Джулия Гарвуд - Скрытая ярость

– Да, я всем и каждому сказала, что у меня не было выбора, но так ли это? Кое о чем я умолчала. Хочешь знать, о чем?

– Хочу, конечно.

– Я ему посочувствовала. Понимаешь? Я была на его стороне! Наверное, была в тот момент в растрепанных чувствах.

– Как всегда, – хмыкнул Дилан.

А Кейт думала о корзине с цветами, этом изящном и хитроумном взрывном устройстве. О страхе, который ощущала, перерезая синий провод. Об ожидании взрыва. О смерти. Цепочка мыслей все вилась и вилась, пока вдруг ни с того ни с сего Кейт не рассердилась на Дилана.

– Зачем ты полез в здание?!

Он попробовал снова ее обнять, но она вырвалась.

– Ты полез туда, прекрасно зная, что там бомба, которая может в любой момент взорваться? Зачем ты это сделал?

– Чтобы спасти тебя.

– Меня превосходно спасла бы и команда взрывников!

– У них не было личной заинтересованности.

Дилан попробовал закрыть ей рот поцелуем, но Кейт отшатнулась.

– Ты нарываешься!

– Такое мне приходилось слышать и раньше, в том числе от тебя.

– Когда это?

– В больнице Бостона, когда меня привезли из операционной... ну, или через день-другой. Слишком много было обезболивающего, даты перепутались. Но я хорошо помню, что очнулся и увидел тебя у постели. Это меня здорово порадовало, хотя и непонятно почему. Ты всегда была для меня гвоздем в заднице.

– Да ну!

– Из кожи вон лезла, чтобы меня позлить. Признайся, это так!

– Например?

– Если мне звонила подружка, ты отвечала, что меня нет, а на вопрос, где я, плела невесть что.

– Ничего подобного!

– Джейни Каллаган ты сказала, что обо мне можно забыть, потому что я записался в Иностранный легион и уже отбыл на задание.

– Верно, но если Джейни настолько глупа, чтобы поверить, чего ради ты с ней связался? И вообще, это было всего один раз.

– Как же, как же! По твоей вине я растерял половину своих девчонок. Но это не самое худшее. Хуже всего, что ты...

– Что?

– Не обращала на меня внимания как на мужчину. Словно я слова доброго не стоил в этом смысле. Это меня бесило! – Дилан испустил театральный вздох. – Теперь приходится вновь и вновь доказывать собственную ценность. Как думаешь, это поможет?

– Что поможет и в чем?

– Мои мужские достоинства помогут тебе уснуть?

– Да, но...

Однако Дилан уже приступил к делу.

Когда на следующее утро он отворил дверь в кабинет шефа Драммонда, то сразу понял, что предстоит серьезный разговор.

– Что стоишь на пороге? Заходи и садись! – Шеф выпятил челюсть. – Я желаю знать об этом некрасивом деле все! Давно ты подозревал Халлинджера? На каком основании?

– Вот, это его. – Дилан положил на стол знак и личный пистолет Нейта. – Ничего я не подозревал, пока чуть не стало поздно. – Он рассказал, как пришел к выводу, что за всем стоит именно Халлинджер, и закончил повествование словами: – Если честно, самому мне это вообще никогда не пришло бы в голову. Все ваша заслуга! Мне и потом не с чем было идти в полицию Саванны. Не ссылаться же на то, что нутром чую! Ведь когда-то он был из их числа.

– Это верно, мы своих не выдаем вот так, за здорово живешь, – мрачно кивнул Драммонд. – Но мне покоя не давало то, что ты сказал о Халлинджере.

– Что он брякнул тогда по телефону? Насчет отказа Кейт от наследства?

– Я вот думаю, мы оба чуяли нутром, не хватало только зацепки. Скажи, ведь и сам ты ухватился за его обмолвку, не отмахнулся от нее?

– Спасибо за тот запрос.

– Всегда пожалуйста. За сорок лет заводишь много полезных связей. Один мой приятель все время роется в базе данных по долгу службы, для него не в тягость маленько помочь и мне, если есть нужда. Он и связал имена Нейта Халлинджера и Ванессы Маккена – где бывали вместе, что делали. К примеру, в Канстине полгода назад они лихо провели время.

– Тот факт, что они любовники, сразу расставил все по местам. Думаю, Ванесса не простит Нейту такого провала.

– А как там Джекман?

– Его отпустили.

– За отсутствием улик? – хмыкнул Драммонд. Дилан кивнул.

– Стыд и срам!

Еше несколько минут они обсуждали дело, потом шеф внезапно сменил тему:

– Знаешь, Бьюкенен, мне ведь давно пора на покой. – Он заложил руки за спину и прошелся по кабинету. – Собираюсь в отставку.

– Да, я слыхал.

– Здесь же думаю и осесть. Уж больно места хороши!

– И транспорт не отравляет существование, – понимающе усмехнулся Дилан. – Не то что в Бостоне.

– А какая рыбалка! Ты, часом, не рыбачишь?

– Бывает.

– Здесь реки и пруды прямо кишат рыбой, – нахваливал Драммонд. – Сам-то в отставку не собираешься?

– Да рановато еще.

– Вот и славно. Нам такие парни нужны. Если Бостон сидит в печенках, перебирайся сюда. А те взрывы выброси из головы – об этом еще и внукам будут рассказывать. Тихо тут, мирно.

– Это правда.

– Короче, Бьюкенен, я ухожу в отставку, но еще с полгодика проболтаюсь в участке. Как тебе такой срок на обустройство?

Дилана больше нет.

Это было первое, что пришло в голову Кейт, когда почти сразу за приглушенным хлопком двери снаружи послышался шум мотора. Сердце пронзила такая боль, что она села в постели, пытаясь разжечь в себе ярость.

Сбежал! Сбежал, даже не простившись, не оставив хотя бы записки... что-нибудь вроде «Еще увидимся»! Нет, это не в обычае бабника – прощаться.

Ярость в конце концов вскипела, и Кейт пулей вылетела из постели, готовая, если надо, броситься наперерез машине, лишь бы высказать все, что думает о таком малодушии. К счастью, она опомнилась раньше, чем оказалась на улице, сообразив, что совершенно голая. То-то было бы разговоров! А сколько приятных воспоминаний это оставило бы Дилану: всклокоченная, нагая любовница бежит по улице вдогонку за машиной, обезумев от мысли, что брошена.

Отвратительный был бы спектакль, да и ненужный в придачу. Дилан наверняка в большой спешке, иначе написал бы хоть пару слов. А может, даже и написал, но в своем безумии она не удосужилась прочесть. И не станет, если уж на то пошло. Потому что это разобьет ей сердце.

Взять себя в руки удалось настолько, что Кейт оделась с особым тщанием, словно не для домашнего завтрака, а для званого ужина. Спустилась на кухню... и там обнаружила веши Дилана. Это заставило ее устыдиться своих мыслей.

Значит, он не сбежал. Не уехал потихоньку от нее. Какое счастье!

Счастье? В чем это? Он все равно уедет, рано или поздно. Вещи-то вон, упакованы. И на столе записка с номером рейса и временем вылета. Даже телефон авиакомпании на всякий случай.

«Но ведь ты с самого начала это знала!»

Кейт вздохнула. Знала, ну и что же? Разве от этого легче? Как она ухитрится сказать «прощай» и не удариться в слезы? Даже вообразить себе это больно, словно сердце разрывается на части. Но рыдать – нет, слезам воли она давать не станет, ни за что на свете. Этого удовольствия она ему не доставит. «Не доводи меня до этого, Дилан!.. Ну пожалуйста!»