. И не вздумайте болтать об этом судье Уоллесу. Он туда никогда не ходит, но все его друзья развлекаются там. Черта с два он захочет испортить им удовольствие.

— Господи, неужели в этом округе все до единого развращены?

— Ради бога, Алекс, пора вам повзрослеть. Во всем мире все развращены. Возможно, вы единственная, кто, закончив юридический факультет, еще верит, что закон основан на нравственных принципах. Каждый в чем-то виновен. У каждого — своя темная тайна. И если повезет, то тайна твоего соседа окажется пикантнее твоей собственной. И тогда, зная его тайну, ты заставишь его помалкивать о твоей.