Лиза Джексон - Блудная дочь

С восторгом Шепа случилось то же, что бывает с воздушным шариком, если проткнуть его иголкой. Старуха возвращается домой? Эх, значит, не удастся им поболтать наедине! И все же Шеп рад будет увидеться с Вианкой. А уж если она даст какие-то полезные сведения о деле, что занимает сейчас весь округ…

Так или иначе, ему повезло. И несколько часов спустя, направляясь на своем «Додже» к дому Эстеванов, Шеп ощущал такой душевный подъем, какого за последние несколько лет и не помнил.

Он нашел время побриться, переоделся в чистое, даже зубы почистил, и теперь тщетно убеждал свою совесть, что едет к Эстеванам исключительно со служебными целями. Да, верно, у него к Вианке дело. Она обещала рассказать что-то об убийстве – да и в любом случае, раз следствие возобновлено, ему придется заново допросить всю семью убитого. Однако никакой служебной надобностью не объяснишь, что ботинки у него блестят, от чистой рубахи исходит запах дезодоранта, а изо рта – аромат мятной жвачки, освежающей дыхание. Нет, что толку обманывать себя! Шеп хочет, чтобы Вианка увидела в нем привлекательного мужчину.

Взглянув на себя в зеркало заднего вида, он пригладил усы и вздохнул. Черт возьми! Седина в усах все заметнее, волосы на голове редеют, брюхо угрожающе нависает над форменным ремнем. Что ж удивляться – как-никак скоро пятьдесят стукнет! Двадцать из них он женат – и, бог свидетель, никогда еще не обманывал Пегги Сью. А теперь летит на всех парах к какой-то девице, и глупое сердце его колотится, словно у мальчишки-школьника на первом свидании.

И все из-за нее. Из-за Вианки.

Что ж, Пегги Сью сама виновата, возразил он своей совести. Лет пятнадцать назад ему бы такое и в голову не пришло. Только дурак станет бегать на сторону от молодой, веселой, ласковой красавицы жены! Но Пегги Сью опустилась, перестала следить за собой и интересоваться сексом, совсем разучилась смеяться. Уж и не припомнишь, когда они с ней в последний раз резвились в постели.

Говорят, есть такая пакостная штука – кризис среднего возраста. Года подходят к пятидесяти, и вдруг начинает казаться, что жизнь не удалась, что все хорошее прошло мимо.

Конечно, Шепу на жизнь грех жаловаться. Пусть в семье не все ладно, зато работой своей он вполне доволен. Шеп знал, что его считают настоящим ублюдком, крутым и безжалостным, знал и не возражал против такой репутации. Когда-то даже ею гордился. Немало он разбил носов и наставил синяков, немало погуляла его дубинка по спинам разных пьянчуг и хулиганов! А как же иначе? Чтобы порядок был, иначе никак нельзя. Случалось ему и проводить обыски, не утруждая себя добыванием ордера. И подтасовывать улики, чтобы отправить какого-нибудь мерзавца вверх по реке. А что еще остается, когда и слепому ясно, что сукин сын виновен, а улик нет? И даже закрывать глаза, когда кто-нибудь из его друзей преступал закон.

Шеп не стыдился выручать приятелей и не видел ничего дурного в том, что они потом отблагодарят его долларом-другим. Серьезного преступника он, конечно, покрывать не стал бы, но ведь не о серьезных делах речь! Взять хотя бы тот давний случай, когда парнишка Джонсонов, напившись по случаю окончания школы, заехал на землю старика Коуэна и сбил грузовиком его лучшего призового быка. Ох, как разозлился старый склочник! Как клялся, что жив не будет, коли не засадит мерзавца за решетку! А Шеп вызвал парня к себе, поговорил с ним по-хорошему, врезал пару раз, предупредил, что в следующий раз ему не сдобровать – на том дело и кончилось.

И, спрашивается, кому от этого хуже? Молодой Джонсон попал вместо тюрьмы в колледж, выучился на бухгалтера, женился на методистке и стал жить-поживать да Шепа добром поминать. Теперь у них уже двойня подрастает. И закон с тех пор не нарушал ни разу – видно, тяжелая рука офицера Марсона пошла ему на пользу. Старик Коуэн получил за быка обадденную страховку – и если пострадал, так только в том, что на поминках по своему чемпиону объелся бифштексами и потом неделю маялся животом. А на «благодарность», полученную от Джонсонов-старших, Шеп вылечил зубы старшему сыну Тимми.

Так что Шеп язык в глотку вобьет тому, кто посмеет назвать его продажным. Нет, офицер Марсон не продается! Он просто трезво смотрит на жизнь. А это совсем другое дело.

Однако Пегги Сью он никогда не обманывал. И не потому, что возможности не было. В Бэд-Лаке Шеп Марсон считался интересным мужчиной, и немало женщин не отказались бы провести с ним вечерок. Но он не рисковал – не хотел потерять жену и ребятишек. До сегодняшнего дня.

Остановившись перед аккуратным бунгало Эстеванов, Шеп заглушил мотор и распахнул дверцу. Тихий мексиканский квартал изнемогал от жары; было пустынно – лишь бездомный пес, спрятав хвост между ног, трусил вниз по улице. Шеп вышел и потянулся, расправив плечи. Интересно, что-то расскажет ему Вианка?

Весь сегодняшний день Шеп не давал покоя экспертам – ему не терпелось узнать результаты исследования револьвера, найденного в пещере на земле Адамсов. И ребята из лаборатории его не подвели. Перед ними действительно было табельное оружие Нейва Смита, утерянное десять лет назад; баллистическая экспертиза показала, что именно из этого револьвера тридцать восьмого калибра был застрелен Рамон Эстеван. На стволе и рукояти красовались во множестве отпечатки пальцев самого Нейва – и никаких иных.

Криминалисты исследовали и пакет, в котором лежало оружие – но не нашли на нем ни отпечатков пальцев, ни волосков, ни иных следов, которые бы позволили выйти на след. Так что вопрос о том, кто подбросил револьвер и кто о нем сообщил, по-прежнему оставался нерешенным. Однако подозреваемым номер один стал Невада Смит.

И это, сказать по правде, Шепа беспокоило. Он знал, что Нейв на многое способен. Знал, что с Маккаллумом у него какие-то старые счеты. Мог даже предположить, что Нейв подкупил Калеба и Руби Ди, чтобы засадить Росса за решетку. Но убийство? Едва ли Нейв на такое способен. Хоть Шеп и любил поворчать в адрес «этого наглого полукровки, от которого бабы невесть почему с ума сходят» – в глубине души этот колючий, несговорчивый парень был ему чем-то симпатичен.

Что будет дальше – поглядим, думал Шеп; но пока что улики складываются не в пользу Невады Смита.

Хорошо, но кто же еще знал о револьвере? И откуда? Неужели Нейв проболтался? По пьянке рассказал кому-то об убийстве, признался, куда спрятал оружие.

Нет, это ни в какие ворота не лезет. Шеп все-таки двадцать пять лет прослужил в департаменте шерифа и в людях разбирался. От Бэджера Коллинза он мог бы ожидать такой глупости. От Мэнни Доубера – сколько угодно. От Росса Маккаллума – пожалуй, тоже. А вот от Нейва Смита...