Александра Гейл - Загнанная в ловушку. Дело Пентагона [СИ]

— Подожди, Киану, — оборвала его я. — Я бы с удовольствием, но на что мы будем жить? У меня есть скромная сумма на общежитие, но и только…

— Послушай… — начал он несколько смущенно. — Ты никогда не спрашивала у меня об этом, но я не беден. Мой отец — известный адвокат.

Почему-то от этой новости у меня почернело в глазах. Что может быть хуже, чем выкуп своей подружки у другого мужчины за папочкины деньги?! Это попросту унизительно. Я итак, вроде бы, продалась Шону, но одно дело он, и совсем другое — даже не Киану, а его отец. С какой стали он должен фактически содержать подружку собственного сына? Будто у меня собственных родителей нет!

— Джо? — настороженно позвал меня Киану.

— Нужно искать иной выход, — ответила я. — Я не знаю какой, но я не могу согласиться на такое предложение. Либо мы съезжаемся и ищем способы обеспечить себя сами, либо…

— Джоанна, — прервал он меня. — Иногда по ночам я лежу в кровати и не могу избавиться от мысли, что в это самое время ты делишь постель с ним… Я знаю, ситуация нетривиальная, и ты своих… отношений не скрывала, но не можешь же ты отрицать, что все изменилось. Появились мы. Надо двигаться дальше. Или, может, ты хочешь остаться с ним?

— Нет, конечно! — порывисто воскликнула я. — Но он мой ректор. Он меня закопает.

— Он же не любит тебя. За что ему тебе мстить?

— Да хотя бы за то, что весь университет будет знать, что я променяла великого и ужасного Шона Картера на сына «известного адвоката»! — почти выкрикнула я и тут же зажала рот рукой. — Прости.

— Нет, ты права. В сравнении с ним я ничего из себя не представляю. Ты права.

Я отвратительный человек. Я совсем не думаю, что говорю. Некоторые вещи нельзя озвучивать. Вот просто нельзя и все. Хотя все понимают их правомерность.

— Киану… Я уверена, что ты ничем не хуже, это просто возраст. — Киану было двадцать два. А Шону, когда тот стал Бабочкой Монацелли, — двадцать ровно. Оставалось надеяться, что Киану об этом ничего не знает… — Давай подумаем, посчитаем сколько у нас есть и сколько нам нужно, я…

— Что для тебя главное?

— В смысле?

— В смысле когда мы встретились, я полагал, что ты невинная жертва обстоятельств, что ты не могла вернуться домой ни с чем, родители бы не поняли, и потому ты согласилась на мерзкое предложение этого монстра. Но сейчас начинаю думать, что причина не в этом. Чего ты хочешь? Может быть ты жаждешь не жить с ректором, а быть ректором? Иметь его жизнь? — Вот так мой солнечный мальчик подобрался слишком близко к правде. — Ты собираешься защитить диплом? Или, может, ты хочешь заполучить заветную ученую степень? Да, для этой цели постель ректора подходит идеально. И я не заметил за тобой попыток оттуда выбраться. Может, там не так уж и ужасно? Может, эти чудовищные отношения того стоят? Может, они только меня напрягают?

— СТОП! Киану, честно, я не собиралась здесь задерживаться после окончания университета… пока не встретилась с тобой. Ни о какой ученой степени я никогда и не думала. — Думала, но не всерьез же! И не с Шоном точно! — Так, я сейчас достаю блокнот, и мы посчитаем наши сбережения. У меня есть часть денег, которые присылают родители…

— И это ничем не отличается от того, что дают мне мои. И от которых ты упорно отказываешься, — вполне обоснованное возмутился Киану.

— Ты можешь вложить не больше моего. На это я согласна, и…

— Джо, я хочу его увидеть. — Я даже без подсказок поняла, о ком речь.

— Зачем?

— Ты всегда держала меня от него подальше. И я не уверен, что ты со мной на сто процентов честна.

Масштаб моих проблем начал разрастаться.

— О чем ты?

— О том, что когда произносят слово ректор, мне представляется седовласый старец, но таковые, как правило, не ездят на мазде RX-7.

Я зажмурилась. Да, проблемы серьезные.

— Киану, он вовсе не стар. Ему двадцать девять, — вынуждена была сказать я.

И внезапно вокруг нас появилось такое напряжение, что одно неосторожное движение — рванет.

— Я хочу его увидеть, Джоанна! — в его голосе появился металл. Таким интонациям я не посмела воспротивиться.

— У нас по четвергам проходят семинары. Так что, если хочешь, мы можем пойти вместе. Народу будет много, тебя не вычислят…

Я не знала, выйдет ли мне это боком, просто понимала, что если не соглашусь, то непременно потеряю Киану. А я не могла! Я же влюбилась. Пришлось идти на компромисс. Но еще я понимала, что пугающе сексуальный опасный ректор Киану вовсе не успокоит. Плохая, плохая затея. Оставалось надеяться только на то, что мне удастся убедить своего мальчика в том, что он намного, в десятки раз лучше вырвавшегося из ада демона.

Однако, ха-ха, этого не понадобилось. В цепочке последовавших безобразных событий объяснениям даже места не нашлось!

Киану вошел в аудиторию после меня. И к тому моменту, когда он появился на пороге, я дрожала так, что пришлось сжать пальцы в кулаки. Я была белой, как полотно. Клегг даже спросил, не заболела ли я. Кстати, начиналось не так плохо. Киану окинул взглядом аудиторию, посмотрел на меня, но я мотнула головой, и он прошел в самый конец, где и расположился. Мне нельзя было оборачиваться, я до ужаса боялась, что Шон нас вычислит. Но пока Картера не было, и я надеялась, что он вообще не придет. Такое бывало редко, но случалось. Только мне не повезло.

Шон вошел в аудиторию к самому началу. Настроение у него, судя по всему, было неплохим, но только он заметил меня — нахмурился и направился к своему месту в центре аудитории. И, черт возьми, в тот день он выглядел так великолепно, что просто в петлю от досады. Костюм с иголочки, черный в тончайшую полоску, темно-синий полосатый галстук, идеально сочетающийся с рубашкой. Наконец, Картер вальяжно откинулся на спинку стула, и я поняла, что пора прекращать на него пялиться. Если Киану за мной наблюдал, он сразу понял кто здесь Картер.

А, тем временем, первым пошел докладываться Клегг.

— Рад всех приветствовать, — сказал Роберт. — Как многие знают, я только что вернулся с конференции по параллельному программированию. И счастлив сообщить, что мой доклад встретили с огромным энтузиазмом. Отмечу, что у меня ничего бы не получилось без моего новоприобретения — очаровательной мисс Джоанны Конелл. — Но посмотрел не на меня — на Шона. Это что-то вроде съел, козел? Картер лишь ухмыльнулся. Они меня словно канат перетягивали. И в такой, вроде, торжественный момент. Гады! Клегг — мерзавец, мало того, что на конференцию не взял, так еще и должного внимания не оказал. Ну все, я официально обиделась. — Итак, приступим, — вернулся к теме Роб.