Мерил Сойер - Слепой случай

— Он проявил необыкновенное мужество, — добавила Эйлис. — Очутившись в осаде, он понял, что запасов не хватает, но не захотел обречь на голод мирных жителей Хартума. Если бы пайки распределялись главным образом среди солдат, то гарнизон смог бы продержаться еще три дня и дождаться подмоги.

— Господи! — Брэд свернул на набережную Белого Нила. — Это же глупо! Пусть бы лучше мирное население поголодало.

— Согласен, — сказал Стивен. — Потом Маади, взяв город, сровнял его с землей, и большинство жителей были убиты.

Но Эйлис была другого мнения. Вот и Марк, вдруг подумала она, попади он в такой переплет, вел бы себя так же достойно. Но отстаивать свое мнение и спорить она не стала — не было настроения.

— Потом Маади построил собственную столицу Омдурман на том берегу, — продолжал Стивен. — Когда в конце концов Хартум освободили, Уинстон Черчилль еще служил под началом Китченера.

— Когда все это происходило? — задал вопрос Брэд.

— Хартум пал в тысяча восемьсот восемьдесят пятом, — ответила Эйлис, — а Омдурманское сражение, в котором участвовал Черчилль, было гораздо позже — в тысяча восемьсот девяносто восьмом.

— Древняя история! — Брэд фыркнул. — Но похожа на вьетнамскую войну. Там тоже желтожопые нас частенько брали в оборот. — Он затормозил.

Эйлис поднялась по ступеням дворца и постояла там одна, глядя на раскинувшийся внизу город. Она вдыхала сухой воздух пустыни. После захода солнца стало гораздо прохладнее, но все равно было, конечно, жарче, чем в Лондоне, и без этой вечной лондонской влажности.

«Интересно, что чувствовал Гордон, — думала Эйлис. — Ведь он был один, совсем один».

Когда она вернулась в машину, Стивен сказал:

— Я остановился в «Суданском клубе», но, для того чтобы получить там номер, надо быть гражданином Содружества, детка. Брэд забронировал вам номер в отеле «Оазис», где живет он сам и где разместилась вся группа. Утром он доставит вас на съемки.

Отвезя Стивена в «Суданский клуб», они в молчании поехали дальше — к себе в отель. Даже не сообщил ей об этой маленькой детали! В этом весь Стивен. Видно, он чувствовал себя вправе жить отдельно от всех в

гораздо лучших условиях. Брэд настоял на том, чтобы отнести ее вещи — небольшой чемодан и дорожную сумку — в тускло освещенный вестибюль.

Портье не сразу нашел заказ на номер, но потом все-таки обнаружил его. Носильщиков в отеле не было. Брэд потащил ее вещи мимо сломанного лифта на второй этаж. Пока она отпирала номер, он стоял у нее за спиной так близко, что его дыхание шевелило ей волосы.

— Спасибо, что поднесли вещи. Теперь уж я сама.

Не обратив внимания на эти ее слова, Брэд толкнул дверь и втащил вещи в номер. Войдя, он тут же плюхнулся на продавленную двуспальную кровать.

— Неплохо, неплохо. Не «Суданский клуб», конечно, но сойдет. Надо эту кровать опробовать.

— Давайте условимся с самого начала. Я приехала сюда на две недели, чтобы помочь Стивену, то есть с деловой целью, как, надеюсь, и вы. Нам придется работать вместе. Пусть наши отношения будут чисто деловыми и никакими другими. Хорошо? — Эйлис распахнула дверь, показывая, что просит Брэда выйти.

— Конечно, крошка. Вам решать, — сказал Брэд, спрыгивая с постели. — А если передумаете, то дайте знать. — И, шутливо шлепнув ее по заднице, Брэд вышел, сказав напоследок: — Завтра к восьми будьте готовы.

Эйлис захлопнула за ним дверь и заперла ее. Ну и наглец! Дернув за шнур вентилятора на потолке, она покачала головой: вентилятор крутился слабо, издавая надсадный вой.

Распаковав свое, специально купленное для экспедиции тропическое обмундирование, Эйлис почувствовала невероятную усталость, но невозможно было лечь в постель, не приняв с дороги ванну. Понадобилось целых двадцать минут, чтобы с грехом пополам нацедить в ванну чуть теплой воды ярко-желтого цвета. Эйлис опустила туда руку, понюхала. Запаха не было. Значит, это просто трубы проржавели. Но она все же всыпала в воду щедрую пригоршню ароматической соли — от «Гилберта и Сомса».

Она вытиралась, когда двадцатипятиваттная лампочка вдруг погасла, а вентилятор, заскрежетав, замер. Нет света. Стивен предупреждал ее о перебоях со светом. Ну, сегодня это не так важно. Надо хорошенько выспаться, запастись энергией на завтра, чтобы побыстрее закончить дела и вернуться в Лондон к Марку. Он, конечно, сейчас в Австралии и пробудет там еще две недели, но он позвонит и выяснит, что она уехала. Куда она собирается, знали только Джайлс и Рената. Но сразу же по возвращении Марк прочтет ее записку, из которой узнает все. Хорошо бы все-таки вернуться в Лондон до его приезда. Обманывать Марка было неприятно. Хотя, расскажи она ему все заранее, это привело бы только к крупной ссоре.

Эйлис забралась в постель. Стивен пообещал ей с той же подкупающей искренностью, с какой заверял, что не брал ее чеков, что съемки скоро закончатся. Не верить ему было невозможно, но куда же все-таки делись чеки?

Когда только-только забрезжил свет, Эйлис разбудил визгливый голос из громкоговорителя, читавший арабскую молитву. Спотыкаясь со сна, она подошла к окну и выглянула наружу. К соседней мечети тянулись арабы с молитвенными ковриками под мышкой. Эйлис бултыхнулась в постель и опять заснула. Когда она проснулась, загоревшийся ядовито-зеленым светом циферблат маленького дорожного будильника показывал 8.30.

Торопливо одевшись, Эйлис спустилась вниз. Развалясь в кресле, Брэд читал спортивную газету. Потянувшись, он встал, окинул ее взглядом, глаза его загорелись, и он присвистнул.

Первым побуждением Эйлис было дать ему по морде, но она лишь нахмурилась. В ее строгом костюме-сафари с шейным платком в тон решительно не было ничего вызывающего.

— Простите, что я опоздала. Давайте поторопимся.

— Конечно, крошка, — сказал Брэд, ведя ее к «Роверу».

— Куда мы едем? — спросила она, сообразив, что направляются они скорее в центр города, чем за город на съемки.

— В бюро регистрации иностранцев. Нужно зарегистрироваться не позже трех суток после прибытия. Так давайте займемся этим сегодня, пока не вернулись из Италии съемочная группа и актеры и не возобновились съемки.

Предъявив документы в бюро регистрации иностранцев, Эйлис подумала, что чиновника она интересует как прошлогодний снег. Вдруг он вообще исчез вместе со всеми своими коллегами, оставив ее возле окошечка.

— Куда это все они ушли? Мои бумаги в порядке.

— В девять часов у суданцев перерыв на завтрак, — пояснил, закуривая, Брэд. — День у них начинается очень рано, на рассвете. В два часа опять все закрывается, и тогда на здешних дорогах образуются пробки почище лос-анджелесских. В шесть все опять открывают и работают до восьми. — Брэд выпустил в ее сторону колечки дыма. — Рабочая неделя длится у них с воскресенья по четверг. Пятницу мусульмане отдают молитвам. В пятницу никто не работает, ничего не происходит — ровным счетом ничего.