Александер Виктория - Ее высочество, моя жена

– София была глубоко обеспокоена будущим дочери, – сказала леди Стэнвик, – но этот вопрос она, по крайней мере, могла решить. Вот почему она вышла замуж за лорда Уортингтона. Конечно, он был по уши влюблен в нее, и я полагаю, что она впоследствии тоже стала испытывать к нему это чувство. Во всяком случае, ее письма никогда не опровергали этого.

– Интересно, она сожалела об этом? – быстро спросила Татьяна. – О том, что отказалась от своей страны, семьи и положения?

– Я не знаю. Она никогда не говорила о том, о чем сожалеет, – ответила пожилая женщина, оценивающе сузив глаза. – Конечно, у нее с самого начала не было выбора. И к тому времени, как восстание в Авалонии было подавлено, София уже была замужем за лордом Уортингтоном. Однажды она сказала мне, что ей словно пришлось выбирать между прошлым и будущим, и она выбрала будущее. По многим причинам она могла сожалеть о сделанном ею выборе. София очень серьезно воспринимала свое положение, – сказала леди Стэнвик, встречаясь взглядом с Татьяной. – Как и вы, ваше высочество.

– Совершенно верно, – пробормотала Татьяна.

– Вы наследная принцесса, не так ли? – спросила, приятно улыбнувшись, вдовствующая маркиза.

Татьяна кивнула.

– Она третья в очереди на трон, – ответил за нее Мэтью.

– Только если бы мои братья умерли, не оставив потомства, миледи, – быстро сказала Татьяна. – Пока ни один из них еще не женат, я не могу такое себе представить.

– Разумеется, нет, – согласилась леди Стэнвик, внимательно изучая принцессу. – Каковы же ваши истинные намерения относительно моего внука?

– Мои намерения? – переспросила Татьяна, захваченная врасплох вопросом.

– Боже мой, бабушка, что это за вопрос? – Мэтью с изумлением посмотрел на бабушку. – Я не нежная невинная девушка, которая нуждается в защите. Татьяна моя жена. Я бы сказал, ее намерения благородны.

– Мэтью, – обратилась леди Стэнвик к внуку, хотя ее взгляд все еще был устремлен на его супругу. – Я полагаю, что оставила любимый веер в своих покоях. Он подходит к моему платью. Горничная знает точно, где он лежит. Не мог бы ты сходить и принести его?

– Разумеется, нет. Однако я буду более чем счастлив, если вы позволите позвонить слуге и попросить его принести веер, – ответил Мэтт, поднимаясь на ноги и направляясь к двери.

– Нет, Мэтью, – резко возразила вдовствующая маркиза, – я бы предпочла, что бы ты сам принес его мне.

– Ни за что, – отрезал Мэтт, сложив руки на груди. – Я знаю, что вы намереваетесь сделать, бабушка, и не допущу этого.

– Ты ведешь себя ужасно грубо, Мэтью, – вмешалась Татьяна, не отводя взгляда от пожилой дамы. – Леди Стэнвик попросила тебя о пустяшной услуге, и я думаю, ты должен ее оказать.

– Ты не знаешь, что она собирается сделать, – твердо сказал он.

– Перестань, мой дорогой мальчик, – холодно произнесла леди Стэнвик. – Она точно знает, что у меня на уме.

– И это понятно, – мягко заметила Татьяна, ободряюще улыбаясь мужу. – Ступай.

– Если ты желаешь… – неуверенно произнес Мэтью, переводя взгляд со своей жены на бабушку и обратно.

– Да.

– Я ненадолго, – пообещал он, повернулся и вышел из гостиной.

С его уходом в комнате на долгое время воцарилась тишина. Татьяна знала, будущее ее мужа – это единственное, чем была озабочена леди Стэнвик. Впрочем, как и Татьяна.

– Этот брак не приведет ни к чему хорошему, – обронила вдовствующая маркиза и поджала губы в непреклонной манере.

– У нас есть трудности, конечно, но…- вздохнув, начала Татьяна.

– Трудности? – повторила пожилая дама. – Я бы скорее сказала «невозможности». Вы молоды, ваше высочество, и вам еще многому предстоит научиться. Существует только два типа мужчин, за которых женщина с вашим положением могла бы выйти замуж. Те мужчины, которые не любят вас, но достаточно любят власть, статус и привилегии. И те мужчины, которые вдобавок ко всему прочему любят вас. Мужчины, которые любят вас больше, чем самих себя. У них нет гордости, нет силы, нет чувства собственного достоинства. Честно говоря, такие мужчины не стоят ответной любви. Они немногим лучше комнатных болонок.

– Мэтью едва ли болонка.

– Конечно, нет. – Леди Стэнвик тяжело и раздраженно вдохнула. – Такой мужчина, как мой внук, едва ли выживет в вашем мире. Он не скроен для того, чтобы быть принцем – консортом.

– Я не собираюсь принуждать его к этому, – резко возразила Татьяна

Секунду леди Стэнвик напряженно изучала ее, затем медленно кивнула.

– Но сможете ли вы отказаться от всего этого, ваше высочество?

– Да.

– Вы заплатите за это непомерную цену. Я знаю, дорогая, я видела, как тяжело это было для вашей тетушки, – произнесла пожилая леди, и в ее взгляде, направленном на Татьяну, промелькнула симпатия.

– Она прожила свою жизнь в тихом смирении. Она удалилась от мира, когда вышла замуж за Уортингтона, проведя остаток дней в своем продуваемом всеми ветрами замке. Она почти не покидала его, ни до смерти графа, ни после. А когда ее дочь вышла замуж, она жила почти в полном одиночестве, если не считать присутствие ее пасынка.

– Хотя София никогда официально не отказывалась от своего титула, она распрощалась с ним в своем сердце, и во многих отношениях это сломало ее, – грустно покачала головой леди Стэнвик.

– Но София была вынуждена расстаться с той жизнью, к которой привыкла. Она спасалась от опасности, боли и отчаяния, – возразила Татьяна, наклоняясь ближе к собеседнице, – я же стремлюсь к мужчине, которого люблю всем сердцем. Я готова добровольно отказаться от всего, что у меня есть ради него. Если что-то разделяет нас, я без сожаления с этим расстанусь.

– На словах это звучит так благородно и самоотверженно. Но действительно ли вы готовы отказаться от титула, семьи и страны ради моего внука? – требовательно спросила леди Стэнвик, откидываясь на спинку кресла и внимательно изучая Татьяну. – И вы после этого сможете жить в мире с собой?

– Да, – без колебаний ответила принцесса, – я уже давно все обдумала. В каком-то смысле, у меня нет выбора.

– Я пыталась жить без него, но поняла, что не могу. Я хорошо понимаю, что теряю, но это ничего не значит в сравнении с тем, что потом приобрету, – продолжила Татьяна с печальной улыбкой.

– О, дорогая, – вздохнула леди Стэнвик, – вы очень сильно влюблены. Подобные истории любви так же часто заканчиваются трагедией, как и счастьем.

– Что ж, по крайней мере, наши шансы равны один к двум, – засмеялась Татьяна.

Пожилая дама замолчала, пальцами теребя нить в подлокотнике кресла.

– Он любит вас, знаете ли.

– Я уверена в этом.

– Очень сильно, я полагаю, – леди Стэнвик подняла взгляд на собеседницу. – Настолько, что он пожелает сопровождать вас обратно в Авалонию.