Невинная для палача - Ая Кучер

решил уйти. За шкирку схватил Джамиля и съебался оттуда. Больше не возвращался.

Я даже дышать перестаю. Перед глазами тут же вырастает образ молодого Валида. Ребёнка ещё. Без копейки в кармане, с маленьким братом на руках.

Которому пришлось заботиться о семье вместо отца.

В голове не укладывается, что кто-то может так с собственными детьми обращаться! Вот теперь… Теперь я бы с радостью в одного мудака выстрелила, будь у меня шанс.

Я не знаю, что сказать. Только прижимаюсь к мужчине, глажу его предплечья. Пытаюсь показать, как сочувствую ему. И как благодарна, что Валид рассказал мне про это.

– Жалость мне нахрен не сдалась, – рычит, но я всё равно целую в подбородок.

– Я не тебя жалею. А подростка, который на улице оказался. Ты-то сильный у меня, – запрокидываю голову, чтобы лучше видеть. – А ему пришлось таким стать. Прости… Мне не следовало спрашивать. Я не хотела ворошить неприятные воспоминания.

– Нормально. Хоть не истеришь больше, что хочешь свалить.

– Валид…

– Расслабься. Я шарю, почему тут тебе не в кайф. Ты вчера говорила, сегодня тоже. Пару часов потерпишь, а потом переедем.

– Куда?

– В отель переберёмся.

– А это разве безопасно?

Валид не отвечает. Я весь риск понимаю, поэтому так сложно поверить, что он пойдёт на такой шаг ради меня.

Но правда. Тут – не могу.

Тут Ясир был, начал нападать на меня. И со всех стен давит напоминанием, что я тут только заложница.

Может, смена места пойдёт мне на пользу?

Я практически полностью забираюсь на мужчину, запускаю ладонь под его футболку. Глажу мышцы, прижимаюсь губами к кадыку.

Токой сильный он. Закалённый.

– Чуть ниже полапай, – советует хрипло. – Жалость только в виде дрочки принимаю.

– Пошляк.

Фыркаю, намеренно перестаю вообще как-то двигаться. Вот может я бы и потрогала, но теперь мужчина весь настрой сбил.

Мы лежим в тишине. И так хорошо. Язык свербит от желания спросить: разве Валиду никуда не нужно ехать? Но страшно, что он ответит «да».

Я снова засыпаю, измученное сознание отрубается быстро.

Прихожу я в себя вечером, на холодных простынях. В темноте вижу новую обстановку, отельную мебель. На секунду пугаюсь, что осталась одна, но Валид стоит у окна.

Курит.

Лунный свет обтекает его фигуру, штрихами выделяет самое красивое.

– Проснулась? – разворачивается ко мне. – Я боялся, что ты в Спящую Красавицу решила превратиться.

– Ну, волшебный поцелуй всё решит, – улыбаюсь, поднимаясь на ноги. Кутаюсь в одеяло, подхожу ближе.

– Я сразу трахом предпочитаю.

Валид тянет на себя, а после прижимает к панорамному окну.

Глава 44

Я вздрагиваю, прикасаясь к холодному окну. Тут же пытаюсь натянуть одеяло обратно, пока Валид делает совсем другое. Хочет от него избавиться.

С глухим ударом оно падает на пол, но меня тут же греет чужое тепло. Забрасываю руки на плечи мужчины, подставляю губы под его настойчивые поцелуи.

В этот раз они другие. Куда мягче, будто Валид лишь одну десятую силы и желания прикладывает. Мягко прикасается, опуская ладонь на мой затылок. Царапает кожу головы, у меня в животе всё стягивает.

Охаю, чувствуя, как медленно разгорается желание внутри меня. Лениво. По капельке добавляя кипятка в мою кровь.

Я не представляю, сколько мы так стоим, но наслаждаюсь каждым мгновением. Перебираю жёсткие волоски на затылке мужчины, довольно улыбаюсь.

Так спокойно вдруг.

Хорошо.

Я часто дышу, едва не бьюсь головой об окно, отстраняясь. Облизываю губы, прохожусь по отметинам, которые оставил мужчина.

Валид следит за этим внимательно, я вижу, как дёргается его кадык. Мужчина затягивается остатками сигареты, которая практически истлела.

Я не люблю сигаретный дым, но сейчас он мне не мешает. Потому что… Так Валид пахнет. И меня всё очень устраивает.

– Как ты умудрился перевести меня так, что я не проснулась? – спрашиваю, когда Валид выбрасывает окурок. – Обычно я чутко сплю.

– Херня, – хмыкает, криво улыбаясь. – Ты спишь так, что я трахнуть тебя мог, а ты бы под финал только очухалась.

– Ну… Наверное, это больше камень в твой огород, чем в мой.

– Аккуратнее, лапуль, не бросай мне вызов.

У Валид в глазах – смешинки скачут.

И что-то ещё, глубоко сидит. Не могу понять эмоцию, с которой мужчина смотрит на меня. Что не так?

Но прежде, чем я успеваю задумать, Валид разворачивает меня. Я упираюсь ладошками в стекло, пока этот бандюган прижимается со спины.

Нагло запускает ладони под мою футболку, а я не спорю. Выгибаюсь в спине, почувствовав прикосновения к груди.

Соски твердеют от возбуждения, а Валид их трёт. Поглаживает кончиками пальцев, чуть надавливает ногтем. Возбуждение словно молния прошибает. От макушки до лона проходит разрядами.

Я выдыхаю.

Окончательно расслабляюсь.

Всё хорошо.

Я в руках Валида, когда он рядом, со мной ничего не случится.

Мужские ладони сжимаются на моей груди. В солнечном сплетении пульсирует, отдаёт импульсами наслаждения по всему телу.

Я пытаюсь развернуться, но Валид не позволяет. Завожу руки назад, стараясь прикоснуться к мужчине. Притянуть его ближе. Пусть начнёт уже действовать.

– Руки на стекло, – приказывает строго. – Давай, лапуль, не разочаровывай меня. Будь послушной девочкой.

– Не хочу, – спорю, потому что мне недостаточного происходящего. Будто ты получил каплю воды, когда неделю изнывал от жажды.

– Послушные девочки получают много оргазмов. А капризные выпрашивают их всю ночь. Хочешь, чтобы я остановился?

– Ты пока ещё ничего не начал.

Я дразнюсь и наглею. Валид с силой сдавливает мою талию, вызывая дрожь по телу. Отодвигает край шортиков, медленно скользит внутрь.

Гладит моё лоно, не раздвигая половые губки в сторону. Просто будоражит, но не спешит. Я охаю, стоит прикоснуться к клитору.

Трепет проходит по телу, превращается в спазмы. Такое короткое прикосновение, но меня прошибает. Потому что слишком быстро всё заканчивается.

– Могу и не начинать, лапуль, – Валид усмехается, его дыхание щекочет шею. – Прекратить всё и отправить тебя спать.

– Ты так не сделаешь, – хватаю воздух, стараясь сохранить самообладание. Подаюсь бёдрами назад, чувствую возбуждение мужчины. – Ты меня хочешь.

– Ты права. Не закончу. Но могу тебя трахнуть, а ты оргазм не получишь.

– Грубиян. И мудак.

– И не говори, что тебе это не нравится.

Не говорю. Кусаю губу, чтобы чисто из принципа не начать спорить. И в следующую