Ксения Мартьянова - Этот томительный дым

знаешь, что найти работу без образования практически невозможно. Нам улыбнулась удача, когда

Гарри взял тебя в бар. А теперь что? Пойдешь уборщицей?

- Мэнди, - с укором оборвала её Элли, - притормози.

Её сестра выдохнула, на секунду прикрыв ладонью глаза.

- Простите. Просто… нам будет сложно. И я думаю, что мне тоже стоит найти себе работу.

- Ни в коем случае, - категорично возразила Эбигейл, - об этом не может идти и речи.

- Но одна ты не справишься!

- Справлюсь, - она посмотрела сестре прямо в глаза, - я сделаю всё, что угодно для того, чтобы суметь

обеспечить вам достойное будущее, но надрываться тебе не позволю.

- Миссис Райли предложила мне помогать ей с организацией конференций. За плату, конечно, - не

громко сообщила Элли. – Я и не думала соглашаться, но теперь…

- Нет, - твердо сказала Эбби. – Вы обе, – она по очереди обвела сестер пальцем, – запомните: никакой

работы, пока не получите образование. Это вам ясно?

- Но Эбс…

- Никаких «но», - возразила она, - выкиньте это из головы. Я обещала, что вытяну нас, и я это сделаю.

Не думала, что вы станете сомневаться, ведь раньше у меня неплохо это получалось.

- Да, - немного грустно согласилась Мэнди, - но раньше у тебя была работа.

Молчание, которое воцарилось на кухне, прервал неожиданный телефонный звонок.

- Я возьму, - Элли соскочила со стула и направилась к аппарату, - алло, - она немного помолчала. На

лице отразилось беспокойство. - Да, здравствуйте. Спасибо, хорошо. Секунду. Это миссис Харрис, -

прошептала она, закрывая ладонью микрофон, - она звонит уже в третий раз.

- Что? – Тихо спросила Эбби, почувствовав, как все моментально похолодело внутри. – Почему ты

ничего мне не сказала? – Элли виновато закусила губу, а затем протянула сестре телефон. Руки Эбигейл

тряслись, когда она подносила трубку к уху. – Да, миссис Харрис.

- Эбигейл, - ледяной голос, раздавшийся на другом конце, заставил девушку поёжиться. – Я не могла

дозвониться до тебя весь день.

- Да… извините. У меня было много дел.

- Хм, - произнесла она, и это было именно то, чего она так боялась. – Я звоню сказать, что наша

завтрашняя встреча состоится не в 10.00, как обычно, а на час позже. Я должна отвезти свою внучку в

бальную школу – её родители улетели в срочную командировку. – Эбби моментально хлопнула себя по

лбу. Встреча. Блин! Она совершенно о ней забыла! В трубке воцарилось недолгое молчание. – Я

надеюсь, вы помните о встрече.

- Да! – Слишком быстро ответила она. – Конечно, помню! Я никогда бы не забыла…

- Хорошо, - прервала её она, - тогда я жду вас утром. И мисс Дэвис, не опаздывайте.

- Не лучшее время для ухода с работы, верно? – Подытожила Мэнди, когда Эбби положила трубку.

Конечно же, её сестры всё увидели в её глазах: страх, сожаление, растерянность, и им ничего не

требовалось говорить. Эбби в бессилии уронила голову на стол, тут же почувствовав, как её обняли

маленькие родные руки. И только эти руки удерживали её от того, чтобы вновь не заплакать.

***

Эбигейл сидела на стуле и как могла, пыталась унять разрастающуюся дрожь в коленях. Эти

регулярные обязательные встречи отнимали у неё не только силы, но и ко всему прочему лишали

рассудка и забирали частички уверенности. Одетт Харрис сидела прямо перед ней и внимательно

изучала документы, которые считала необходимыми и подлежащими контролю. Точнее, контролю

подлежала вся их жизнь: от макушки и до кончиков пальцев, и это было понятно. Женщина за столом

была уполномоченным по правам ребенка и состояла в службе защиты детей. Своей внешностью:

короткими светлыми волосами и синими глазами, на первый взгляд она казалась милой и понимающей, но тот, кто хотя бы однажды видел её в работе, знал её как железную леди с волевым характером и

непоколебимостью в своих решениях. И ничего в эти самые моменты Эбби не боялась сильнее, чем

услышать вердикт, который стал бы для неё смертельным.

- Страховка в порядке, - наконец, произнесла она, - счета находятся в пределах нормы. Что насчет

справки от работодателя?

Когда Одетт сложила руки перед собой, сосредоточив на ней свой взгляд, Эбби затаила дыхание. Здесь

она могла бы соврать о том, что забыла взять этот немаловажный документ по ряду некоторых причин

(хотя, по сути, это было бы правдой), но да, она терпеть не могла лгать. А особенно человеку, в руках

которого находилось будущее Адель, а значит, и всей её семьи.

- Миссис Харрис… - она взяла себя в руки и продолжила, - …дело в том, что я временно не работаю, -

брови «палача в юбке» (как называли эту женщину очень многие) поднялись вверх, но Эбби тут же

поспешила исправиться. – Точнее, я уволилась. Вчера. По некоторым личным соображениям. Но уже

активно ищу новую работу! И почти её нашла!

Она долго и внимательно смотрела на неё, а затем не спеша сняла очки.

- Скажу честно, мисс Дэвис, мне никогда не нравилась ваша ночная работа. Но, несмотря на многие её

минусы, я видела в ней два основных плюса, которые считала приоритетными: первый - заведение

слыло хорошей репутацией и второй - благодаря ему вы имели стабильный доход. – Эбби незаметно

облизнула нижнюю губу, чувствуя, как во рту у неё начинает пересыхать от волнения. – И теперь, когда

оба плюсы я могу считать исчерпывающими, мне не остается ничего другого, как выразить вам свои

сожаления.

- Что? – Сердце Эбигейл сжалось от страха, и она инстинктивно вцепилась пальцами в подлокотники. –

Что вы имеете в виду?

- Отдавая ребенка в приемную семью, я должна быть уверена, что у него будет достойное будущее.

Особенно, это касается Адель. Эта девочка пережила слишком многое для своего юного возраста, и я не

хочу, чтобы в дальнейшем существовал хотя бы малейший шанс на то, что всё может повториться.

- Нет, - Эбби отчаянно завертела головой, пытаясь сдержать слезы, - нет-нет-нет, послушайте, прошу

вас! Я найду работу, вот увидите, и она будет даже ещё лучше, чем прежняя! – Она подалась вперед, понимая, что её глаза сейчас горят, как никогда. - Я готова отдать за Ади жизнь, слышите? Готова

умереть за неё. Я пойду на любую работу. На две, если это будет нужно. Я буду работать день и ночь, забуду про еду и сон, но сделаю всё для того, чтобы моя девочка ни в чем не нуждалась. Клянусь вам.

Адель никогда не будет хорошо ни в одном другом доме. Она привязалась к нам. Она же наша семья...