Битва самцов - Юлия Узун

поведение и пришла к выводу, что поступила нечестно. Утром чувствовала себя опустошённой. Вдобавок к этому состоянию прибавилась тошнота. Съела кислое яблоко, приняла душ и уснула прямо в банном халате. Проснулась около полудня, перекусила, привела себя в порядок и поехала в спортивный комплекс, где работала Вики. Очень надеялась застать её, но не Забдиеля. Они друзья, и я подумала, что рассказав ей, я смогу получить дельный совет.

Когда я приехала, Вики вела занятия по фитнесу. Пришлось ждать почти сорок минут. За это время я в деталях продумала всё, что скажу ей. Однако, как только она появилась передо мной потная с полотенцем на шее, я забыла все важные слова.

— Привет, — выдавила я и попыталась улыбнуться.

— Элора! Как здорово, что ты пришла! — обрадовалась Вики. — Пойдём, я тебя угощу чем-нибудь в буфете. Сама я очень проголодалась. С утра прыгала без остановки.

Я молча последовала за девушкой.

— Забдиель в центре?

— Нет. Отсыпается. Вчера выпил лишнего. Кристофер его домой тащил практически на себе, — весело рассказывала Вики, при этом улыбалась. А у меня желудок скрутило спазмами, ведь Забдиель из-за меня напился. Мы подошли к буфету, и Вики спросила: — Что будешь?

— Я съем пирожное.

— Отлично!

Вики заказала поесть, после чего мы нашли самое лучшее место и устроились там.

— Я пришла поговорить, Вики, — призналась я, приняв серьёзный вид. — Ты — женщина, должна понять меня. История немного длинная, поэтому хочу удостовериться, что у тебя есть время.

— Конечно, есть. Что-то случилось?

— Много чего, — я вздохнула. — Даже не знаю, с чего начать…

И я пустилась в рассказ о том, как подруга меня подставила, а Забдиель выручил. Далее я честно рассказала, что вышла замуж за корейского Айдола и всё это время жила в Южной Корее. Вики слушала и не перебивала. Она не ахнула даже тогда, когда я упомянула аварию, в которой мой муж погиб, лишь посочувствовала. Я старалась не плакать, хотя сдерживаться было необычайно трудно.

— Сейчас ничто не мешает подружиться с Забдиелем. И всё было бы хорошо, если бы… В общем, я узнала, что беременна. И не смогла признаться в этом Забдиелю. Я подло поступила, да?

— Ну… подлость — это если бы ты завела с Забдиелем отношения, а потом выдала свой сюрприз. Тут другое…

— Он очень хороший человек, но я не хочу его обманывать, Вики. Поэтому пришла к тебе. Сама я боюсь ему это сказать.

— Но никто за тебя это не сделает, пойми. Я могла бы попробовать, но только представь его реакцию. Ты и только ты должна сообщить ему это. Зная Забдиеля, я точно могу утверждать, что он поймёт, но будет ли ухаживать…

— Я хочу, чтобы он остался другом.

Вики забросила последний кусочек сэндвича в рот, после чего сказала:

— Давай отложим разговор на завтра. Возможно, мне удастся его подготовить. Когда-то он вытянул меня из депрессии. Настала моя очередь влезть к нему в душу. Дашь мне свой номер? Я позвоню и проинструктирую тебя по поводу дальнейших действий.

— Что бы я без тебя делала, — с улыбкой сказала я и записала свой номер на салфетке, который Вики тут же вбила себе в контакты.

Мне понравилась доброжелательность Вики. Она была очень открытым человеком, оттого и веяло от неё теплом и нежностью.

~~~

В машине я слушала исключительно песни Читтапона Ли. Никакой другой музыки я знать не хотела. Его голос вливался в душу, согревал своей мягкой нежностью, ласкал и целовал. Я любила в нём всё. И слёз я не сдерживала. В машине наедине с собой я могла плакать, сколько хотела, и никто не сможет меня остановить. Я не собиралась держать боль в себе.

Слушая одну из медленных песен, я вспоминала наш первый поцелуй, мягкость его губ, лёгкое покалывание после. «Полюби меня хотя бы чуть-чуть» — эту песню он записал после нашей свадьбы и посвятил мне. «Песня в честь моей вредной женушки, — смеялся он. — Видишь, я умоляю тебя через песню полюбить меня». В ответ я бросила в него лист салата. Вспомнила это и улыбнулась. Можно жить воспоминаниями и быть от этого счастливой.

Пока стояла на перекрёстке, положила руку на живот, внутри которого билась жизнь. Та ночь была необычной. Я пользовалась телом Вона, но вместо него чувствовала душу Читта, именно он был на месте Вона. Значит, ребёнок от него.

— Ты — малыш Читтапона Ли, — произнесла я. — Я так хочу. Так будет. Мы никому не выдадим наш маленький секретик.

Сзади просигналили машины, и я заметила, что давно зелёный горит.

На территории дома, пока катилась по дорожке к гаражу, заметила автомобиль Зака. Опять он здесь. Поставив машину в гараж, я направилась к бассейну, где Зак и Корбин загорали с коктейлями.

— Не хочешь к нам присоединиться? — спросил Корбин. — Я могу сам приготовить для тебя коктейль.

Почувствовав резкую усталость, я села на лежак около Корбина.

— Купаться я не хочу, но от коктейля не откажусь. Желательно с мятой.

— Будет сделано, моя королева, — паясничая, Корбин поцеловал мне руку и убежал в дом. А мы остались с Заком наедине. Он лежал в синих с белыми полосками плавательных шортах и в тёмных очках. Тугие кудряшки были сухие, из чего я сделала вывод, что он ещё не плавал.

— Вода холодная?

— Чуть позже попробую. Зря тоже не хочешь.

— Нет. Честно говоря, я хочу спать. Я сейчас много сплю.

Улыбка сползла с его губ. Мне показалось, что и лицо стало каким-то неприветливо сердитым.

— Как же так получилось, Элора, что человек, который практически похитил тебя, принудил к женитьбе, привязал к себе, стал любимым? Если я последую его примеру, это поможет?

— Не надо так шутить.

— А это не шутка. — Он снял очки и привстал на локте. Теперь я видела его глаза, полные решимости, чёрные нахмуренные брови и сжатые губы. — Я пытаюсь понять, как покорить твоё сердце.

— Нет смысла, Зак. Я беременна.

Заявление его не удивило. Корбин сказал, в этом не