Что, снова в школу? (СИ) - Кальчук Кристина

— Да ничего, горькую правду говоришь, — открыла я дверь канцелярского магазина, задевая колокольчик фэн-шуй, или музыку ветра.

В небольшом тесном помещении раздался мягкий красивый перелив. Внутри витал приятный запах бумаги и знакомого парфюма. Где-то я уже чувствовала этот терпкий аромат. Запахи рождают ассоциации, пробуждают образы в памяти человека, так же, как и книги.

Пройдя глубже, где находилась стойка продавца, я поняла, где успела ознакомиться с этим парфюмом. К нам спиной стоял сам Орловский и рассчитывался за приобретенный школьный материал. Я замерла на месте не дыша, хотелось незаметно дать заднюю и делать ноги, пока он не обнаружил наше присутствие, но момент был упущен, — продавщица подняла на нас свой взгляд, улыбаясь новым покупателям, и Константин Олегович развернулся.

— О! Какая встреча! Утро доброе, девчонки, подвезти? — посмотрел он на нас в ожидании.

Ну вот, ещё один доброжелатель! А ножками не пробовал?! Очень полезно, между прочим! Незаметно двинув локтем подругу, чтобы и думать забыла о том, чтобы принять приглашение, я быстро произнесла: — Не смеем задерживать, нам ещё закупиться необходимо, так что езжай, мы сами доберемся, — холодно произнесла я.

Стоявшая рядом Светка попыталась возразить, но, удостоившись моего пристального взгляда, тут же замолкла.

— Уверены? Я могу подождать — если учесть время и расстояние, то вы явно опаздываете на первый урок! — настаивал Костя.

— Нет! — слишком резко ответила я и, игнорируя его пристальный взгляд, начала сметать с полок все, что мне может пригодиться на сегодня. Затылком я почувствовала его колючий взгляд, и табун мурашек не заставил себя долго ждать, пробежав с самого верху донизу, вызывая легкий озноб.

Не выдержав больше такого напора, я резко разворачиваюсь и спрашиваю, с расстановкой каждого слова: — Разве не ясно, я больше и рядом с тобой не сяду! — сжала кулаки так, что ноготки впились в ладони, оставляя покрасневшие следы.

— Это мы ещё посмотрим! — выдал Орловский и вышел из магазина, оставляя за собой шлейф своего парфюма и перелив дверного колокольчика.

— Детский сад, ей богу! Школа отдыхает! — веселилась подруга.

— Не смешно, — бросила я на неё недобрый взгляд, — Денисову-то ты быстро слила, а к Орловскому, видимо, у тебя особая симпатия! — вывалила я на прилавок гору канцтоваров.

— С мымрой я точно ни за какие коврижки не сяду в одну машину, ну, а по поводу Орловского, то почему бы и нет, раз мы опаздываем?!

— Потому и нет! — зло ответила я, рассчитываясь с продавцом, который был свидетелем всего происходящего.

— Ты, Светка, даже и не старайся! Думаешь, я не знаю, что ты пытаешься сделать?

— Все, что я пыталась сделать, так это не опоздать на первый урок! — она невозмутимо взяла у меня пакет и двинулась на выход.

— Ну, конечно! Лучше я выговор от самой Иванки получу, чем сяду в машину Орловского! И ещё, либо ты, дорогуша, играешь на моей стороне, либо будешь сидеть… — осеклась я на секунду-другую и продолжила, — с Орловским! Понятно?!

— Куда уж понятней? — огляделась она по сторонам, явно выискивая элитную машину горе-одноклассника.

— Ну что, побежали? Не ровен час звонок прозвенит, а нам ещё минут двадцать идти, — посмотрела я на расстроенное лицо подруги.

— Давай на такси, а? — развернулась Светка в сторону дороги.

— Ну, если найдёшь свободное, то ладно, а так, давай в сторону школы, а то мы можем просто-напросто не дождаться машины!

Мы перешли дорогу и быстро направились в необходимую нам сторону, изредка подглядывая на дорогу с надеждой поймать машину. Таксисты сегодня явно были в сговоре с Орловским, проезжая все мимо, не останавливаясь. Конечно, не спорю, многие едут по вызову, но могли бы хоть остановиться, а вдруг нам в одну сторону?!

