Николай Сухомозский - Ловушка для любви

Зазвонил телефон.

— «КупиДОН», вас слушают!

— На линии Стеф Берц! Уже добрый десяток минут не могу связаться с заведующим сектором «Е» и дальше терять понапрасну время не намерен. Передайте ему: оговоренная контрактом сумма мной три четверти часа назад перечислена. Заехать, как он просил, к великому сожалению, не успеваю — срочно улетаю по неотложным делам.

— Я выполню все, о чем вы попросили, господин Берц!

— Премного благодарен! До свидания!

Вечером, передав смену напарнице, регистраторша отметила, что сегодняшнее дежурство по сравнению с предыдущим, даже по их меркам, оказалось совершенно неинтересным. Кроме поручения Стефа Берца, она приняла единственный заказ — от клиента, отказавшегося назвать ей фамилию, что, впрочем, правилами допускалось.

Глава 14

Рабочий день в «Фетише» уже подходил к концу, когда заместитель председателя правления г-н Патиссон нажал кнопку селекторной связи.

— Старший менеджер Сауб слушает!

— Прошу вас сегодня ненадолго задержаться. Жду у себя в 18.30.

— Хорошо!

Такой же разговор состоялся спустя минуту с главным маркетологом Тришем.

Патиссон, пожилой бездетный бельгиец, был не только правой и левой рукой Клода Вилкау, но и его, по сути, наперсником. Добродушный, похожий на гнома, лысоватый старичок души не чаял в молодом, по сравнению с собственным возрастом, боссе.

И становился непреклонным, когда дело касалось интересов агентства. Сейчас настал именно такой случай.

— Я зобрал ваз по везьма необычному вопрозу, — то, как нервно он сцеплял и расцеплял пальцы, свидетельствовало о крайней степени взволнованности.

Сауб и Триш недоуменно переглянулись.

— То, что я вам зейчаз зкажу, должно озтатьзя между нами. Впрочем, езли бы зтарый Патиззон не был в этом уверен, то приглазил бы зюда других людей.

З одной зтороны, разговор можно оценить, как вмешательзтво в чужие дела. Но позкольку интерезы гозподина Вилкау я зтавлю выше озтального, то зчел необходимым обменятьзя мнениями. Выбрал ваз не из-за занимаемых должнозтей, а изключительно потому, что знаю: вы так же, как и я, преданы фирме и ее хозяину.

— Какие могут быть сомнения? — немного истерично хихикнула старший менеджер.

— Так вот, вынужден зообщить: дела агентзтва позледнее время далеко не блезтящи.

— Не может… — замолчал на полуслове Триш.

— Не только может, но так и езть! — сурово резюмировал хозяин кабинета.

— В последнее время мы подписали солидные контракты, — пискнула госпожа Сауб. — И получили, не столь уж частый случай, стопроцентную предварительную оплату.

— Не отрицаю. Однако, — сморщился Патиссон, словно обиженный ребенок, — этих денег уже нет.

— А куда они подевались? — отлично спетым дуэтом воскликнули главный маркетолог и старший менеджер.

— Для этого я и приглазил ваз. И хотя отчазти чувзтвую зебя предателем по отношению к гозподину Вилкау, зчитаю, что позтупаю правильно. Во-первых, потому, что желаю хозяину только добра. Во-вторых, убежден: его шантажируют какие-то негодяи.

— На чем основана ваша уверенность? — Триш поднял проницательные глаза.

— За зтоль неприятными выводами — два, как может показаться, никак не звязанные между зобой эпизоды.

— Что еще за эпизоды? — не удержала в узде женское любопытство Сауб.

— Значала — о финанзовом положении агентзтва. Точнее, о том, отчего его зчет почти пузт. Причина — фиктивная зделка, под которую и ушли зредзтва. Езли без экивоков, то подобным образом они были попрозту выведены из оборота. Заметьте: никогда, я повторяю — никогда, «Фетиш» подобным образом не позтупал. Мы все отлично знаем, назколько щепетилен в этих вопрозах шеф. Но мне — не зпрашивайте откуда — извезтно больше: в конечном итоге, деньги, причем наличными, достались гозподину Вилкау.

— Малоприятный инцидент! — заключил Триш.

Госпожа Сауб лишь недоуменно и смешно пошевелила губами, будто пыталась разжевать тайну, представлявшую собой некую липкую массу.

— Ну, а второй эпизод? — не терял присутствия духа главный маркетолог.

— Это везьма зтранный звонок. Он прозвучал немного раньше, чем злучилазь эпопея з деньгами, в конечном зчете, превратившимизя в наличные персонально для босса. Особого значения я поначалу звонку не придал. Но по звоей педантичнозти каззету запизывающего узтройства зохранил. А когда ушли деньги, взпомнил о звонке. И вновь прозлушал разговор — причем не единожды. Зделать из него вывод, годящийся для уголовного доказательства, нельзя. Однако я продолжаю зчитать его подозрительным и звязываю з последними малопонятными действиями Вилкау.

— Не могли бы его хотя бы тезисно пересказать.

— Зачем? Зейчаз мы прозлушаем запизь вмезте.

Патиссон сунул кассету в гнездо и нажал кнопку воспроизведения. После минутной паузы прозвучал звонок.

— Алло! — послышался голос бельгийца.

— Это консалтингово-рекламное агентство «Фетиш»?

— Да! Чем могу помочь?

— Вообще-то я звонил Клоду Вилкаутски…

— Наверное, вы хотели зказать «Вилкау».

— О да, конечно! Просто это у него такая кличка.

— Извините, мы — зерьезная организация. Какая у ваз проблема?

— Вашего шефа, с которым я собирался перетолковать, не оказалось на месте. Если точнее, там никто не поднимает трубку…

— Гозподина Вилкау в данный момент, дейзтвительно, нет на работе. А у его зекретаря — обеденный перерыв. Может, я могу ответить на ваш вопроз?

— Вряд ли!

— Почему вы так категоричны?

— Мне нужны деньги.

— Они взем нужны! — Сауб и Триш едва не прыснули со смеху: они никогда не слышали, чтобы заместитель председателя правления, небезосновательно слывущий в коллективе записным сухарем, пытался острить.

— Оно-то так, — согласился оппонент. — Да не у каждого, в отличие от меня, существует возможность поживиться.

— Гозподин Вилкау задолжал вам какую-то определенную зумму?

— Как бы не так! Но разве это мешает его слегка пощипать?

— Я отказываюзь вызлушивать подобные измышления!

— Не уподобляйтесь кисейной барышне!

— Кто вы такой?

— А вам какое дело?!

— Что за тон? Как вы можете зебе такое позволять?

— Не пыли, как перезрелый дождевой гриб! А Клоду, когда появится, передай: я еще позвоню. Пусть, если ему дорога фамильная честь, готовит бабки.

— Это уже выходит за рамки не только приличий, но и…

— Ничего, перебьетесь всем хором. Мы с господином Вилкау люди не совсем чужие на этом празднике жизни…