Екатерина Красавина - Право первой ночи

— Не надо ничего говорить. Ладно?

Как будто бы это я спрашивала его, а не он меня!

Утром я проснулась в семь. Мне надо было спешить на работу. Я подумала, что наши отношения бесперспективны. И не надо втягиваться в них. Но, может было, уже поздно? Я лежала рядом с Русланом в растрепанных чувствах. Я еще не была до конца циником, чтобы просто наслаждаться сексом, но уже не была и романтиком.

На одеяло запрыгнул Рикки и полез мне на голову. Я осторожно опустила котенка на пол. Тут я заметила, что Руслан не спит, а наблюдает за мной сквозь полуприкрытые ресницы.

— Проснулась?

— Проснулась. Рикки разбудил.

— Да, он частенько не дает спать. Маленький, а такой шум порой устраивает, как стадо слонов.

Я рассмеялась. Откинула одеяло и спустила ноги на пол. Моя одежда лежала на полу.

— Мне пора на работу.

— Тебя подвезти?

— Не надо. Доберусь сама.

— Смотри, а то подброшу.

Я ничего не ответила. Мне хотелось остаться одной. А ехать с ним и заниматься легким трепом не было настроения. Где-то в глубине души меня все время грызла мысль о Нике, о том, как она выпутается из этой истории. И где она сейчас. Мне ужасно хотелось ее видеть.

— Позавтракаешь?

— Уже нет времени. Опаздывать я не могу. У нас дисциплина строгая.

— Понятно. Мы расстались, договорившись созвониться. Но я подумала, что вряд ли нам удастся увидеться в ближайшие дни. Впереди у меня было столько неотложных дел.

Утром следующего дня я поднялась по будильнику ровно в шесть. Все еще спали. Мне надо было выехать с ранней электричкой… Я быстро, по-спортивному оделась, все время поглядывая на часы. Собрала сумку: положила в нее бутерброды, термос с кофе, бумажные салфетки. Ника не объявлялась. Я оставила ей на столе записку, в которой написала, чтобы она срочно связалась со мной. Слово «срочно» я подчеркнула двумя жирными линиями. В конце записки я написала: «Целую. Твоя сестра».

Народу в электричке было немного. Я закинула сумку на верхнюю полку и села ближе к окну. Как я буду разговаривать с бывшей маминой подругой? С чего начну? А вдруг она вообще откажется от беседы со мной? Скажет, я ничего не помню и ничего не знаю. Нельзя исключать и такой вариант развития событий. И тогда последняя ниточка, которая могла бы привести меня к разгадке, над которой я столько билась, будет оборвана. Я размышляла, как мне расположить к себе мамину подругу. Памятуя, что лучшая смазка — деньги, я захватила с собой на всякий случай пять тысяч рублей. Я решила, что Нине, как человеку небогатому, возможно, будет трудно отказаться от лишних денег. Может, они освежат ее память? Однако я знала по собственному опыту, что выстроенные схемы обычно оказываются ненужными. Жизнь вносит свои поправки в продуманный сценарий. Сориентируюсь на месте, пришла я к такому выводу. Все равно всего не предугадаешь.

Я задремала и чуть было не проехала нужную мне станцию. Схватив сумку, я рванула, к выходу.

День был пасмурным. Небо заволокли свинцовые тучи. Зонтик остался дома. Я совершенно забыла про него. Растяпа, ругала я себя, если дождь хлынет, где ты будешь отсиживаться? Под кустиком? Не могла зонтик прихватить или хотя бы дождевую накидку!

— Простите, — обратилась я к пожилой паре. — Вы не подскажете, где тут деревня Озеры?

Седая женщина в пестрых брюках и голубой бесформенной футболке с трудом подняла корзинку, покрытую белым полотенцем. Мужчина катил тележку.

— Озеры? Прямо, — махнула она свободной рукой. — Пройдете через небольшой лесок, потом будет дорога. Потом опять прямо. Первая деревня и будут Озеры.

