Для него важнее другая (СИ) - Вашингтон Виктория Washincton

— Тебе вызвать врача?

— Не нужно, — тут же отрицательно качнула головой, едва борясь с желанием посмотреть на свое запястье. Я понимала, что это будет слишком очевидно, но сейчас, находясь перед братом, сознание прямо пожирало паникой от мысли, что он мог увидеть метку. И меня совершенно не успокаивало то, что перед входом в дом я проверила бинт и рукав. — Я просто полежу и отдохну.

— Почему от тебя так несет духами?

— Потому, что я девушка и люблю духи, — неуверенно и взволнованно произнесла, пряча взгляд. После чего добавила: — Просто… Я только что ездила к Ненси. И там на улице столько запахов. Я только пробудилась и не привыкла к ним, из-за чего пока что решила перекрыть все это духами.

— Глупая мелкая сестра. Тебе не стоило сегодня выходить из дома.

— Да. Я это уже теперь понимаю, — виновато опустила взгляд.

Брат убрал ладонь от моего лица, из-за чего челка упала обратно.

— Пойдем, отведу тебя к спальне.

Я молча поплелась за ним. Но моментально еще больше нервничая и напрягаясь. Лоренс ведь был сильным альфой. И он прекрасно улавливал запахи.

Пока что, кажется, парфюм помогал, но мне все равно было не по себе.

Хуже было лишь осознание того, что я ему врала.

— И как тебе пробуждение? – спросил он.

— Пока что непонятно, — лишь пожала плечами. – Чувствую себя нормально, но все же хочу поспать.

— Тогда не буду тебя сегодня беспокоить. Только подарок отдам.

— Какой? – подняла вопросительный взгляд.

— На день рождения. И в честь твоего пробуждения, — он что-то достал из кармана и передал эту вещь мне. Лишь, после того, как она оказалась у меня в ладони, поняла, что это были ключи от машины.

— Это?.. — я широко раскрыла глаза, после чего бросилась к Лоренсу и крепко обняла его. Радость на мгновение притупила панику.

— Она в гараже стоит. Завтра посмотришь.

— Я хочу сейчас, — нетерпеливо сказала. Вот только, стоило этим словам сорваться с моих губ, как в голове тут же щелкнуло. Мне ведь в свою спальню нужно.

Качнув головой, попыталась взять себя в руки и убедиться в том, что все нормально. Метку не видно, а запаха Тайлера на мне быть не может. От меня сейчас разве что духами несет.

— Ты же устала.

— Мне брат машину подарил. Я хочу ее увидеть.

Лоренс научил меня водить еще когда мне было пятнадцать. В шестнадцать у меня появились права, но машины своей не было, ведь по сути в ней не было нужды. Я же все время проводила в колледже. А когда приезжала домой на каникулы, Лоренс давал мне ключи от одной из своих машин.

Но теперь у меня будет своя. Личная.

У меня даже щеки заныли от того, насколько сильно начала улыбаться.

Лоренс положил ладонь мне на голову и ласково растрепал мои волосы.

Вообще я понимала, что со мной брат далеко не такой, как с остальными. Его ведь не просто так боялись, но ко мне Лоренс с детства относился бережно. Защищал и оберегал. Если я чего-то хотела, он мне это тут же приносил. Рядом с братом всегда ощущала себя принцессой. И я обожала Лоренса. Если получалось что-то сделать для него, то без сомнений это делала, испытывая неподдельное счастье. Он для меня самый дорогой человек.

— Пойдем, — взяла его за руку и потянула за собой. Хотелось сразу же сесть за руль, но я понимала, что сегодня этого лучше не делать. Просто посмотрю на машину, поблагодарю Лоренса и пойду к себе в спальню.

Ведь рука уже начинала неметь из-за боли от метки.

Мой телефон зажужжал. Достав его, я увидела, что пришло сообщение от Ненси:

«Прикинь, на территории Харисов, уже открыли кинотеатр после ремонта»

Вместе с сообщением прилагалась фотография этого кинотеатра. Значит, Ненси сейчас находится там.

В отличие от меня, она могла заходить на территорию Харисов. Хоть и было ясно, что она поддерживает нашу сторону.

