Лиза Джексон - Звонок с того света

Как и у Райана Циммермана...

Она вторично вписала имя брата. Теперь он был последним в списке, но все же он там значился.

Тай наконец закончил разговор и повесил трубку.

– И что тебе сказал Бентс? – на всякий случай поинтересовалась она, все еще погруженная в собственную работу над списком.

– Намекнул, чтобы я не совал нос не в свое дело. По-моему, он мне не доверяет.

– Я его понимаю...

– Вот как! – Тай помрачнел. Заглянув в ее список, он спросил с издевкой: – Тогда почему я вычеркнут?

– Сужаю поле поисков, – объяснила она.

– Чем руководствуясь? – настаивал он.

– Интуицией, – Саманта вздохнула. – Чисто женской интуицией.

Она робко улыбнулась.

– Когда ты касаешься меня... – а она ощущала, как его близко придвинувшееся тело согревает ее спину, а дыхание – затылок, – ...я знаю, что ты не можешь быть им.

Произнесла ли она эти последние слова вслух или они были сказаны только в ее воображении, но таков был ее вывод.

Они пили кофе за кухонным столом из старых чашек, подаренных ей когда-то матерью ко дню свадьбы, за которой в скором времени последовал развод. Очередной сувенир из ее прошлого, где было всего понемногу – и хорошего, и плохого, но ужас последних дней затмил все воспоминания.

Она глотала горячий напиток, который не согревал ее, и пробегала взглядом столбец имен, начертанных ею же на листке блокнота, тех имен, которые подсказали ей память и интуиция.

«Кто? Владелец радиостанции Джордж Ханна? Убийца в костюме от Армани? Вряд ли Джордж согласится напялить на себя джинсы и кожаную куртку, да еще и пачкать руки прикосновением к телу уличной женщины. Однако вспомни, – убийца звонил по второй линии. Он должен быть как-то связан с радиостанцией. Насколько хорошо ты знаешь Джорджа, чтобы отмести его сразу?»

Следующее имя – Райан Циммерман. О приятеле несчастной Анни ей было известно лишь, что этот отличный спортсмен и вообще Парень с Большой Буквы скатился по спирали наркомании до дна и сейчас вроде бы выкарабкался оттуда.

Кент Сигер. Таинственная личность, юноша, впавший в депрессию и лечившийся в психиатрической лечебнице после смерти сестры. Саманта отметила для себя, что надо еще раз закинуть удочку в тихие воды клиники, где Кент провел некоторое время. Обычно они не дают информации о пациентах даже полиции, но в любой броне можно отыскать слабое место.

Ну а как быть с отчимом Анни, Язоном Фарадеем, вскоре после смерти падчерицы подавшим на развод и незамедлительно вступившим в новый брак?

Ее палец задержался на этой фамилии.

– Вычеркни его, – сказал Тай, своим дыханием пощекотав ей ухо. Он как будто читал ее мысли, даже не глядя ей в глаза. – Язон Фарадей служил в армии, побывал во Вьетнаме. Его пальчики есть в архивах ФБР и полиции. Если бы он был причастен, то его давно бы уже арестовали.

Отчима Анни пришлось вымарать жирной чертой.

– Я тоже, к твоему сведению, навечно запечатлен в картотеке, – добавил Тай с печальной иронией. – Поэтому в твой список я попасть никак не могу.

– Я тебя и не внесла.

– Вопреки логике, но повинуясь собственным чувствам? Я уже не подозреваемый?

– Отложим выяснение отношений на будущее.

– По-моему, это ключевой вопрос. Если ты хотя бы утвердительно кивнешь своей прелестной и такой усталой головкой, мы тут же совершим небольшое путешествие в мой безопасный дом.

– Я не хочу уходить отсюда. «Джон» может позвонить в любой момент. Я должна быть на месте.

– Или он явится лично, – напомнил Тай. – Думаю, что он здесь бывал и раньше. Причем неоднократно. Каким образом Лианн вдруг заимела твое нижнее белье и в нем рассталась с жизнью? Не она же выкрала его у тебя. Он, этот «Джон», давно хозяйничает в твоем доме.

После подобного пугающего заявления все ее доводы по поводу новой охранной сигнализации, прослушиваемого телефона и полицейской охраны растаяли, как мороженое на жаре. Поэтому она, в нарушение дотоле соблюдаемых ею принципов, сделала неожиданное для самой себя заявление:

– Останься со мной здесь. Можешь привлечь для охраны и своего пса, если ему удастся наладить отношения с Хароном.

– С нашей стороны возражений не будет, – улыбнулся Тай. – А договариваться с Хароном придется тебе. Я перевожу сюда свои пожитки, собачий корм, коврик для Саскачевана и становлюсь на вахту.

– Много ли в этом доме ночевало мужчин до меня? – спросил Тай, когда его переселение к Саманте уже стало свершившимся фактом.

– Ты первый со дня, как я здесь поселилась. Но я не в ответе за прошлых хозяев. Мужские привидения иногда являлись мне во сне... И все были похожи на тебя.

– От твоих шуточек меня бросает в озноб.

– Уж не такой ты трусишка, каким притворяешься.

Они, обнявшись, рассмеялись, наверное, впервые после того, как вообще увидели друг друга. Их знакомство сопровождалось далеко не радостными обстоятельствами.

А вечер наступил замечательный, по-настоящему южный, не омраченный влажной духотой. Соседи проводили его на воздухе, в своих двориках. Сияли яркие огни. Отовсюду доносилась музыка, смешиваясь в невообразимый звуковой коктейль. Новоорлеанский стиль жизни! Полоску асфальта вдоль озера и подъездные дорожки почти к каждому дому заполнили припаркованные машины.

– Где-то среди них и твой неусыпный полицейский патруль, – неосторожно заметил Тай и сразу пожалел об оброненных словах, ошутив, как напряглась Саманта, чьи плечи он обнимал.

«А где-то поблизости, возможно, и «Джон». Это был не ответный ее шепот, а мысленный сигнал, который он уловил.

Можно было сказать, что Мелани нежится в ванне, но и в ароматной воде она была напряжена, как взведенная пружина. Еще миг, и она раскрутится, не остановишь.

Мужчина покинул ее, оставив неудовлетворенной, сославшись на неотложные дела, пообещал позвонить следующим вечером и не позвонил. Она без конца набирала его номер, но в ответ получала лишь «оставьте сообщение». Если он ударился в наркотический загул, то мог бы хоть что-нибудь пробормотать в извинение. Она ведь столько сделала для него!

– Привет. Это опять Мелани. Просто интересуюсь, куда ты подевался.

Она старалась выдержать привычный, игривый тон, свойственный ей в общении с мужчинами, но чувствовала себя полной идиоткой. Она снова приклеилась к парню, как в прошлом поочередно к десятку других, столь же внешне приятных самцов, которые, получив свое в постели, начинали от нее бегать.

Что-то с ней было не так... какая-то обреченность на неудачу. Не надо было проходить курс лекций по психологии – а она даже получила диплом, – чтобы не понимать, в чем ее повторяющаяся ошибка. Она выбирает в партнеры мужчин неподходящего для нее типа. И, все понимая и каждый раз раскаиваясь, она опять летела, как бабочка на огонь, и снова обжигала крылья.