Мэри Уибберли - Самая опасная игра

С этими словами Девлин повернулся, но Кэтрин схватила его за руку.

— Не смейте уходить! — почти выкрикнула она.

— А я и не собирался. — Девлин уже явно с трудом сдерживал смех. — Просто хотел принести из буфета сахар. — Он посмотрел на ладони Кэтрин, вцепившиеся в его руку. — А вы очень импульсивная, да? Неужели вам не говорили, что довольно глупо хватать мужчин за руку? Это может быть неверно истолковано. — Кэтрин отдернула ладони, и Девлин удовлетворенно кивнул. — Вот так-то лучше. Можно мне принести сахар? И вообще пошевелиться?

— Убирайтесь к черту, — пробормотала Кэтрин, тяжело дыша, и уселась на стул, а Девлин рассмеялся.

— Похоже, все рыжеволосые такие, — сказал он, возвращаясь с сахаром и усаживаясь рядом с Кэтрин. — Ладно, обещаю, больше никаких шуток по поводу цвета волос. А теперь вернемся к Сэму. Он едет сюда, вот тогда и поговорим обо всем. Кстати, я еще несколько дней буду присматривать за вами.

Кэтрин в изумлении уставилась на Девлина, а он кивнул, как бы подтверждая свои слова.

— Да, именно так. Но я буду вести себя как джентльмен. А потом, если захотите, мы сможем даже погулять. — И тут же, совершенно не меняя тона, добавил: — Кому это вы звонили в три часа ночи из туалета на станции техобслуживания?

— Что?! — задохнулась Кэтрин.

Девлин уперся в нее взглядом.

— То, что слышали. Кому вы звонили? Приятелю?

— Не ваше дело, — огрызнулась Кэтрин.

Откуда же он узнал? Этот разговор с Джеффом, мужчиной, которого она любила, был просто необходим ей, чтобы ощутить реальность. Ведь кто-то должен был убедить ее в том, что она не сошла с ума.

— Ладно, мы это выясним.

— Выясните? Что вы хотите этим сказать? — Кэтрин даже задохнулась от возмущения. Ее сумочка, в которой находился мобильный телефон, лежала рядом на стуле, и Кэтрин невольно бросила взгляд на нее. — Я не преступница, Девлин.

— А я этого и не говорил. — Он проследил за взглядом Кэтрин. — Значит, вы захватили телефон с собой на завтрак, да?

— Не смейте трогать мою сумочку…

— Ох, да я и не собираюсь ее трогать. В доме есть другие телефоны, и вы можете воспользоваться ими…

— А вы подслушаете и запишете мои разговоры!

— А откуда вы знаете, что ваш мобильный телефон не прослушивается точно так же, как домашний, а? Об этом вы не подумали.

Потрясенная Кэтрин уставилась на Девлина, а он кивнул.

— Да, да, такое возможно. Так что если вы сказали ему, что убегаете на север, это может осложнить дело. — В голосе Девлина зазвучали строгие нотки. — Дайте мне ваш телефон, Кэтрин, я его осмотрю. — Он протянул руку, и Кэтрин, вытащив из сумочки трубку, отдала его Девлину. Он положил телефон на стол. — Кэтрин, что вы сказали ему?

— Ничего. Мне просто надо было поговорить с ним, чтобы обрести уверенность. Я сказала ему, что мне не спится… он в Аризоне, слишком далеко, чтобы помочь мне. И я не стала его беспокоить рассказом о своих делах.

— Очень хорошо. — Девлин налил кофе в две чашки, и одну из них подал Кэтрин. — Что бы вы хотели съесть?

Кэтрин пожала плечами.

— Мне все равно.

Слова Девлина поумерили ее пыл.

— И не надо жалеть себя, — добавил Девлин уже резким тоном.

— А я и не жалею. Мне просто не нравится, когда со мной обращаются, как с ребенком.

— Но Сэм не воспринял ваш звонок как ребяческий. Он отнесся к нему вполне серьезно и принял меры. Вы хоть понимаете, как быстро он действовал, чтобы организовать ваше исчезновение? — Говоря это, Девлин не отрывал взгляда от Кэтрин. — Я вам расскажу. Сэм задействовал все свои возможности и лучших людей… Слава Богу, все прошло удачно! Он совсем немного поспал, а теперь едет сюда из Лондона.

Взглянув в глаза Девлина, Кэтрин поняла, что он говорит правду и очень сердится.

— Простите, я не оценила…

— Вот именно. И там, в вашем доме, я не просто ради забавы просил вас вспомнить все о вашем отце… теперь вам должно быть ясно, что он имеет отношение…

— Но он же умер! — воскликнула Кэтрин и заметила, что при этих ее словах в глазах Девлина появилось что-то жуткое. Ее охватил внезапный испуг… Кэтрин почувствовала себя совсем беззащитной. Пытаясь успокоиться, она положила руки на стол. — Отец умер два года назад… в… в…

Она не могла продолжать. А Девлин сделал нечто удивительное. Он своей ладонью накрыл ладони Кэтрин, словно хотел унять охватившую ее дрожь.

— Простите, — промолвил Девлин, — я напугал вас… очень сожалею об этом.

Однако его слова не успокоили Кэтрин, дрожь не проходила. Ей не давало покоя то, что она видела в глазах Девлина. Словно он знал что-то страшное… ужасное… чудовищное…

— Я не могу… не могу… — начала Кэтрин, но Девлин поднял ее на ноги, обнял и крепко прижал к себе.

Объятия эти были скорее отеческие, будто Девлин обнимал ребенка, которому больно. Так он держал Кэтрин, пока дрожь ее не унялась, а она даже не делала попыток высвободиться из его объятий, в которых чувствовала себя в безопасности. Кэтрин глубоко вздохнула и подняла взгляд на Девлина. Он слегка ослабил объятия.

— Вам лучше?

— Я… не знаю. То, что я увидела в ваших глазах…

И тут Девлин, обращаясь скорее к самому себе, произнес непонятную фразу:

— А я и не подозревал, что вы ничего не знаете.

— Боже мой, — прошептала Кэтрин, — расскажите же мне.

Сейчас Девлин был похож на человека, которому нанесли сильный удар.

— Я думал, что вам известно…

— Что? — Слезы хлынули из глаз Кэтрин и покатились по щекам. — Что мне известно?

— То, что ваш отец жив. Кэтрин, я… — Но самых последних слов Девлина Кэтрин уже не услышала. Она потеряла сознание и обмякла в его объятиях, но он не дал ей упасть. В этот момент дверь в столовую отворилась, и Маргарет, удивленная увиденным, остановилась в дверях. — Покажите мне, где ее комната, — попросил Девлин.

— Идите за мной.

Маргарет распахнула дверь пошире, проследовала к лифту и нажала кнопку. Двери кабинки открылись, и она внимательно посмотрела на безжизненное, пепельного цвета лицо Кэтрин, лежавшей на руках Девлина.

— Я зашла спросить, что она хочет поесть, — сказала Маргарет и перевела взгляд на Девлина.

— Выяснилось, она ничего не знала о своем отце, — пояснил он.

— Бедная девочка! — Маргарет заморгала, отгоняя навернувшиеся на глаза слезы. — Не удивительно, что она лишилась чувств.

— А я оказался тем жестоким человеком, который сразил ее этой новостью. Проклятье!

— Но вы же не виноваты.

— Я должен был знать это! Сэму следовало предупредить…

Маргарет приложила палец к губам и кивнула, указывая на Кэтрин, у которой, мелко дрожа, разомкнулись веки.