Чертыхаясь, мы быстро вышагивали, едва не переходя на бег, и все равно опоздали. В школьных коридорах было тихо, как в склепе. Дети, конечно, сейчас дома на праздниках, но наши два класса-то в полном составе — или почти в полном. Подойдя к коридору, где находился наш класс, мы поняли, что урок начался. Вот же, блин, сейчас под пристальным взглядом всего класса придется пройти и сесть на оставшиеся места!

Переглянувшись со Светкой, я поднимаю руку и робко стучу в дверь, ругая себя за то, что допустила такую оплошность, как опоздание в школу. Блин, да такого вообще никогда не было, чтобы я да опоздала!

— Войдите! — послышался грозный женский голос.

Отворив дверь, мы ступили на порог и, как говорила прежде Светка, вытянулись по стойке смирно от одного только взгляда нашего старого классного руководителя.

— А, Ландман и Зайцева! Ну, от Светланы ожидаемо, но а ты, Нателла, удивила! — грозно посмотрела она на нас, и вокруг ее рта собрались складки, выказывая ее недовольство.

— Простите нас, Иванна Фёдоровна, этого больше не повторится, — тихо произнесла я, чувствуя себя школьницей от ее взгляда.

— Ну, я об этом позабочусь! Так, Ландман за третью парту, а ты, Зайцева, за первую, вон туда, и побыстрее, нечего задерживать первый урок!

Повернувшись, я посмотрела в том направлении, куда указала учительница, и отчаянно закусила изнутри щеку — за третьей партой сидел и довольно улыбался Орловский.

Бросаю ещё раз свой взгляд на Иванку и медленно плетусь за третью парту, ясно понимая, что заготовленной участи мне не избежать.

— Живее, девочки! Так, а ну, разговорчики отставить! — грозно сказала классная руководительница, отреагировав на шепоток с задней парты.

Подхожу к парте, за которой мне предстоит высидеть целый нескончаемый урок, и сажусь у самого краешка, задумчиво уставившись на препода. Меня волновал один нескромный вопрос: что она ещё делает в этой школе? Как по мне, ей давно на пенсию пора! Неужели в таком возрасте ещё преподают? — мысленно подсчитывая, сколько ей может быть лет, я отвлеклась от главной моей проблемы, позабыв, что надо держаться начеку.

— Привет, Нутелла, — тихий шепот в экстремальной близости щекотал шею.

— Отвали, — шикнула я на Орловского, и тут же получила замечание.

— Кому непонятно, тишина в классе! Пчелкин, чего тебе? Минут пять руку тянешь, все не успокоишься! — строго спросила Иванка.

— Иванна Фёдоровна, я спросить хотел…

— Встать, когда с учителем разговариваешь! Смотри, расселся.

Денис Пчелкин подорвался со своего места и, как всегда, ляпнул то, что думал. То есть, наоборот, лучше бы он все-таки вначале думал, а потом рот открывал.

— Иванна Фёдоровна, я почему-то думал, Вы давно на пенсии, — выдал он как на духу.

Учительница осмотрела его с ног до головы и, подавшись вперед, произнесла:

— Дениска, ты чего вон пузо такое наел, а? Смотри, рубашка нараспашку, а ну, заправить! Что это за вид неподобающий?.. Во избежание дальнейших расспросов и нелепых догадок я все же отвечу на заданный вопрос. Узнав об этом очень-таки интересном проекте, я решила предложить свою кандидатуру и принять участие вместе с вами. Как ни крути, вы мои выпускники. Надеюсь, я удовлетворила ваше любопытство? — она в очередной раз посмотрела на нас, сжав свои губы — признак из далекого прошлого, что учительница недовольна.

— Господин Пчелкин, садитесь и не жужжите! Ну что, с чего начнем? Предлагаю вспомнить неподражаемого Булгакова…

Ну вот, понеслось! Иванна Фёдоровна, преподаватель литературы, однозначно симпатизировала Булгакову, я бы даже сказала, это была ее слабость, или скорее, мания. Нет, мне, конечно, очень нравится роман «Мастер и Маргарита», и я с большим удовольствием перечитывала не раз это произведение, и все же чувствует моя попа, что будет весело.

— Ну что, вспомним, что, собственно говоря, оставил нам в наследие Михаил? — она обвела нас своим цепким взглядом и спросила: — Может, есть желающие кратко пересказать сюжет романа?

Тишина стояла такая, что, казалось, время остановилось. Все прекрасно знали, что краткий пересказ закончится шквалом вопросов, с которыми можно не справиться.