Юлия Кова - #DUO (СИ)

— Телефон Наташи — это, во — первых, — преспокойно продолжаю я. — Во — вторых, ты с ней больше не встречаешься.

Герман раздражённо пуляет сигарету в урну:

— Соболев, у тебя чердак сдуло?

— И в — третьих, ты с ней больше не спишь. Это всё.

— И всё за триста тысяч? — Теперь Дьячков пытается рыть асфальт каблуком ботинка. — А может, пятьсот тысяч, а?

— Гер, мы не в публичном доме, — я вздыхаю. — И, кстати, учти, что я не Наташу себе покупаю, а плачу за твоё имя. Мне нужна та ссылка в 'Википедии'.

— Тогда, гм, какого… тебе сдалась эта хитрая 'зайка'?

— А это мой личный бонус. Ну как?

Дьячков грызет губы. Я жду — я всегда умел ждать.

— Ладно, Соболев… Уговорил, — в конце концов, скрипит Герман.

И мне остаётся только поздравить себя с удачно завершённой сделкой.'

— 2 —

20 мая 2016 года, пятница.

'Сквозь кремовые шторы в спальню проник золотистый рассвет тёплого майского утра. Открыв глаза, я не спешу вставать. Лежу рядом с Димкой и, заложив руки за голову, вспоминаю свой сон, в котором мне явился тот странный, увиденный мной в 'Меге', темноволосый мальчишка. В моём видении он подошёл так близко ко мне, что я, невольно ощутив тепло и мощь его тела, почувствовала себя маленькой и беззащитной.

— Что вам надо? — едва разлепив губы, испуганно пищу я.

Он промолчал. Наклонился — и я впервые отчётливо разглядела его ярко — карие злые глаза в мохнатых и чёрных ресницах и полный, красиво очерченный рот, сжатый в тугую линию.

— Что вам надо? — Я делаю попытку сбежать, но ноги меня не слушаются, как это часто бывает во сне, когда за тобой гонятся, а ты не можешь сдвинуться с места и ощущаешь ужас.

Но брюнет отступил, чтобы сгинуть в дымке видения, а я проснулась.

И вот теперь, рассматривая мирно спящего Бергера, разглядывая его спокойное во сне лицо с едва заметной щетиной, я размышляла, чем мне запал в душу всего однажды виденный мной человек и чем он поразил меня? Своими ухватками? Тем, что ловко обворожил двух 'заек'? Но на меня, в мои разумные двадцать семь, подобные манеры уже не производили впечатления. Или же меня возмутил его внимательный и недовольный взгляд, которым он 'прошёлся' по моему лицу, груди и ногам? Но мне никогда не нравились мужчины, которые смотрели на меня, как на врага.

Ломая голову над загадкой, я невольно дождалась будильника, который противно заверещал на отметке '07:59' утра. Изогнулась, ловко прихлопнула кнопку ладонью. Поцеловала Димку, прошептала ему в ухо: 'Пора вставать', выскользнула из постели и направилась к окну, чтобы поднять шторы. Складывая тугую 'римскую' занавеску в крупные кремовые складки, слышу за спиной скрип тугих пружин и шорох одеяла.

— Катя, — игриво зовёт меня Бергер.

Оборачиваюсь. Димка, лёжа на боку, опирается на локоть взлохмаченной головой и рассматривает меня с тем особенным блеском в глазах, который предшествует сексу.

— Ты такая красивая, — продолжает Димка.

— И что? — я, не сдержавшись, фыркаю.

— Это был комплимент. А теперь иди сюда, — и Димка игриво хлопает ладонью по простыне.

— А это ещё зачем?

— Если послушаешься, то я сделаю тебе хорошо, — вкрадчиво шепчет Димка.

— Дим, вот скажи мне честно, — поворачиваюсь спиной к подоконнику и опираюсь ладонями о его гладкую пластиковую поверхность, — ты меня выбирал по какому принципу? Женщина — грелка, девушка с характером, или Катя с головой на плечах?

— Мне нужна женщина, которая мне подходит, — серьёзно говорит Бергер.

— То есть ты выбирал по принципу 'чувства — хорошо, а разум лучше'? А раз так, то я очень тебе советую посмотреть на будильник. Сколько сейчас времени?

— Мать моя в кедах! — Димка выпрыгивает из кровати и пулей несётся в ванную.

— Вот именно, — киваю я и запахиваю халат, — и мне твой секс длиной в две минуты не нужен!

Через полчаса, накормив Бергера оладьями и яичницей, всучила ему, упирающемуся, список нужных для дома покупок (пятикилограммовая бутыль 'Лоск', двухлитровый гель — концентрат 'Вернель', три килограмма картошки), после чего с чувством выполненного долга выдохнула, притащила ноутбук в комнату и устроилась на диване. Позвонила на работу, выяснила, что на меня сегодня желающих нет, распрощалась до понедельника и, наконец, занялась тем, что ещё вчера просила моя душа: с трепетом открыла файл со своим первым литературным детищем.

Мой любовный роман назывался ёмко и интригующе: '#Двое'. Внутри интриги лежала модная тема противостояния, где главный герой стал заложником обстоятельств, а героиня — его мишенью. Сюжет строился на том, что делец тридцати лет сделал 'стойку' на женщину, но был вынужден выбирать между ней и своими амбициями. Динамику развязке добавляли четыре откровенных сцены. Венчало же моё произведение искреннее посвящение: 'Дмитрию Бергеру, герою на все времена'. И вот теперь мне остаётся только разместить мою книгу на самиздатовском сайте. Но прежде, чем выносить свой роман на строгий суд читателей, я решила как следует познакомиться с порталом. И я набираю в поисковой строке уже знакомый веб — адрес. Ссылка тут же приводит меня на страницу портала 'Звёзды самиздата'.

'Не поняла… а куда делся скромный 'ЛитСам'?'

Проверяю адрес. Всё правильно, но со среды действует переадресация. Значит, хозяин сайта решил обновить портал? А зачем, спрашивается? Посерфив страницы новоиспеченных 'Звёзд', с удивлением оцениваю новый, качественный, но не перегруженный дизайн, легко запоминающийся логотип (звезда и буквы 'С' и 'И', раскинутые на лучах) и перехожу на авторскую страницу. Изучаю её и с удивлением обнаруживаю, что мне здесь всё нравится. А что читатели, как они восприняли модернизацию? Заглянула в комментарии, оставленные только на главной странице. Оказалось, практически ни один человек не остался равнодушным к новшествам. И хотя кое‑кто дал изменениям негативную оценку, подавляющее большинство сошлись на том, что владелец портала — гений.

Вот тут мне становится очень интересно, а кто такой, этот Герман Дьячков? Набираю в поисковой строке имя владельца сайта. Первая же ссылка приводит меня в 'Википедию'. Открываю статью — и замираю, как кролик под светом автомобильных фар. Ещё бы: уважаемая Интернет — энциклопедия неопровержимо свидетельствует, что креативным владельцем портала и господином Дьячковым в одном лице является — занавес, барабанная дробь! — тот самый блондин, виденный мной в 'Меге'. Потаращившись на фотографию импозантного 'старого' знакомого, всё‑таки фыркаю. Роберт Харрис недаром писал, что проделок судьбы нельзя избежать, потому что каждый из нас прикован к ней, как к движущейся тележке. Приедешь сам — или судьба притащит тебя к пункту назначения волоком.