Дмитрий Ребров - Джек-пот для Золушки

Наступила растерянная тишина. Все молча переваривали услышанное.

— Не могу поверить, — медленно покачал головой Петя. — Это шутка, розыгрыш.

— Нет, Петька, это не розыгрыш! — вскинулся Коля. — Это невероятная, фантастическая удача! Это… это — перст провидения, черт возьми!!!

— Никола, но в это и впрямь трудно поверить, — сказал Макс. — Уж слишком кстати этот факс, как по заказу…

— Раз трудно поверить, значит, надо проверить! — Наташа села к телефону и, положив перед собой листок факса, стала набирать номер.

— Ты куда? — спросил Коля.

— В Прагу, — спокойно ответила она. — Hallo, this is Moscow calling, factory «СиАМ». We've just got your attempt to send a fax, it didn't make it. Please try again… Thank you. [1]

— Ну что?

— Представились как «Мицушиба», факс обещали повторить, — пожала плечами Наташа. — Подождем.

Опять наступила тишина, на сей раз — напряженная, нервная. Через пять минут факс снова заработал и выдал то же самое сообщение.

— И что же нам теперь делать? — окинула взглядом молчащих мужчин Наташа.

— Как что? Покупать билеты в Прагу, — откликнулся Макс.

— Да? А не кажется ли тебе, что прежде чем обсуждать с японцами наши предложения, неплохо было бы узнать, что же такое мы им предлагали? — съехидничал Коля.

— А предложенье-то, видать, было дельное, если фирмачи целых семь лет его в уме держали, а? — прищурился Петр.

— Петя прав! — воскликнула Наташа. — Мы обязательно должны разыскать авторов того проекта — убьем сразу двух зайцев. Во-первых, будем готовы к разговору с «Мицушибой», а во-вторых — это же именно те люди, что нам нужны! Нам останется только уговорить их вернуться на завод!

— Уж это мы постараемся! Только найти их надо как можно быстрее, — кивнул Коля. — Тянуть с ответом японцам нельзя.

Наташа уже торопливо листала записную книжку.

— Да где же он у меня… А, вот! — она снова села за телефон. — Бывший директор завода, может, он помнит… — объяснила она, набирая номер.

Особой надежды на пенсионера у Наташи не было — мало ли людей работало на заводе, — но, к ее немалому удивлению, старый директор сразу понял, о ком идет речь.

— Да, я помню этих ребят, их было четверо — двое технологов и двое экономистов. Толковые были специалисты, хоть и мальчишки почти. Записывайте: Ильясов Марат, Кабалин Сергей, Юртин Дима и Гуральник Леонид. С завода все они ушли очень давно, кто в девяносто пятом, а кто и еще раньше, и где они сейчас — я, к сожалению, не знаю.

Положив трубку, Наташа победно вскинула руку с бумагой.

— Есть, ребята! Уж теперь-то мы их найдем!

— Как?

— Архив отдела кадров! Он где-то здесь, в подвале. Пойдемте, Лидия Дмитриевна покажет.

37

С помощью горячих уговоров, обещаний грандиозных перспектив и, чего уж греха таить, щедрых посулов удалось убедить встретиться всех четверых. Вечером того же дня в директорском кабинете собрались все — и «концессионеры» со стажем, и потенциальные новобранцы. Последние явно чувствовали себя неуютно, не очень-то понимая, что за люди их пригласили и чего они, собственно, от них хотят.

Встречу пылкой, а местами даже пламенной речью открыл Николай. В своем выступлении он, не особенно вдаваясь в детали, поведал об удивительном устройстве, коим располагала «концессия», и о перспективах этого и подобных ему устройств на мировом рынке вычислительной техники. Докладчик не ограничился голыми словами и продемонстрировал упомянутое устройство в действии, установив его в предварительно раскуроченный. директорский «пентиум». Невиданное быстродействие, показанное модернизированным на их глазах компьютером, повергло гостей в неописуемое волнение. Доклад был прерван возгласами «не может быть!», «мистификация!», «черт знает что!», а также некой репликой из ненормативной лексики, произнесенной хоть и очень тихо, но зато с большим чувством. Сомневающимся в реальности происходящего была предоставлена возможность лично убедиться в отсутствии подлога, обмана или каких-либо иных жульнических махинаций.

После тщательного осмотра компьютера новичками и короткого перерыва, вызванного необходимостью дать им время прийти в себя, слово взяла Наташа. Она огласила планы концессии относительно промышленного производства продемонстрированного устройства и посетовала на трудности, связанные с острой нехваткой среди концессионеров высококлассных экономистов и технологов. Далее взволнованным гостям было сообщено о полученном сегодня факсе от японцев и зачитан текст этого сообщения. Отметив несомненный и значительный вклад приглашенных в это важнейшее событие, их высокую квалификацию и доскональное знание возможностей завода, Наташа, наконец, подошла к главному. Всей четверке было торжественно предложено немедленно вступить в дружные ряды «концессионеров» со всеми вытекающими последствиями. На этом официальная часть встречи была завершена.

Это предложение вызвало среди гостей серьезное замешательство, усугубившееся грянувшей следом психической атакой.

— Мужики! Вы только подумайте, какие дела нам предстоят! Такой шанс бывает только раз в жизни! — то поочередно, а то и хором орали обступившие притихших гостей Коля, Макс и Петя. — Вы же умные люди! Соглашайтесь!

Первым сломался Сергей Кабалин — добродушного вида толстяк, немного похожий на австралийского коалу.

— Черт с вами — я согласен! — выкрикнул он, подняв руку, и тут же, без малейшей паузы, включился в обработку своих друзей. — Мара, Димон, Ленька! Вспомните, мы же с вами мечтали как раз о таком деле! Чтоб не просто кошелек набить, чтоб этим делом гордиться можно было! Вот же оно! Что ж вы молчите, олухи?

— Ребята, поймите, вас же не на работу нанимают, вас в пайщики приглашают! Это же — на всю жизнь! И детей своих и внуков обеспечите! — продолжали наседать Коля, Макс и Петя.

Марат и Дима переглянулись, как бы ища друг в друге поддержки своим мыслям…

— Ну? И — нетерпеливо возопил Сергей.

— Хорошо, — синхронно кивнули Дима с Маратом, — мы согласны.

В ту же секунду взгляды всех присутствующих скрестились на одном человеке — Леониде Гуральнике. Он, казалось, не замечал этого, невозмутимо глядя прямо перед собой.

— Гурвинек, а ты? — спросил Марат.

— Что, Мара?

— Ты с нами?

— Что ты клюешь мне печень, мучитель?! — взорвался он. — Тебе можно соглашаться на что угодно, Мара, — ты босяк, ты один как перст! А у меня жена — специалист по кишечнополостным — и трое детей! Пять лет я убил на этом заводе, чтоб он был здоров, пытаясь поднять его с колен! Следующие пять лет я поднимался с колен сам! И вот сейчас я наконец-то имею хорошую зарплату в своем банке, а, главное, я имею уверенность в завтрашнем дне — если вы, конечно, еще помните, что это такое. И в этот самый момент ты, Мара, спрашиваешь меня: «ты с нами?»!!!