Вопрос времени. Часть 1 - Мэри Калмз

другого. Это не по мне.

Он пристально посмотрел на меня.

— Я буду помнить об этом, когда ты будешь со мной, и не буду беспокоиться, что ты изменишь.

Я покачал головой.

— Ты удивительный.

— Это то, о чем я говорил.

Я схватил его, обхватил руками и крепко обнял.

— Спасибо за твои чувства, Ник. Я смирился с этим.

Он дрожал в моих объятиях, зарывшись лицом в мое плечо, прижимаясь к моей спине, к моим волосам, нащупывая голую кожу, уткнувшись носом в воротник моего пальто. Я почувствовал его губы на своей шее.

— Ты знаешь, что все это происходит потому, что ты считаешь, что между нами нет никакой химии, — сказал он мягко, соблазнительно. — Но я обещаю тебе, что это так.

Я попытался отпустить его, но он держал слишком крепко.

— Я чувствую себя правильно, когда обнимаю тебя, и для меня это в новинку.

Я отстранился и посмотрел ему в глаза.

Он долго смотрел на меня в ответ.

— Хорошо, — сказал я, засунул руки в карманы, отступил назад и направился к обочине, чтобы вызвать такси.

— Увидимся, Ники.

— Если детектив облажается, Джи, ты знаешь, кому звонить.

Я кивнул.

— И я все равно увижу твой дом, а ты обещал познакомиться с моей семьей.

Я широко улыбнулся.

— Да.

— И ты не отмахнешься от меня.

— Нет.

— Ты обещаешь?

— Обещаю.

— Просто проверяю, — обратился он ко мне, подняв руку, прежде чем отвернуться и пойти по улице.

Я на секунду задумался, увижу ли я его когда-нибудь снова.

****

Было уже семь, когда Сэм вошел в квартиру, закрыл и запер за собой дверь.

— Хай, — позвал я его, сидя на диване и читая.

Он снял свой плащ и бросил его на кресло. Его ключи были брошены на кофейный столик, когда он пересек комнату и подошел ко мне.

— Ты в порядке?

— Нет, — сказал он, дотянувшись до меня. — Здесь прекрасно пахнет.

Я отложил журнал и поднял на него глаза.

— Как работа, милый?

— Дерьмово, — усмехнулся он, схватил меня за правое бедро и дернул на себя, заставляя лечь на спину, чтобы он мог лечь на меня сверху, между моих ног.

— Мне жаль, — сказал я ему, когда он наклонился и поцеловал меня. Поцелуй был собственническим, горячим и пожирающим. Но в нем не было той срочности, которая обычно присуща нам. Он не торопился, целовал меня медленно, глубоко, как будто у него было все время в мире. Когда я застонал, он улыбнулся мне в губы.

— Я так рад тебя видеть.

Я обхватил его ногами за талию, и он прижался ко мне, целуя меня долго и крепко. У меня кружилась голова, это было так приятно.

— Почему бы тебе не принять душ или горячую ванну и не расслабиться?

— Душ я приму, — сказал он, отстраняясь от меня. — Но я хочу поговорить с тобой, так что я сделаю это быстро.

— Ты можешь поговорить со мной в ванне, — заверил я его, задыхаясь и пытаясь перевести дыхание. — Я наберу ванну, и ты сможешь в ней посидеть.

— Нет, спасибо, — он покачал головой, затем подложил пальцы под мой подбородок и наклонил мою голову вверх. — Я просто хочу сидеть и есть с тобой.

— Хорошо.

— У тебя есть в арсенале алкоголь?

— Да, — у меня пересохло во рту, и я едва дышал.

Он кивнул, наклонился и снова поцеловал меня. Его язык запутался в моем, а рука скользнула под рубашку и медленно погладила мой живот.

— Держу пари, ты вкуснее, чем еда.

Я не мог говорить. Он уничтожал меня. Его пальцы, поглаживающие и ласкающие меня, заставляли мой мозг отключаться.

— Я собираюсь принять душ. Я скоро вернусь.

— Хорошо, — успел сказать я, прежде чем он поцеловал меня в лоб и поднялся с меня. Я сидел и смотрел, как он выходит из комнаты и идет по коридору в свою спальню.

Успокоившись на минуту, я встал, чтобы приготовить ему ужин. Когда он вернулся на кухню через некоторое время, он выглядел лучше. На нем была длинная футболка под короткой, джинсы и толстые носки. Его волосы были еще влажными и местами торчали вверх. Он не мог быть более очаровательным.

Я накормил его биском из омара, лингвини с моллюсками, свежим французским хлебом, салатом из шпината с уксусно-масляной заправкой и налил ему много бокалов «Шардоне», которое, по словам парня из винного магазина, было хорошим. Я рассказал ему о завтраке с Ником, о прогулке по книжному магазину после него, о рождественских покупках для друзей Дейна и о миллионе мест, куда я ходил, чтобы поужинать.

— Ты завтракал с доктором?

— Да.

— И что он сказал, когда ты сообщил ему, что собираешься остаться со мной?

— Я просто сказал ему, что должен посмотреть, к чему все это приведет.

Он кивнул.

— Ты не сказал ему, что мы встречаемся?

— Это то, что мы делаем?

— Не знаю.

— Мы просто вроде как общаемся, да?

— Мы делаем нечто большее.

— Правда?

Мы долго смотрели друг на друга, прежде чем я широко улыбнулся.

— Джи…

— Я собрал сумку, как ты и просил. Завтра утром я уеду, чтобы у тебя было немного времени на себя, а пока давай просто скажем, что мы…

Он протянул руку через стол и положил ее на мою.

— Хватит болтать.

Я усмехнулся.

— Хорошо.

Через несколько минут он произнес мое имя, и когда я поднял глаза, он опирался подбородком на руку.

— Что?

— Я не могу отпустить тебя домой.

Я уставился в его дымчато-голубые глаза.

— О, нет?

— Нет.

— Ешь свой салат, — приказал я ему.

— Да, малыш.

Когда я встал, чтобы помыть посуду, он помог мне убрать со стола. Он вытер все, что я помыл, и убрал посуду.

Пока я менял вазу с полевыми цветами на его обеденном столе, он вернулся после выноса мусора. Он разговаривал по телефону и, насколько я мог судить, о чем-то договаривался.

— И что? — спросил я, как только он положил трубку.

— Я совсем забыл, что сегодня у Дома день рождения. Все уже у него дома.

— О, —