Кейт Уайт - Пока смерть нас не разлучит

— Что происходит? — крикнул он, подбегая к Пейтон.

Она молча замахнулась длинным суком. Брайен ловко увильнул от удара. Пейтон замахнулась снова. На этот раз Брайен вырвал сук у нее из рук. Пейтон шагнула назад и занесла кулак. Брайен коротким резким ударом послал ее в нокаут. Она рухнула на снег.

Брайен, больше не интересуясь своей хозяйкой, схватил сук и подбежал к краю пруда.

Он лег на живот и протянул мне спасительную ветку:

— Держите!

Ни руки, ни ноги мне не подчинялись. Я дотянулась до конца толстой ветки, но сил вцепиться в нее по-настоящему не было.

— Ты можешь! Давай! — крикнул Брайен.

Я наконец крепко ухватилась за сук, и Брайен мало-помалу вытащил меня — сначала на твердый лед, а потом и на берег.

— Спасибо, — сказала я едва слышно. — Она пыталась меня утопить.

— Знаю. Видел. Снимайте мокрую одежду, иначе умрете от переохлаждения. Долой куртку и блузку. Я дам вам свое пальто. Быстро!

Он отвернулся.

Быстро не получалось — руки-ноги плохо подчинялись. Кое-как я разделась, потом завернулась в его пальто.

Краем глаза я видела, что Пейтон начинает шевелиться.

— Ну, теперь совсем другое дело, — сказал Брайен. — Что у вас тут произошло?

— Она двоих уже убила, а я ее разоблачила. Долгая история.

Зубы мои стучали, говорить было трудно.

— Все, бегом в дом. Если вас сразу не согреть — помрете.

— А Пейтон?

Он брезгливо покосился на свою хозяйку:

— Да, ее одну оставлять нельзя. Вы в одиночку добежите до дома? Найдете дорогу? Тут, впрочем, только одна тропинка. Я позвоню Кларе по сотовому. Она вас встретит прямо во дворе. И «скорая» подъедет.

— О'кей, — сказала я.

— Бегом! Скажите Кларе, пусть потом позвонит мне.

Я побежала по тропинке. Зубы стучали так, что заглушали все прочие звуки. Было уже почти темно. Помню, в какой-то момент в безумном остаточном страхе я оглянулась — проверить, не бежит ли Пейтон за мной.

— 21 —

Так вышло, что Лэндону не хватило времени сделать свиную вырезку под маринадом для совместного ужина в пятницу поздно вечером. Поэтому он поставил на стол найденный в холодильнике сыр, под который я умяла целый французский батон. Но выбирать не приходилось: в моем собственном холодильнике нашлось лишь нечто загадочное в фольге, остаток какой-то другой эпохи, что я побоялась даже разворачивать — так и выбросила в мусорное ведро. К тому же ужинать в одиночестве было бы сущим наказанием.

— Ну как, Бейли? — спросил Лэндон, наливая мне еще бокал бордо. — Полегчало на душе?

— Да, спасибо.

Моему телу действительно было хорошо — желудок полон, я в тепле и в безопасности… Какая уютная тихая гавань — после всех моих приключений! Однако в душе царили разброд и мрак. Семь часов назад я узнала, что на счету моей чудесной-расчудесной подруги Пейтон два убийства. А шесть часов назад меня пытались утопить в ледяной воде — Пейтон была готова взять на душу третье убийство.

Клара и несколько человек прислуги встретили меня буквально на полпути к дому. Бежать, даже в сухом пальто, было мучительно трудно. Мокрые джинсы леденели, в сапогах хлюпала вода. И от быстрого бега я не столько согревалась, сколько охлаждалась; казалось, что я на бегу рассекаю ураганный ветер, который уносит из меня последнее тепло.

Следующий час был полным кошмаром. «Скорую» никто не вызвал. Переодеваясь и укутываясь в теплые одеяла, я приказала Кларе позвонить хотя бы в полицию, но она вдруг уперлась. Настоящая преданная собака — боялась подвести своих хозяев. Тогда я сама позвонила — как только зубы перестали стучать от холода. Приехали две машины — патруль и детективы Пиховски и Майклс. А потом откуда-то прикатил срочно вызванный Кларой мистер Славин. На нем лица не было — впервые я видела его на грани нервного срыва. Пейтон сразу увезли в тюрьму. Меня, все еще завернутую в верблюжьи одеяла, допросил в библиотеке детектив Пиховски. Чуть раньше он допросил Брайена, и поэтому в глазах Пиховски хотя бы на этот раз не было обычного скептицизма. Он настаивал на том, чтобы я осталась в Гринвиче еще на один день, однако я послала его куда подальше — ни на секунду здесь больше не задержусь! Ответив на все вопросы, я тут же уеду в Нью-Йорк, а завтра могу явиться в тамошний департамент полиции, и пусть меня уже там расспрашивают хотя бы и до посинения!

— Даже просто слушать про то, что с тобой приключилось, страшно, — сказал Лэндон. — А уж пережить все это… Ты, наверное, в какой-то момент решила, что все — тебе не выжить.

— Да, был такой момент. Поначалу даже в ледяной воде я сохраняла относительное спокойствие и надеялась выплыть. А вот когда Пейтон звезданула меня суком, я поняла, что мне конец. Сама-то я, может, и выбралась бы на берег. Но Пейтон не выпустит меня из воды. И бой у нас будет слишком неравный. Если бы не Брайен — пиши пропало… Господи, ужасно даже вспоминать!

— А почему он, собственно, появился у пруда? Ведь ты же сама сказала, что Пейтон велела ему чинить машину.

— По его словам, ремни безопасности он отладил буквально за минуту. И решил все-таки пройтись в дальний конец парка и оценить ущерб от поваленного дерева. Втайне он всегда считал своим настоящим начальником Дэвида, а Пейтон люто ненавидел за придирки и капризы и делать что-либо против ее воли доставляло ему удовольствие.

— Значит, Пейтон в конечном итоге пала жертвой своего дурного характера, — подытожил Лэндон. — Будь она почеловечнее, Брайен не нарушил бы ее приказ — и ты бы погибла. Еще один несчастный случай. Опять заговор дьявольских сил против бедняжки Пейтон…

Лэндон отпил вина из бокала и, положив оба локтя на стол, а голову на руки, некоторое время как бы любовался мной.

— Умничка ты наша, страдалица ты наша, — ласково сказал он, — А ты Пейтон когда-нибудь подозревала?

— Никогда и ни секунды! — ответила я. — С самого начала я была зациклена на идее серийного убийцы. А раз Пейтон провела со мной все время, пока Эшли была в силосной башне, то я ее автоматически, почти бессознательно исключила из круга возможных подозреваемых — ведь я искала убийцу, который порешил трех подружек невесты. А заподозрить Пейтон следовало. Ее мотив был очевиден: сумасшедшее богатство Дэвида! Помните, моя шефиня Кэт сказала: ищите женщину! Ирония в том, что я нашла именно женщину. И мотив оказался действительно вульгарно простым — большие деньги, алчность, тщеславие.

— Так или иначе, ты докопалась до правды. А полиция села в лужу.

— Что ж, вы правы.

— Бейли, не кори себя, что ты не сразу все поняла. У тебя был хитрый и коварный противник… Разве ты не говорила, что Пейтон в одиночку изобрела крем-брюле с манговым соком? Людей, которые способны без посторонней помощи изобрести крем-брюле с манговым соком, надо обходить десятой дорогой; я бы издал закон, что их нужно содержать в железных клетках — как потенциально опасных членов общества.