Безжалостные люди - Дж. Дж. МакЭвой

легко, как это сделал я. — Он пошутил. Отец, должно быть, шутил.

— Чушь собачья. Тот ад, через который ты заставил меня пройти…

— Я провел тебя через ад, чтобы ты мог сидеть на этом месте и призывать ад к себе. За три недели вы поставили этот город на колени. — В его голосе звучала почти ревность, но я также слышал гордость.

— Мы, Мелоди и я, поставили его на колени. Но полной покорности ещё нет. Комиссар полиции все еще надеется преодолеть этот беспорядок. Судья дал ему разрешение на прослушивание дома и наших телефонов. — Я хихикнул. Это было после первой недели.

— Когда это было?

— Это не имеет значения. — Я ухмыльнулся, снова выпивая. — Мы установили глушилки и частотные скремблеры по всему дому, а затем обновили все телефоны. Мелоди настояла, что мы должны припадать судьям пример.

Я ждал, пока он включится, после всего, что было во всех новостях на той неделе. Он покачал головой, когда осознание поразило его.

— Судья Рэндал. Они нашли его повешенным на мосту. Я догадывался, но не понимал почему.

— Я не думаю, что с тех пор комиссар получал какую-либо помощь в судах. — Потому что они были чертовски умны.

— И вы оба не хотите покончить с ним? — О, как все повернулось!

— И позволить другому подражателю занять его место? Он вот-вот сломается, и когда это произойдет, его моральный компас либо заставит его покончить с собой, либо он просто напьется до смерти. В любом случае, мне на это наплевать. — Он ввязался в войну, и теперь ему предстояло проиграть.

— Чертова страна чудес, — повторил отец с улыбкой. Раздался стук в дверь, прежде чем я успел ответить.

— Войдите, — позвал я, и вошла моя мама, одетая в красивое зеленое платье с длинными рукавами. — Ты прекрасно выглядишь, мама, — сказал я, вставая, чтобы поприветствовать ее.

Она поцеловала меня в щеку.

— Спасибо, сынок. Я пришла сказать вам, что у нашей двери стоят два офицера. Они просят разрешения поговорить с вами. Я подумала, что должна сообщить вам об этом лично. Это уже в третий раз, Лиам. Я недовольна.

Правило шестнадцатое: Никогда не огорчай свою мать.

— Позови мою жену.

— В этом нет необходимости. — Мелоди вошла, заставив меня захотеть упасть на колени и поцеловать ее ноги. Она была в длинном белом платье без бретелек. Она выглядела как богиня или ангел, и я чувствовал себя счастливым, даже стоя перед ней.

— Отец, мама, спасибо вам. Однако у нас с женой есть кое-какие дела, которыми нужно заняться. Мы встретимся с вами на свадьбе.

— Пожалуйста, позовите офицеров, — ответила моя Мел, когда она шла, скорее скользила, ко мне.

Взяв ее за руку, я поцеловал ее, как только мои родители ушли.

— Ты выглядишь невероятно.

— Прибереги свою лесть и скажи мне, что мы убьем этих сукиных сынов за то, что они вернулись сюда. — Она сверкнула глазами, поправляя мои волосы.

Раздался еще один стук в дверь, и я ухмыльнулся ей.

— Давай выясним. — Я усмехнулся, подходя к своему столу. — Войдите. — К сожалению, это был не комиссар, а его приятель Медведь Смоки вместе с другим широкоплечим мужчиной с рыжими волосами.

— Без комиссара? Я оскорблен. — Я повернулась к Мел, которая только свирепо смотрела на них.

— В городе слишком опасно, чтобы он мог приехать, — сказал Смоки. — Как вы знаете, я…

— Нам все равно. Чего вы хотите? — спросила Мел, глядя на молодого человека рядом со Смоки.

— Мы здесь, чтобы выкинуть белый флаг, — заявил рыжий мужчина.

Я почувствовал, как моя бровь приподнялась, а губы изогнулись в ухмылке. Когда я посмотрел на Мел, она нахмурилась. Конечно, она так сделала, белые флаги не были ее сильной стороной.

Шагнув к мужчине, я оглядел его с ног до головы.

— Ты ирландец.

— Да, мистер Каллахан.

— Кто, черт возьми, забыл завербовать тебя? — Я хихикнул. Больше всего уроженцев ирландского происхождения в этом чертовом штате в той или иной форме работали на меня.

Он уставился на меня.

— Я хотел быть первым в своей семье, кто живет по закону.

— Что ж, тогда, как вы можете видеть, мы уходим. — ответила Мел, делая шаг ко мне. — Мы поговорим с комиссаром позже. Вы оба нашли дорогу сюда, я верю, что вы знаете, где выход. Пожалуйста, передайте офицеру Поупу и его семье мои наилучшие пожелания.

Они не могли говорить, и это, возможно, было связано с тем, что она выглядела греховно красивой в белом, или потому, что офицера Поупа и его семьи больше не было в живых. Они кивнули, в их глазах нарастала ярость. Дверь захлопнулась, как только они вышли.

Она повернулась ко мне и нахмурилась, снова поправляя мой галстук.

— Ты знаешь, что они лгали, верно?

— Да, и что мы делаем с лжецами? — спросил я, положив руки ей на бедра. Она тоже улыбнулась, потянувшись к моему смокингу, чтобы вытащить телефон.

— Монте, два офицера должны покинуть помещение. Пожалуйста, не забудь сопроводить их обратно в участок. Мы с тобой оба знаем, какими сложными могут быть эти высокие мосты. — Я наблюдал за ее губами, пока она говорила, и ничего так не хотел, как коснуться дыхания с ее губ.

Она заметила это, как только повесила трубку и коснулась их пальцем.

— Кондитерская все еще закрыта. — Она сверкнула глазами. — В конце концов, вместо этого ты захочешь увидеть лицо Вэнса.

— Любимая… — Она даже не дала мне договорить, прежде чем ушла. Черт бы все это побрал. Вэнсу лучше, блядь, поплакать и нассать в свои гребаные штаны.

МЕЛОДИ

— Пристрели меня, пожалуйста. — Я застонала, наблюдая, как целуются Эмори и Сэйдж. Это было похоже на то, что они пытались высосать кожу с лиц друг друга.

— Не раньше, чем ты пристрелишь меня, — прошептал Лиам в ответ. Его брови не переставали подергиваться, и если бы это были только мы, я бы посмеялась над этим. Однако дело было не только в нас. Нас окружали по