Сюзанна Брокманн - Притяжение ночи. Книга 1. Шаг в пропасть

– Я не хочу, чтобы вы снова возвращались туда, – прошептала она. – Я не хочу, чтобы вы умирали где-то там, один, вдалеке от дома. Джеймс снится мне каждую ночь. Будто он там один, он умирает и зовет меня. Эти сновидения преследуют меня, Винс. И если меня начнут мучить такие же кошмары о вас, я этого уже не выдержу.

Он уже не смотрел ей в глаза. Ему пришлось отвернуться и убрать свою форму в шкаф, иначе он мог наделать каких-нибудь глупостей. Например, обнять Шарлотту и покрепче прижать ее к себе. А ей сейчас этого не хотелось. Она не собиралась влюбляться в него.

И Винс ее в этом не винил.

– Мне тоже не хочется туда возвращаться, – негромко произнес он, – но все равно придется это сделать.

– А может, не придется?

– Придется, – упрямо повторил он. – Так вы поможете мне написать это письмо, Чарли? – Он наконец повернулся и посмотрел ей в глаза. – Пожалуйста.

– Нет, – твердо ответила она и вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

Мэри-Лу позвонила в дверь дома Келли, но когда хозяйка открыла ей, радостное настроение у миссис Старретт сразу куда-то улетучилось. Келли Эштон приветствовала гостью очаровательной улыбкой, но в руке у нее оказался… бокал с пивом.

– Входи, пожалуйста, – предложила она и повернулась к кухне. – Эй, слушайте все! К нам присоединяется Мэри-Лу!

Дружеская улыбка Келли, конечно, оказалась очень милой и уместной, вот только Мэри-Лу и не предполагала, что на этой полуофициальной встрече жены и подружки «морских котиков» станут распивать алкогольные напитки.

Мэри-Лу судорожно вцепилась в свою сумочку и послушно прошла вслед за Келли в ярко освещенную кухню, которая плавно переходила в жилую часть дома – гостиную комнату по одну ее сторону и столовую по другую. Как ни странно, дом Тома и Келли оказался немногим больше, чем ее собственный.

Ну разве что окна были пошире.

Стеклянные раздвижные двери обеих комнат выходили на веранду, а дальше начинался чудесный зеленый дворик, окруженный такими же аккуратными участками соседей.

– Привет, Мэри-Лу! – помахала ей рукой Мэг, жена лейтенанта Джона Нильсона. Она сидела на высоком табурете у стойки бара, которая, собственно, и отделяла кухню от столовой. Ее дочка, Робин, была всего на пару месяцев старше Хейли, но Мэг каким-то непостижимым образом умудрилась вернуть себе вес, который был у нее до беременности. И похоже, ей это удалось безо всяких видимых усилий, несмотря на ее постоянную «диету» из кукурузных чипсов и пива.

Господи, как же Мэри-Лу ненавидела ее! Но сейчас она лишь улыбнулась миссис Нильсон:

– Привет, Мэг! Как поживают Робин и Эми? – Мэг была старше Мэри-Лу больше чем на десять лет, и вдобавок у нее имелась двенадцатилетняя дочка от первого неудачного брака.

– Скажу тебе так: остается три года, десять месяцев и четырнадцать дней до того момента, как Эймс получит водительские права. Но пока это произойдет, я успею намотать триста тысяч миль, не меньше, – улыбнулась Мэг. – Только вообрази: занятия по парусному спорту, по танцам, курсы актерского мастерства, да еще и футбол в придачу… – Она весело рассмеялась. – Я окончательно забросила свою работу. Но, должна тебе признаться, я обожаю такую жизнь!

После этого она обменялась с Келли взглядами. Видимо, женщины хорошо понимали друг друга без слов. Мэри-Лу стало скучно. Ей захотелось зевнуть. Она не ощутила ничего, кроме пустоты в груди.

Ну почему, например, Мэг не стала ее лучшей подругой? Что такого особенного она нашла в этой Келли Эштон, которая еще и замуж-то не вышла за лейтенанта-коммандера Паолетти?!

Где-то во дворе громко зарычала газонокосилка.

– Послушайте меня все! Это Мэри-Лу, – провозгласила Келли. Она прошла через комнату и закрыла стеклянные двери, чтобы избавить гостей от шума.

На кухне собралось пять женщин, но, кроме Мэг, Мэри-Лу узнала среди них лишь одну – Тери Волчонок. Ее в шутку называли красавицей, вышедшей замуж за чудовище – жуткого с виду главного старшину из команды «морских котиков». Но, помимо всего прочего, изящная и хрупкая Тери сама была не робкого десятка и летала на вертолетах, поскольку служила в береговой охране.

– С Мэг и Тери ты знакома, – обратилась Келли к Мэри-Лу. Затем она указала на стройную молодую женщину, очень похожую на темноволосую Гвинет Пэлтроу. – Познакомься, это Кристи. Она встречается с Марком Дженкинсом. А вот это Шонда…

– Которая когда-то встречалась… обрати внимание на прошедшую форму глагола. Именно «встречалась», дорогая моя, со старшиной Уэйном Джефферсоном по прозвищу Герцог. Ты можешь в это поверить? – Шонда оказалась темнокожей афро-американкой с короткой стрижкой. Она красила волосы под блондинку и обладала удивительной улыбкой, которая словно озаряла ее изнутри волшебным светом. – Ну какой взрослый и серьезный мужчина позволит называть себя таким дурацким прозвищем, как Герцог? А теперь я прихожу на эти вечеринки типа «Ура! Ура! Сегодня сплю одна!», чтобы еще раз напомнить себе о том, как я умно поступила, когда бросила этого типа.

– Ну а теперь ты спишь одна каждую ночь, – поддразнила ее другая женщина, вернее, девушка, которая, по-видимому, не успела переодеться после работы и явилась на вечеринку в форменном костюме официантки. Она протянула руку Мэри-Лу: – Меня зовут Элен.

– Что ты в этом понимаешь? – фыркнула Шонда. – Элен проводит время в компании Джея Лопеса, а все в округе знают, что наш Лопес давным-давно принял обет безбрачия. – Она повернулась к Кристи. – Или я путаю его с Дженком?

– Ну нет, это определенно не Марк, – засмеялась Кристи, как будто услышала какую-то остроумную шутку.

– Ну и к Герцогу это тоже никак не относится, – заявила Шонда. – Да вы только поглядите на Джоан! Она, наверное, думает: «О чем говорят эти сумасшедшие?»

– Джоан ДаКоста приехала к нам с визитом из Вашингтона, – пояснила Келли Мэри-Лу. – Она работает в Белом Доме.

– Я не поняла, кто же именно принял обет безбрачия? – поинтересовалась Джоан. – Я определенно пропустила что-то важное. Нельзя ли говорить чуть помедленней? Пощадите меня и, пожалуйста, посвятите в свои секреты. Я совсем не понимаю ваших шуток.

У Джоан ДаКосты – слава богу! – попа была еще покруче, чем у Мэри-Лу. Миссис Старретт очень болезненно относилась к тому факту, что почти всегда является самой полной в компании.

Она скромно встала в сторонке, а женщины как ни в чем не бывало продолжали обмениваться сплетнями. В их обществе Мэри-Лу чувствовала себя чужой. Даже Джоан, приехавшая сюда с восточного побережья, и та успела подружиться с ними и теперь весело хохотала и даже вступала в беседу.

– Обет безбрачия давал Джей Лопес, а у Кристи в груди имплантаты, – пояснила Келли.