Джеки Коллинз - Месть Лаки

— Представляешь, как бы все запуталось, если бы между вами было что-то серьезное? — сказала Венера, округлив глаза.

— Нет, не представляю. — Лаки покачала головой. — Ты не против, если я закурю?

— Ты отлично знаешь, что я против, — решительно сказала Венера Мария. — И вообще я думала, что ты давно бросила.

— Бросила, а потом снова начала, — объяснила Лаки, небрежно взмахнув рукой. — Обычное дело…

— Табак вреден для здоровья, — сказала Венера строгим голосом учительницы младших классов.

— Не будь занудой, прошу тебя! — Лаки закурила и глубоко затянулась. — Сколько я знаю актрис, все они просто повернуты на здоровом образе жизни. Да что это за жизнь такая без сигареты, без чашки нормального кофе, без свиной отбивной, наконец? Я тебе скажу: это не жизнь, а су-ще-ство-ва-ни-е, — произнесла она по слогам. — Ты даже Купера заставила заниматься на «Стейрмастере», а ведь он в этом ничуть не нуждается. Разве ты не помнишь, что в свое время он был едва ли не самым известным голливудским жеребцом?!

— У твоего Ленни тоже ширинка не закрывалась, — парировала Венера Мария.

— Да, но Ленни никогда не был Купером Тернером, — ответила Лаки и озорно подмигнула. — Купер — это живая легенда Голливуда. С ним может сравниться разве что Уоррен Битти.

— Пожалуй, ты права. — Венера Мария улыбнулась едва ли не с гордостью, но тут же спохватилась. — Между прочим, — добавила она, — до того, как встретить Купера, я тоже не в монастыре пряталась.

— Угу, — согласилась Лаки. — Насколько мне известно, у тебя была репутация Мисс Всегда Готова.

— Но, несмотря на это, быть замужем мне нравится, — призналась Венера Мария, поднимая руки над головой и потягиваясь. — Это так… приятно.

— Ты так говоришь только потому, что у тебя вечно не хватает времени оглядеться по сторонам и понять, что ты теряешь, — поддразнила подругу Лаки. — Впрочем, мы с тобой — опытные женщины, которые на своем веку многое повидали и многое испытали. И наши мужья — тоже. Вот почему мы ни о чем не сожалеем и ни о чем не печалимся.

— И знаем все позы, — с энтузиазмом поддержала ее Венера Мария.

— Должен быть специальный закон, — продолжала Лаки задумчиво, — который бы запрещал выходить замуж слишком рано. Тридцать лет для женщин и тридцать пять для мужчин — вот с какого возраста я бы разрешила вступать в брак.

— Ну, если верить Джино, — напомнила ей Венера Мария, — то ты была такой неуправляемой, что ему пришлось выдать тебя замуж, как только тебе стукнуло шестнадцать. Как-то на днях он разговорился… То, что он о тебе рассказывал, меня просто потрясло. То, что ты вытворяла, просто не укладывается ни в какие рамки! — Ты его больше слушай, — сказала Лаки, погасив недокуренную сигарету. — Джино любит преувеличить.

— И все равно, ты, похоже, знала, как получить от жизни максимум удовольствия. Как и я…

— Ну, сколько знаешь ты — никто не знает, — сухо заметила Лаки. — Иногда мне даже кажется, что слово «группешник» изобрела именно ты.

И слово, и соответствующую процедуру.

— Гм-м… — Венера Мария сладко зажмурилась, словно смакуя воспоминания юности. — Знаешь, иногда мне хочется снова стать молодой, незамужней, свободной.

— В самом деле?

— Нет, конечно, но ты только послушай, как это звучит: незамужней! свободной!.. Это значит, что можно делать что хочешь и с кем хочешь.

И никакой ответственности.

Лаки хотела что-то сказать, но появление Свена помешало ей. Свен был высоким белокурым шведом с такими мощными мускулами, что они, казалось, вполне могли достаться не одному, а трем мужчинам более деликатного сложения.

— Добрый день, леди, — сказал он с улыбкой, которая показалась Лаки издевательской. — Ну что, готовы к сеансу пыток?

— Нет, — сказала она раздраженно. — Я готова выкурить еще одну сигаретку. У меня выдались не самые легкие выходные.

— Какой мужчина не давал тебе спать? — спросила Венера Мария лукаво.

— Какой? Ленни, конечно. Блудный муж вернулся на землю обетованную, или как там говорится в Библии…

— Что ж, я рада за тебя.

— Я сама рада. — Лаки довольно ухмыльнулась.

— Знаешь, — сказала Венера, — после тренировки я, наверное, все-таки позвоню Стиву.

А еще лучше — заеду к нему прямо в офис, тогда он не посмеет отказаться.

— Это будет сенсация, — заметила Лаки. — «Знаменитая актриса, суперзвезда Голливуда Венера Мария Тернер посетила сегодня юридическую фирму» Майерсон и Беркли «, чтобы обсудить условия своего предстоящего бракоразводного процесса со знаменитым Купером Тернером»— примерно такие заголовки появятся в газетах уже завтра утром. Ты уверена, что готова подвергнуть Купера такому испытанию? Ведь он же ни сном ни духом…

— Куп не читает бульварные листки, — надменно ответила Венера. — Кроме того, репортеры уже привыкли, что я бываю в офисе у Стива — он ведет для меня кое-какие дела.

— Думаю, что к тебе трудно привыкнуть. Ты для этого слишком большая оригиналка, — вздохнула Лаки.

— Вот именно, — вставил Свен, играя мускулами. — А теперь, леди, не будем терять время…

Стивен задумчиво смотрел в окно своего офиса в Сенчури-сити, когда секретарша сообщила ему, что его хочет видеть Венера Мария Тернер.

— Разве у нас назначена встреча? — удивился Стив.

— Нет, мистер Беркли. Но она говорит, что займет не больше пяти минут вашего времени.

— Хорошо, — вздохнул Стив, прекрасно знавший, что, если Венера Мария дала себе труд добраться до его приемной, теперь от нее не отделаешься. — Пусть войдет.

Венера вошла в его офис, одетая в длинное пурпурно-красное, как у испанской цыганки, платье с обтягивающим лифом и пышной юбкой.

Ее роскошные платиновые волосы были собраны в строгий пучок, из которого торчала гвоздика; глаза скрывали черные очки.

— Вот и я! — объявила она низким, грудным контральто.

— Я вижу, — ответил Стивен и потянул носом, принюхиваясь к тропически-сладкому аромату ее духов.

— Ты видишь, но еще не знаешь, что я — живое, говорящее, ходячее приглашение, — сказала она, улыбаясь ему самой соблазнительной улыбкой.

— Приглашение куда? — насторожился Стив.

— На нашу с Купом вечеринку, которая состоится сегодня вечером. И ты должен там быть, — заявила она не терпящим возражений тоном, и уселась на краешек его рабочего стола.

— Послушай, Винни, — принялся терпеливо объяснять он. — Я уже сказал Лаки, что не могу…

— Да, и захвати с собой Кариоку, — не слушая его, добавила Венера Мария. — У нас будет отдельный детский стол, и Шейна сказала, что непременно хочет видеть маленькую Карри. Ведь ты наверняка не захочешь лишить свою дочь такого удовольствия, верно?