Касательно общества в нашем городе, дела обстояли достаточно сложно, но мне об этом рассказывали еще с самого детства. О том, что стая Харисов и стая Олсенов были одними из первых жителей этой местности знал каждый. Собственно, наши с Тайлером предки и основали его. Нейтралитета между нами не было уже тогда. В первую очередь из-за того, что мы, как стаи несовместимы. Таков закон зверей, а мы примерно ими и являлись. Животное в нас терпеть не могло Харисов. Так же и с ними. Причем, нечто такое являлось настолько критично, что даже просто запах врага мог побудить на самые зверские, неконтролируемые поступки.

Это уже было заложено в крови и передавалось из поколения в поколение.

Наши человеческие части тоже не воспринимали друг друга, но и на это были очень веские причины.

Это и способствовало тому, что город был поделен на две части. Никто не видел другого способа унять вражду и не усугублять накаленную. Наши семьи, как самые влиятельные решили прийти к холодному нейтралитету, который был слишком хрупким, но уже около двадцати лет держался подобным образом.

Во многом благодаря тому, что обе стороны придерживались правил.

Первое и самое главное правило – не заходить на чужую территорию. Не пропитывать ее своим запахом.

Особенно это касалось Олсенов и Харисов. Но у наших семей имелись другие приближенные стаи. Это те, кто некогда официально подтвердил свою преданность.

У нас было пять приближенных стай и такое же количество имелось у Харисов. Они так же не имели права переходить черту между территориями и нарушать нейтралитет.

Остальные жители города могли делать это спокойно и без последствий, но все же каждый придерживался чьей-то стороны. В основном, это зависело от того, где он обитал.

Территории Харисов и Олсенов были практически зеркальны. Одинаковые заведения, учреждения, больницы. И отделялись лишь нейтральной зоной, расположенной посередине.

8

— Мне не верится, что я смогла вытащить тебя куда-то, — тараторила Ненси, быстрым шагом несясь вперед.

От её спешки, мне уже не хватало дыхания. Она практически срывалась на бег.

— Да куда ты так спешишь, уже дышать нечем, — отдернула её, изнывая от палящего солнца. — И подумаешь, всего пару дней не виделись. Как-то же ты выдержала все время, пока я жила за границей.

В лицее, в котором я училась, все нормативы были мне нипочем. Я была достаточно активной и выносливой. Все результаты были минимум на высоте, а как правило, лучшими.

Но сегодня что-то шло не так. И даже такая быстрая походка подруги давалась мне с трудом.

— Так конечно, — ухмыляясь фыркнула Ненси. — Ты бы ещё шубу надела в тридцатиградусную жару.

Она насмешливо оглядела мою кофту, а я под таким пристальным взглядом невольно вновь потянулась, чтобы поправить край рукава.

Под ним уже неизбежно красовался бинт, но ощущение, что метку может кто-то увидеть напрягало и не отпускало.

Позволила себе снять кофту и бинт только когда принимала душ. И то перед этим по сто раз убеждалась в том, что провернула все возможные замки.

— Вот именно, Дженис! — воскликнула Ненси, когда поняла, что я не собираюсь никак комментировать её замечание. — Тебя не было так долго, что теперь мы обязаны все наверстать. Ты не представляешь, как здесь было скучно жить без тебя. Увы, лишь ты одна способна выдержать мой напор и вечную болтовню. Именно поэтому, я сейчас мечтаю о том, чтобы университет тебе понравился и ты даже не размышляла о том, чтобы снова уехать.

— Хорошо, — на выдохе произнесла, пытаясь восстановить дыхание. — Но перестань мчать, иначе я свалю прямо сейчас.

Я стала раздражительной. Виной всему была метка, боль от которой разносилась по всему телу.

Раз за разом вспоминала снова Тайлера о том, что если мы не поцелуемся в течении трех дней, то руку начнет разъедать.

Не могла даже вообразить более сильной боли, так как уже существующая казалась нереально жгучей.

Исходя из того, что она проявилась позавчера, времени у нас оставалось мало. Совсем не оставалось.