Лорен Хендерсон - Заморозь мне «Маргариту»

– Что случилось? – спрашивала Джейни. – Ты можешь говорить?

Она убрала со лба Фиалки локон. Вместе они походили на ожившую скульптуру «Плач богоматери»; из Джейни получилась отличная Мадонна – встревоженное лицо склонилось над Фиалкой, мягкие руки белеют в темноте. Чуть изнеженная красота всей композиции казалась старомодной в наше время, когда все качают мускулы, но от этого она была еще привлекательнее.

По лестнице с топотом сбежал Мэттью, за ним – Мелани. Видимо, Мэттью кто-то позвал – в конце концов он был хозяином дома.

– Что случилось? – с тревогой в голосе спросил он. – Фиалка упала?

– Кто-то набросился на нее! – вскрикнула Софи пронзительным птичьим голосом. Она упала на колени. – Фиалка? Фиалка! Что случилось? Это я, Софи. Как ты себя чувствуешь?

Фиалка осторожно приподняла голову.

– Софи? – спросила она слабым голосом. – Боже, моя голова.

Голос ее звучал вполне искренне. Она не переигрывала, не пыталась нас разжалобить.

– Принесите ей аспирин! – крикнула Софи, нетерпеливо оглядываясь.

Мэттью на секунду замешкался. Сам он был не очень сообразителен, у него куда лучше получалось выполнять распоряжения; только после того как Мелани наклонилась и что-то прошептала ему на ухо, он убежал, радуясь, что у него появилось дело.

– Я вышла подышать свежим воздухом, – жалобно рассказывала Фиалка, пытаясь сесть повыше и морщась при каждом движении. Она потрогала затылок. – Слава богу, по-моему, ничего не разбито. Но у меня будет огромная шишка.

Джейни осторожно провела пальцами по ее волосам.

– Нужно приложить лед, – сказала она.

– Я сделаю! – выкрикнула Софи. – Не стоит беспокоиться.

Не обращая внимания на такой всплеск ревности, Фиалка продолжала:

– Он схватил меня, как только я спустилась по лестнице…

– Кто? Кто тебя схватил? – спросила Софи.

– Не знаю, – беспомощно ответила Фиалка. – Я его не видела. Он набросился на меня сзади, было темно.

– Он шел за тобой, Фиалка? – Хьюго опустился на колени. – Или уже стоял здесь?

– Не знаю. Я вышла в сад – вероятно, он услышал мои шаги и затаился в темноте…

Кто-то включил фонари над террасой. Неожиданно все озарилось ярким светом. Мэттью толкнул стеклянную дверь из кухни; Хелен, стоявшая к ней спиной, вздрогнула и отшатнулась. Мэттью нес стакан воды и несколько белых таблеток. У меня возникло сумасшедшее желание проверить, что это за лекарство в действительности.

Фиалка, все еще лежавшая на коленях у Джейни, приподнялась и проглотила таблетки. Я заметила, что у нее трясутся руки.

– Я спустилась по лестнице, хотела немного прогуляться. Но не по лужайке. В этих туфлях приходится ходить осторожно.

Она инстинктивно выставила ногу в туфле от Маноло Бланик – черная замша с крохотной бриллиантовой застежкой у носка и таким высоким и острым каблуком, что неприязнь этих туфелек к газону, несомненно, была взаимной.

– Ну вот, он схватил меня сзади и потащил сюда, – голос Фиалки дрожал. Она вытянула руку. Софи тут же схватила ладонь. Фиалка вцепилась в ее маленькую ручку с такой силой, что у нее побелели костяшки пальцев. – Он зажал мне рот рукой, и я не могла кричать. Сначала я вообще не подумала, что надо закричать, – я была в шоке. Это же вечеринка! На минуту я просто оцепенела. Мне казалось, что это просто невозможно, что это какая-то шутка и меня сейчас отпустят. Я попыталась вырваться, но он был очень сильным. А потом я почувствовала, как будто… как будто…

Фиалка глубоко вздохнула. Было заметно, что она сдерживает слезы. Мэттью, застывший рядом в неловкой позе, смотрел на нее с ужасом и стыдом. Видимо, бедняга чувствовал ответственность за то, что произошло в доме его родителей.

– У него была игла – наверное, одна из моих ампул, – и он воткнул ее мне в руку. – Фиалка заплакала. – Я почувствовала укол и пришла в ужас… я поняла, что он хочет сделать.

Не выпуская ладонь Софи, она уронила голову на колени Джейни и зарыдала во весь голос. Джейни гладила Фиалку по голове, что-то шептала, пытаясь ее успокоить. Я взглянула на Хелен. Та отвлеклась и перестала следить за выражением своего лица. Ее губы растянулись в узкой улыбке. Неожиданно я увидела, какой она станет лет через тридцать. Личность человека рисует узоры на его лице, и Хелен сейчас читалась как открытая книга.

– Ты хочешь сказать, что он сделал тебе укол инсулина? – спросил Хьюго. – Ты делала инъекции сегодня вечером? Фиалка! Это очень важно! Мы должны вызвать «скорую».

– Нет, – ответила Фиалка, начиная приходить в себя. Она вытерла слезы салфеткой, которую предложила ей Софи. – Сегодня я не кололась. И ему не удалось толком сделать укол. Все в порядке, Хьюго, не волнуйся. Кома мне не грозит.

Насколько я знакома с действием инсулина, сейчас было бы уже поздно что-либо предпринимать, если бы преступнику удалось впрыснуть ей достаточное количество этого вещества. Через пять минут после введения второй капсулы она уже была бы в коме. Филип Кэнтли использовал – или кто-то ему помог это сделать – три капсулы, но Фиалка – крошечное существо. Для нее и две капсулы – верная смерть.

– Ты уверена, что это сделал мужчина? – спросила я.

Фиалка озадаченно посмотрела на меня:

– Да, это был мужчина. Хотя я его не видела.

– Но почему ты так решила? – не отставала я. Пытаясь сосредоточиться, Фиалка закрыла глаза:

– Он был гораздо выше меня, по-моему. Хотя на самом деле я вовсе не уверена. Все произошло так быстро…

– Постарайся припомнить детали. В чем он был?

– Хватит к ней цепляться! – взорвалась Софи. – Ты что, не видишь – у нее шок?

– Перестань, Софи, – пришел мне на подмогу Хьюго. – Это очень важно. Продолжай, Фиалка.

– Ботинки. На нем были мужские ботинки. Твердые. Я наступила ему на ногу, попыталась его лягнуть. Мне кажется, он был в брюках. И мне удалось его ударить. Он отпрыгнул назад, я выдернула руку, игла упала на землю. Потом я начала разворачиваться, но он схватил меня и швырнул об стену. Я потеряла равновесие и ударилась головой. И рукой, – Фиалка подняла руку, чтобы всем было видно. На предплечье темнела длинная рваная рана, точно кто-то провел по руке ножом для чистки картошки. – Нет, – поправилась Фиалка, – на самом деле сначала я ударилась о стену рукой, а потом уже головой.

– Ты можешь еще что-нибудь о нем вспомнить? – без особой надежды спросила я. Фиалка намного лучше запомнила, в каком порядке получила свои травмы, чем то, как выглядел нападавший. – Почему ты решила, что он был высокого роста?

– Мне так показалось, – раздраженно ответила Фиалка. – Он был высоким и сильным.