Дебора Николас - Разбитое отражение

Келли кивнула:

– Я тоже так думаю, хотя никогда его не видела.

– Не беспокойся, еще увидишь, – уверил ее Годшо. – Если захочешь, когда мы его арестуем, я оставлю тебя с ним наедине минут на пять, чтобы ты ему рассказала, как ты его любишь. Заодно вспомнишь, чему тебя учили на занятиях по самообороне.

Келли закусила губу и отвела взгляд.

– Если вы его арестуете.

Годшо нахмурился.

– А это ты к чему?

– Фэйрчайлду известно про Рейчел, про нас всех. Он… он, видимо, думает, что Рейчел устроилась на эту работу, чтобы добраться до Пеннелла. Слава богу, Хантер пока не разоблачен – иначе Фэйрчайлд не стал бы с ним об этом говорить. Но вот Рейчел там больше оставаться нельзя.

Чарли замер и побелел, как полотно.

– Да-да, конечно, нельзя, – пробормотал он. А про себя добавил: «Значит, Фэйрчайлд и о Келли тоже все знает, и недолго ждать, пока этот сукин сын со своим подельником выследят ее. Будь они прокляты!»

Келли смотрела на него виновато и грустно, как заблудившийся в огромном городе ребенок.

– Чарли, прости меня. Получается, что мы с Рейчел сунули палку в клубок змей. Твоя правда: нам бы сидеть тихо и не вмешиваться в ход операции. Надо было довериться тебе и твоим ребятам, вы бы сами справились лучше…

– Перестань!

Ее раскаяние разъедало ему душу, точно серная кислота. Глупая, она в такой опасности, а до сих пор думает об этих несправедливых, жестоких словах, что он сгоряча бросил днем. Ведь знала, как он на нее зол, и все равно пришла к нему со своими страшными секретами. Решилась признаться, наверняка переступив через себя – кому же захочется о таком рассказывать? Могла и не приходить, не подвергать себя новым унижениям. Но пришла!

– Ты же не знала, – мягко сказал он. – Ты не виновата, что Пеннелл оказался твоим отцом.

Келли удивилась – видимо, она ждала другой реакции.

– Верно. Но это не отменяет того вреда, который мы с Рейчел нанесли вашему расследованию.

– Ваше вмешательство, возможно, еще сработает в нашу пользу. Судя по твоим словам, Фэйрчайлд привлек к делу Хантера только потому, что ему понадобился помощник, чтобы нейтрализовать Рейчел. А нам это очень на руку.

– Надеюсь, что так. – Келли судорожно втянула в себя воздух. – Может, Пеннелл мне и родной отец, но я намерена отплатить ему за то, что бросил нас… и за то, что он сделал с Си Джей.

– Мы его достанем, – тихо пообещал Чарли. – Достанем, можешь не сомневаться.

Келли благодарно улыбнулась.

– Спасибо, Чарли. – Помолчав, она вдруг легко, еле касаясь, провела по его щеке кончиками пальцев. – Ну, мне, наверно, пора. Рейчел там одна с этим ненормальным Дрейком Хантером, и я не хочу оставлять ее с ним надолго.

Она пошла к двери, но Чарли удержал ее за руку.

– Честно говоря, я не думаю, что она ждет твоего возвращения.

– Тем хуже! – Келли упрямо подняла подбородок. – Я не собираюсь полночи бродить под дождем, чтобы дать ему время… залезть к ней в постель.

Годшо рассмеялся, но не выпустил ее. Стоило ему только до нее дотронуться, как снова нахлынула тоска по ней, и желание, и черт знает что еще. Перестав улыбаться, он погладил ее руку от плеча до запястья и чуть не задохнулся от счастья, ощутив, как убыстряется ее пульс.

– Ты могла бы остаться здесь.

В ее глазах блеснуло недоверие, смешанное с надеждой.

– Я думала, ты больше не хочешь иметь со мной дела…

Годшо сам не знал, чего хочет, да и о чем он мог думать, когда Келли смотрела на него полными слез глазами?

– Мне начинает казаться, что я немного поторопился.

Она с трудом проглотила комок в горле.

– Ты… ты просто жалеешь меня. Из-за Пеннелла. Не надо мне твоей жалости!

– Жалости? – повторил он, покачивая головой, и притянул ее к себе. – Если бы я испытывал к тебе только жалость, Брэдли, то сейчас указал бы тебе на дверь и пообещал письменно известить о результатах операции. – Он медленно провел руками вверх по ее спине. – А я не хочу указывать тебе на дверь. Не хочу, понятно?

Келли потупилась.

– При нашей последней встрече ты сказал, что я обратила на тебя внимание только из-за расследования. Если сейчас я останусь у тебя, что помешает тебе опять так подумать?

Годшо крепче обнял ее.

– Днем, когда я так сказал, я был немного не в себе, но потом, поостыв, задумался… Может, я нарочно закрыл глаза на то, какая ты на самом деле? Может, я… слишком рассердился и мне помешала гордость что-то понять?

Она подняла на него ясные синие глаза.

– Может быть. – И почти шепотом добавила: – А может быть, мне не надо было лгать тебе?

– На этот раз прощаю, – улыбнулся он. – Только впредь так не поступайте, капитан Брэдли.

Нагнувшись, Годшо крепко поцеловал ее и вздрогнул, когда губы Келли податливо открылись, а руки обняли его шею. За первым поцелуем последовал второй, такой же продолжительный и горячий, за вторым – третий… Потом Годшо оторвался от теплых, жадных губ Келли, чтобы осыпать поцелуями ее щеки и шею.

– Годшо, как же я по тебе соскучилась! – выдохнула она.

– Мы можем начать оттуда, где остановились в субботу. – Он по-хозяйски уверенно гладил ее спину, плечи, бедра. – Неужели нельзя просто целоваться и хоть ненадолго забыть о Пеннелле и его приятелях?

Келли хихикнула, потому что он языком пощекотал ей мочку уха.

– По-моему, мы именно этим и занимаемся.

– Ага, – с удовольствием подтвердил Чарли, кладя ладони ей на ягодицы. – Точно. Ох, люблю я это дело!

20

Дрейк сидел в постели, подсунув под спину подушку. Рядом с ним спала Рейчел. Ночник мягко освещал ее, и казалось, что само это хрупкое тело излучает слабый, ускользающий свет и вот-вот растает, пропадет в наступившей темноте. Глядя на рассыпавшиеся по подушке рыжеватые пушистые пряди, отрешенно-спокойное лицо, тихо вздымающуюся с каждым вздохом грудь, Дрейк легко мог представить себе, как она призрачной феей мелькает среди деревьев в зеленом сумраке сказочного леса.

Господи, как же раньше он мог считать ее просто хорошенькой? Она ведь красавица, настоящая красавица – с этим лицом, которое кажется воплощением тайны, и маленьким, нежным, упоительно прекрасным телом.

На его губах до сих пор оставался мускусный привкус ее кожи. Если б можно было сохранить этот аромат, перелить его в хрустальную склянку и носить с собой всегда!

Всегда? Дрейк поморщился, как от боли. Он не мог сейчас думать о будущем, о том, что Рейчел скоро вернется домой, в Квантико. Ему было довольно того, что есть у него в эту минуту, – темной комнаты в чужом доме и спящей рядом любимой женщины.

Дрейк с улыбкой огляделся по сторонам. Ее комната. И во всем видна рука Рейчел: в легких белых занавесках, тканых половичках, вышитом цветочками покрывале. Насчет Сюзи Солнышко он не ошибся…