Мишель Мартин - Украденные мгновения

— Не стоит заранее волноваться по поводу того, как отреагирует публика на твою новую музыку. Сейчас это сложно предугадать. Но я знаю одно: ты должна сочинять и исполнять ту музыку, которую любишь.

— Как-то непривычно все это, — задумчиво проговорила Харли.

— Ты о чем?

— Тебя гораздо больше заботят мои проблемы, нежели свои, которых у тебя в избытке.

Музыканты закончили выступление и ушли на перерыв. К их столику подошел вокалист, он же был и гитаристом в группе. Он радостно поздоровался с Дунканом, похлопав его по плечу и взъерошив ему волосы.

— Привет, Дункан. Рад тебя видеть.

Харли с интересом наблюдала за этой картиной. Ей понравился этот долговязый парень. Глядя на него, она подумала, что он, наверное, любит пошутить. Его карие глаза смотрели тепло и дружелюбно. Он был одет старомодно: в расклешенные джинсы, красную, с пестрым рисунком рубашку и кожаный жилет с длинной бахромой. Он был очень высоким и худым. Его длинные, золотистые волосы перетягивала узенькая кожаная тесьма. Наверное, юные поклонницы от него просто без ума, они обожают таких симпатичных музыкантов. Интересно, где Дункан с ним познакомился?

— Марк! — расцвел в улыбке Дункан, поправив волосы. — Я тоже рад тебя видеть. Это было потрясающее выступление.

— Действительно, ваша группа отлично выступила, — добавила Харли. — Не побоюсь сказать, что в вашем исполнении старые вещи звучат гораздо лучше, чем в оригинале.

— Спасибо, — Марк приветливо улыбнулся. — Если я не ошибаюсь, вас зовут Харли? Дункан мне по телефону сказал, что вам тоже нравится выступать.

Она бросила на Дункана свирепый взгляд, а затем, обратившись к Марку, согласилась:

— Да, нравится.

— Может, хотите сыграть с нами? Мы сейчас передохнем и снова вперед.

— Кто, я? — Харли явно не ожидала такого предложения.

— А что? Я бы на твоем месте вышел на сцену, — посоветовал Дункан. — Это будет здорово.

У Харли в душе зародилось подозрение, что он заранее все это устроил.

— У меня нет с собой гитары.

— Может быть, вот эта подойдет? — Марк снял из-за спины ее черный «Стратокастер», который она только сейчас увидела.

— Как ты умудрился? — она перевела недоуменный взгляд на Дункана, затем вновь на Марка. Дункан самодовольно улыбнулся.

— У меня повсюду есть свои люди.

— Зачем ты это сделал?

— Из чисто эгоистичных побуждений, — заверил ее Дункан. — Когда ты выступала на сцене с этой гитарой, то была несказанно счастлива. Мне доставило огромное удовольствие за тобой наблюдать, поскольку я впервые в жизни видел по-настоящему счастливого человека. И сегодня мне захотелось еще раз посмотреть на тебя, увидеть твое радостное лицо.

— Пойдем, Харли, — Марк взял ее за руку и потянул за собой. — И Сьюзен тебе обрадуется.

— Если я опозорюсь, виноват в этом будешь только ты, — встав из-за стола, сообщила она Дункану.

— Нет, — покачал головой он, — я уверен, ты отлично выступишь.

Время остановило свой бег в тот момент, когда их глаза встретились. Она вновь подумала, что раньше они жили, не подозревая о существовании друг друга, но какая-то связь существовала между ними уже тогда. С их встречей она только окрепла, а сейчас крепнет с каждым днем.

Но тут ее кто-то толкнул, и все чарующее оцепенение разом пропало. Она окончательно очнулась, когда Марк начал с ней протискиваться к сцене сквозь плотную толпу людей.

— Должно быть, ты полностью полагаешься на Дункана, раз вот так запросто поверил ему на слово. Ведь ты даже не знаешь, кого он тебе подсунул, — заметила Харли, когда, едва двигаясь в толпе, они приблизились к сцене.

— Я ему абсолютно доверяю, — энергично работая локтями, отозвался Марк.

— Почему?

— Он никогда меня не подводил и никогда меня не обманывал. Дункан сказал, что ты одна из лучших, и я ему верю.

— Дункан так сказал? — не веря своим ушам, взволнованно переспросила Харли и смутилась.

— Да, — ответил Марк. Наконец-то они добрались до ступенек, ведущих на эстраду.

— Он не перестает меня поражать.

— И меня.

Марк ухмыльнулся, когда поймал вопросительный взгляд Харли.

— Мы с ним познакомились в Колумбийском университете. Незабываемое было время! С тех пор мы дружим. Но раньше он не знакомил меня со своими подружками. Ты, наверное, какая-то особенная, не такая, как другие, раз он тебя сюда привел. Мне все это по меньшей мере кажется очень и очень любопытным. Ну, хорошо. Сейчас ты нам покажешь все, что умеешь. Можешь подключиться вон к тому усилителю, — он протянул ей черный шнур.

Она подсоединила гитару, и затем Марк представил ее остальным участникам группы.

— Где же ты раньше была? — с мягким ямайским акцентом произнесла Сьюзен, крепко пожимая ей руку. — Я уже давно твержу этим парням, что у нас в группе половая дискриминация — сплошное засилье мужиков.

— Чем смогу, тем помогу, — Харли рассмеялась и быстро проверила настройку гитары.

Подойдя к микрофону, Марк вновь представил группу, сказав, что в ее составе новенькая. Публика радостно загалдела, выражая свое одобрение. Видимо, завсегдатаи знали Марка достаточно хорошо и считали, что раз он что-нибудь делает, то только для того, чтобы их порадовать.

— Чтобы быстренько поднять вам настроение, для начала мы споем что-нибудь из «Бич Бойз», — объявил Марк. Затем он подошел к Харли, которая стояла рядом со Сьюзен у другого микрофона, и прошептал: — Ты начнешь подпевать Сьюзен, договорились?

Харли кивнула, испытывая страх и возбуждение одновременно. Она уже столько лет выступает с концертами, но тут ее вдруг охватило непонятное беспокойство. Видела бы ее сейчас миссис Шеферд, руководительница школьного хора, вот уж удивилась, бы. До этого дня Харли не выходила на сцену вместе с группой и не знала, под силу ли ей будет импровизировать. От этих мыслей Харли заволновалась еще сильнее. Стараясь побороть внезапную дрожь, она спросила:

— А с какой песни мы начнем?

— Конечно, с «Танцуй, танцуй, танцуй», — усмехнувшись, ответил Марк.

— Пой громче, чтобы меня перекрывать, — обратилась Харли к Сьюзен, когда Марк, выйдя на середину сцены, взял первые аккорды.

Отыграв одну песню, они перешли ко второй. Это была «Благая любовь» из репертуара «Расклз». К этому времени Харли уже разобралась в манере игры музыкантов и начала понемногу добавлять свои гитарные партии в общий музыкальный рисунок. Но на всякий случай она старалась, чтобы ее голос не выделялся на общем фоне, и следовала той тональности, в которой пела Сьюзен.

Когда они заиграли «Танцуй твист и кричи», Харли уже окончательно освоилась. Она расслабилась, и ее импровизированные пассажи на гитаре с яркими ритмическими переходами были очень хороши. После этого хита они исполнили «Посвящается человеку, которого люблю». Харли уже забыла о своих страхах и чувствовала себя так, словно всю жизнь играла в этой группе. Впервые за девять лет она поняла, какое сказочное удовольствие доставляет работа в слаженном музыкальном коллективе, в котором все одинаково тонко чувствуют ритм и мелодию.