Юна-Мари Паркер - Влечения

Рыжая взглянула на нее с искренним недоумением:

— Вы смеетесь, что ли? Я приехала сюда полтора года назад, и за все это время у меня не было ни одного приличного свидания.

Теперь пришла очередь Ребекки изумляться:

— Но почему?..

— Здесь большинство мужчин, как Габриэль, геи. А натуралы все сплошь женаты и такие мерзавцы, каких свет не видел! Я не питала иллюзий в этом смысле, когда ехала сюда. Нужны были деньги, вот и все.

К разговору присоединилась хрупкая и миниатюрная блондинка:

— Она права. Мой парень остался в Манчестере. Как только мы скопим денег на покупку дома, я отсюда уеду. Тут не за кого выходить замуж.

— А вот, скажем, Марисса Монтклер?.. Она тоже приехала сюда за деньгами?

В комнате раздались удивленные голоса девушек, и вокруг Ребекки тут же образовалось кольцо.

— Марисса? Вы ее знали?

— Да, — ответила Ребекка. — Не очень хорошо, впрочем. Я фотографировала ее несколько раз. В основном на разных нью-йоркских вечеринках. Расскажите мне о ней. Что она здесь делала?

— Это был очень хороший и добрый человек, — сказала светловолосая англичанка, у которой был жених в Манчестере.

— Да, — согласилась Саманта. — Ее все любили. Она прекрасно танцевала и пользовалась тут большой популярностью.

— А что произошло после того, как она сорвала в казино джекпот?

Саманта пригубила вина из своего стаканчика и устроилась поудобнее на гримерном столе, скрестив свои красивые длинные ноги.

— Ну, она, понятное дело, чуть не умерла от счастья в первую минуту. Все рассказывала нам, что она будет делать с этой кучей денег. Но потом вдруг все пошло не по плану… К ней подошел Слай Капра и сказал, что в его силах удвоить и даже утроить ее выигрыш. Он уговаривал ее ехать с ним в Нью-Йорк, обещал поселить ее в роскошной квартире. Это было чисто деловое соглашение, у них не было романа. — Взгляд Саманты затуманился, она задумчиво пожевала губами. — Ну вот… Она собрала вещи, уехала, и больше мы о ней ничего не слышали. И только прочитали в газетах о ее дурацкой гибели… Какой кошмар! — Она грустно вздохнула и, понизив голос, добавила: — Это Габриэль рассказал репортерам, что ее настоящее имя было Трейси Хэндфорд и что она приехала из Англии. Правда, он не проговорился, откуда у нее взялись большие деньги. Ума не приложу, как можно было поскользнуться так, чтобы выпасть из окна!..

Ребекка вкратце рассказала девушкам о том, что произошло с Мариссой в действительности. Глаза Саманты широко раскрылись.

— Я бы хотела узнать о том, как она жила до своего приезда в Нью-Йорк, — пояснила Ребекка. — Хотела бы поговорить с людьми, которые ее хорошо знали…

— Боже… — потрясенно пробормотала Саманта. — Она была такая милая! Мухи бы не обидела! Мы с ней приехали сюда примерно в одно время. Она снимала квартиру в центре Лас-Вегаса и делила ее с другими девчонками из кабаре. Я жила в другом месте, но мы с Мариссой очень много общались. Она рассказывала мне о своей семье. Вы знаете, ее родители почти во всем отказывали себе, оплачивая ее уроки танцев. Она была им очень благодарна.

— Она поддерживала с ними связь?

— Нерегулярно. Время от времени отправляла им открытки, а когда выиграла деньги, то хотела послать им часть, но Слай запретил ей даже думать об этом. Он вообще не хотел, чтобы об их сделке стало кому-нибудь известно. Он сказал ей, чтобы она какое-то время помалкивала о своем выигрыше.

Ребекка удивилась:

— Но почему она согласилась на эти условия?

— Она говорила мне, что в итоге все должно окупиться. Слай обещал ей большие доходы с ее денег, и со временем она надеялась вернуться с ними в Англию. Хотела купить своим родителям огромный, красивый дом, ну и все такое…

— Значит, она не думала связываться со Слаем надолго?

— В том-то и дело! Марисса уверяла меня, что как только заработает достаточно денег, сразу же вернется домой. — Саманта вновь стала вздыхать: — Бедняжка… У меня в голове не укладывается то, что случилось. Неужели ее убили? Воображаю, каково ее старикам сейчас!..

Ребекка выдержала приличную паузу, но затем продолжила свой допрос:

— Как она познакомилась со Слаем Капрой?

— Однажды он заглянул после представления за кулисы. Марисса как раз договаривалась об увольнении из кабаре, а тут он появился, спросил ее.

— Что было дальше?

— Он пригласил ее в тот вечер на ужин и потом еще несколько раз приходил за ней по вечерам. Она не рассказывала нам в подробностях о той сделке, которую они между собой заключили. Поначалу я видела, что Мариссе все это очень не по душе. Она колебалась. Но он таки ее уговорил, и к концу недели она взбодрилась и не могла дождаться той минуты, когда уедет с ним в Нью-Йорк.

— Он ей нравился? Как мужчина, я имею в виду? — спросила Ребекка.

— Нет, что вы! Она сказала, что он не в ее вкусе. Это была чистая сделка, и ничего больше.

Ребекка достала из сумочки фотографию Слая Капры, на которой тот был изображен вместе с Терезой Бендотто.

— Это он?

Глаза Саманты зажглись.

— Точно! Он самый! Симпатяшка, правда?

Ребекка спрятала снимок обратно в сумочку.

— А к ней еще кто-нибудь приходил в те дни? Помимо Слая? Ну, скажем, кто-нибудь из его людей?

Саманта наморщила носик, задумавшись, и уже хотела было отрицательно качнуть головой, как вдруг вспомнила:

— Да! Приходил как-то один человек. Но я не думаю, что он работал на Слая. Похоже, это был его конкурент, потому что он попросил ее, чтобы она не говорила Слаю о его визите.

— Это был молодой человек где-то под тридцать, с лицом, как у мальчишки, и короткими вьющимися темными волосами? — спросила Ребекка.

— Ага! Откуда вы знаете?

— Это Джерри Рибис, один из подельников Слая Капры. Мне кажется, они просто водили Мариссу за нос. Во всяком случае, у меня пока что такая версия.

Ребекка и Саманта поговорили еще несколько минут, а потом американка поднялась и сказала:

— Спасибо, вы мне здорово помогли.

Саманта соскочила со своего насеста.

— Всегда пожалуйста.

Ребекка вежливо улыбнулась. Она не стала признаваться в том, что на самом деле этот разговор мало на что пролил свет. Саманта не сказала ей почти ничего из того, чего она и так не знала.

Уже через пять минут они со Стирлингом вышли из казино и пошли в сторону своей гостиницы.

— Ну, пока мне нечем похвастаться, — взяв его за руку, проговорила Ребекка. — Впрочем, я начинаю лучше узнавать Мариссу. Она стала ближе мне, что ли… Думаю, она действительно была очень милой и добросердечной девушкой.