Наталья Матвеева - Аквамарин

Через три часа мучений и боли, изможденные, но довольные Джонни и Лив стояли возле широкого зеркала в тату-салоне и смотрели на свои плечи в отражении, повернувшись спиной к спине: на их руках, тонкой, но крепкой и изящной ручке Лив и широком, мускулистом бицепсе Джонни красовалась та самая черная кобра, которую татуировщик перенес с картинки, закачанной с планшета на телефон Джонни.

— Это просто шикарно… — выдохнула Лив, глядя на свое плечо и напрягая мышцу, согнув руку в локте.

— Да… полный улет! — подтвердил Джонни с горящими глазами. Лив рассмеялась и облокотилась затылком на его широкую спину, а Джонни, сияя улыбкой, проговорил:

— Теперь мы настоящая команда, Оливка! Дай пять!

И они со смехом ударили по рукам. Татуировщик, мускулистый панк с жвачно-розовым ирокезом на гладко выбритой голове, сам весь покрытый рисунками, которые можно было разглядеть на его шее, руках, груди и спине благодаря черной майке, открывающей глазам его торс, ухмыльнулся, глядя на них, и проговорил:

— Вы типа… того, классная пара! Давно женаты?

Лив и Джонни с удивлением вытаращились на него и снова в голос расхохотались.

— Да ты что, парниша? — весело воскликнула Лив. — Мы не женаты! Просто живем вместе, и он ворует мою еду! — тыкнула Лив пальцем в Джонни, а тот перехватил ее за этот пальчик и с милой улыбкой проговорил:

— Ну перестань, малышка Лив, всего-то пару раз было… Я по доброй душе помогал тебе не лопнуть!

— Четыре раза, Джонни!

— И ты, приятель, думаешь, мы могли бы пожениться?? — с веселым удивлением развел руками Джонни и, подхватив Лив за руку, потащил к дверям, махнув ошарашено наблюдавшему за ними татуировщику:

— Пока, приятель, мы, может, еще как-нибудь зайдем!

И они вылетели из салона.

По просьбе Макса Джонни и Лив заехали к нему домой — в шикарный трехэтажный коттедж в Бронксе, и через полчаса Джонни уже выходил оттуда с небольшой спортивной сумкой через плечо. Лив увидела мощный забор под напряжением, охранные блокпосты, сигнализацию на дверях, мерцающую красным глазком в опускающихся на город сумерках, и невольно подумала, сколько же человек круглосуточно охраняют Макса и как он сумел улизнуть от своей охраны, чтобы пойти с ней на свидание?.. Свидание… От этой мысли сердце Лив судорожно забилось, а в груди что-то больно стянуло, как будто ее собственные жилы захотели вмиг задушить ее.

Джонни плюхнулся за руль черного внедорожника «Ниссан», в котором они с Лив сегодня передвигались, и вырулил на оживленную улицу, с любопытством поглядывая на Лив, которая ушла в свои мысли, угрюмо замолчав.

Когда «Ниссан» остановился у дома в Даун-Тауне, солнце уже почти село, окрашивая дома и деревья в ярко-красный цвет. Лив вдруг с ужасом подумала, что вот сейчас они зайдут, а Макс ушел и телефон будет недоступен…

Тихо переговариваясь, они вошли в квартиру и… Лив с облегчением услышала звуки какого-то фильма, раздававшиеся из гостиной. Видимо, она все-таки слишком громко вздохнула, потому что Джонни легко потрепал ее по светлым волосам и тепло улыбнулся:

— Я же говорил! Волноваться нечего.

Они прошли в гостиную. Макс развязно возлежал на мягком, уютном диване, подсунув под голову подушку и держа в руке планшет Лив, по которому явно шел какой-то крутой экшен, судя по парням, бегающим, стреляющим и взрывающим, сами не зная, что. Он все еще был в серой футболке и черных спортивных штанах Джонни, и Лив невольно смутилась, заметив свой взгляд на его потрясающих, мускулистых руках и прессе, выгодно подчеркнутом обтягивающей футболкой.

Макс оторвался от экрана и, сияюще улыбаясь, сразу посмотрел на Лив, окинув ее горящим синим взглядом, излучая силу, мужество и невероятную страсть.

— Белоснежка! Я уж боялся, что тебя посадили в тюрьму за убийство татуировщика, который случайно сделал тебе больно!

Лив ощутила себя в своей стихии и триумфально улыбнулась:

— Нет, он был очень мил, сказал, что мы с Джонни просто созданы друг для друга!

Макс перевел взгляд на Джонни, который с победной улыбкой уже усаживался на ковер рядом с ним и заглядывал в экран планшета. Чувствуя пронзительный взгляд на себе, он невозмутимо улыбнулся и игриво подмигнул, зная, что Лив просто решила пробудить в Максе ревность:

— Это правда. Что смотришь, приятель?

Макс пожал плечами.

— Да какую-то мелодраму… Очень похоже на вашу с белоснежкой жизнь… — с сарказмом проговорил он, действительно зевнув от скуки, глядя, как два популярных актера орудуют молотками, пытаясь в «честной борьбе» убить друг друга.

Лив с удовольствием плюхнулась рядом с Джонни, стягивая с себя розовую тунику и оставаясь в одной белой майке. Макс игриво прошелся откровенным взглядом по ее телу, буквально прожигая кожу девушки огнем, и остановился на татуировке… Затем удивленно посмотрел на плечо Джонни, который уже углубился в просмотр фильма и явно не замечал, что творится вокруг. И захохотал. Лив и Джонни одинаково удивленно посмотрели на него.

— Вы что… сделали ОДИНАКОВЫЕ татуировки?? — изумленно спросил он.

Джонни пожал плечами и обыденным голосом сказал:

— Ну да. Мы же друзья.

Макс как-то странно ухмыльнулся и посмотрел на Лив, которая старалась сохранить хладнокровие, но в душе просто плясала и танцевала от счастья: он так смотрит! Он таким голосом это спросил! Неужели… ревнует?..

Робкая мысль заставила Лив покраснеть, и она придвинула к себе поближе планшет и недовольно проговорила:

— Джонни, обезьяна, я тоже посмотреть хочу! Тебя что, делиться не учили?

— Нет. — вдруг жестко сказал Макс, вставая с дивана и протягивая ей руку. — Ты не будешь смотреть.

Лив вытаращила глаза от такой неслыханной дерзости и посмотрела на Макса, сияющего уверенностью, силой и мужским превосходством.

— Франкенштейн, тебе что, жить надоело??? — гневно процедила она, а Джонни зашикал на нее:

— Оливка, тише ты, я же смотрю! Тут как раз Брайан собирается навалять тому придурку из ФБР…

Лив проигнорировала это, в прочем, как и всегда, не сводя злобных глаз с Макса. Тот вдруг обаятельно улыбнулся и проговорил:

— Ты должна мне свидание. Помнишь? Ну! Вставай!

Лив медленно покачала головой и, облокотившись о диван спиной, немного съехала вниз по ковру, схватив свою розовую тунику и накинув ее себе на лицо.

— Опять ты за свое, приставала? Не пойду я с тобой ни на какое свидание, еще чего не хватало, ты уже совсем…

Она не договорила. Две сильные руки легко подхватили ее, как пушинку, и Лив в два счета была закинута на широкое плечо Макса, чувствуя, как он несет ее в свою, то есть в спальню Джонни.