— Долго идти? — поинтересовалась я.

— Вась, минут пятнадцать до Озер или сколько?

— Больше. Полчаса.

— Не знаю. Мне кажется, что ближе, — неуверенно протянула женщина.

— Смотря как идти, — пробурчал Вася.

— Спасибо.

Я шла быстрым пружинистым шагом. Давно я не была на природе. Не ходила и не дышала свежим воздухом просто так. Как многие горожане, я настолько привыкла к городскому смогу, что сейчас от чистейшего свежего воздуха у меня слегка кружилась голова. Захотелось есть. Пройдя редкий лесок, я нашла поваленное дерево и села на него. Устроила привал. Раскрыла сумку, вытащила оттуда бутерброд с ветчиной, налила в крышку термоса кофе и сделала несколько глотков. Через десять минут я уже снова шла по дороге.

Деревня Озеры состояла из разрушенных домов и добротных кирпичных особняков, выстроенных либо потомками коренных жителей, либо разбогатевшими людьми, решившими обзавестись недвижимостью недалеко от Москвы.

Я остановилась в нерешительности. Где искать Григорьеву Нину? Постучаться в первый попавшийся дом и задать этот вопрос его хозяевам? Или идти прямо, наугад и спросить кого-нибудь на улице? Посмотрев направо, я увидела на скамейке старушку в выцветшем платочке, с любопытством смотревшую на меня. Я направилась к ней.

— Добрый день!

— Добрый!

— Вы не подскажете, где мне найти Нину Григорьеву?

— Нину? Григорьеву? А кто это такая?

— Она живет здесь.

Бабулька отрицательно качнула головой:

— Таких у нас нет.

— А вы давно здесь живете?

— Давно… — протянула она. — Лет тридцать, милая. Всех наперечет знаю.

Я пала духом. Значит, в этой деревне нет Григорьевой Нины. Надо идти на платформу и ехать обратно в Москву. День прошел зря. Я ошиблась адресатом, и поиски надо начинать сначала. А потом меня осенила мысль… Может быть, она поменяла фамилию? Вдруг она уже не Григорьева?

— А женщина с именем Нина у вас живет?

— Чай, три Нинки у нас.

— Три? — воспряла я духом. — Какого возраста? Старушка зашамкала ртом.

— Васильевой — под семьдесят. Мне ровесница. — Эта Нина отпадала однозначно. Не подходила по возрасту. — Катасонова Нинка — пятьдесят пять. — Сомнительно, что это была та самая Нина, которая была нужна мне. — Шемякиной за сорок. — Мое сердце забилось. Неужели это она?

— А где дом Шемякиной?

Старушка окинула меня подозрительным взглядом.

— А зачем она тебе, милая?

— Просто так. Я ее дальняя родственница, — соврала я. — Приехала проведать.

— Одинокая она. Никто к ней никогда не ездил. Да еще алкоголичка. Пьет, как сапожник. Спилась совсем. Так и помрет в одночасье. — Старушка замолчала. — Дом ее третий справа. Пройдешь еще два дома. Следующий ее.

— Спасибо.

— Стучи громче. Она дрыхнуть может. Поблагодарив еще раз за дельный совет, я пошла вперед.

Нужный мне дом находился в глубине участка. Калитка была открыта. Но я боялась собаки. Повертела головой вправо-влево. Никого. Я решила рискнуть. На мое счастье, никакой собаки не было. К дому вела дорожка, поросшая травой. По бокам ее высились золотые шары. Дом был почерневший, покосившийся набок. Я ступила на крыльцо и постучала в дверь. В ответ — никаких звуков. Я приложила ухо к двери и прислушалась. Тишина была мертвая. Я постучала еще раз. Результат — тот же самый. Я забарабанила в дверь ногами. Где-то в доме послышался легкий скрип. Я пнула дверь еще раз. Прислушалась. Раздались тяжелые шаги. Потом — глухой звук: что-то упало. Человек подошел к двери с той стороны.