Гарольд Роббинс - Куда уходит любовь

– Чего ты боишься? – с вызовом посмотрела она на него. – Мать никогда не узнает.

Он смотрел ей прямо в глаза, когда она поднесла его руки к своим грудям.

– Тебе будет больно, – прошептал он.

– Я знаю. Но только в первый раз.

Казалось, он был не в состоянии пошевелиться.

– Ты еще хуже своей матери!

Засмеявшись, она внезапно запустила обе руки под одеяло.

– Не будь дураком, Рик. Я не ребенок уже, и знаю, что ты любишь меня. Я видела, как ты на меня смотрел.

– Я так смотрю на многих девушек. Ее пальцы нежно ласкали его.

– Дани, – голос мисс Дженингс ворвался в ее воспоминания. – Дани.

Она повернулась к психологу.

– Да, мисс Дженингс.

Седоволосая женщина улыбнулась.

– Ты где-то далеко отсюда. О чем ты думала?

Дани почувствовала, как краска заливает ей лицо.

– Я… думала, как хорошо было бы оказаться на свободе.

Психолог внимательно посмотрела на нее. У Дани появилось ощущение, что каким-то образом психолог догадалась, о чем она сейчас думала, и покраснела еще больше.

– Вы бы тоже так считали, если бы вам пришлось сидеть тут все время!

Салли Дженингс кивнула.

– Могу себе представить, – задумчиво сказала она. – Но я не должна тут сидеть. И ты тоже.

– Я не должна быть тут так долго! Только до следующей недели. А потом я вернусь домой.

– Ты в самом деле веришь в это, Дани?

Дани уставилась на нее. В первый раз ее стали одолевать сомнения.

– Так мне все говорили.

– Кто? – Голос у мисс Дженингс был спокоен и мягок. – Твои родители?

Дани не ответила.

– Вижу, что ты не обратила особого внимания на то, что говорил судья Мэрфи. Это не зависит от твоих родителей. Решать твою судьбу будет только судья. Он может и оставить тебя здесь, и послать в Перкинс для наблюдений, а так же отправить домой. Только ему решать, что лучше для тебя.

– Он не может вечно держать меня здесь, – возразила Дани.

– Почему ты так считаешь, Дани? – спросила мисс Дженингс. – Разве причина, по которой тебя доставили сюда, не достаточна, чтобы и дальше держать тебя здесь?

Дани уставилась в пол.

– Я не это имела в виду, – мрачно сказала она.

– Откровенно говоря, ты считаешь, что сможешь убедить судью Мэрфи отпустить тебя домой. Все, кто попадают сюда, говорят то же самое. – Мисс Дженингс потянулась за сигаретой. – Ты должна доказать ему своим поведением, что, если он отпустит тебя домой, ты больше не будешь причинять никаких хлопот.

Она пошелестела бумагами на столе.

– Я только что закончила досье на девочку, которая уже несколько раз была здесь. На этот раз судья поступил с ней довольно решительно. Она не доказала, что ей можно доверять. – Она посмотрела на Дани. – Думаю, ты знаешь ее. Она была в соседней с тобой комнате.

– Вы имеете в виду Сильвию?

Мисс Дженингс кивнула.

– За что? – спросила Дани. – Она же такая хорошая девочка.

– Может быть, для тебя она и в самом деле такая. Но она вечно попадает в неприятности.

– Ее единственная неприятность в том, что мальчишки сходят от нее с ума.

– Это лишь одна из ее неприятностей, – улыбнулась мисс Дженингс. – Сильвия неразборчива в связях. Она тут в третий раз. Каждый раз ее находят с другим мальчиком и каждый раз выясняется, что она подбивает ребят угнать машину, чтобы покататься. Она беззаботно относится не только к своему моральному облику, но и оказывает плохое влияние на всех, с кем сближается.

– И что с ней сделают?

– Скорее всего, ее направят в исправительное заведение, пока ей не исполнится восемнадцать лет.

Дани промолчала.

– Я пыталась помочь ей. Но она не дала мне такой возможности. Она уверена, что все знает сама. Но ведь это не так, не правда ли?

– Думаю, что нет, – призналась Дани.

Сдвинув в сторону стопку бумаг, мисс Дженингс положила перед собой другую стопку, расположив их так, что Дани могла видеть текст.

– Я получила отчет от мисс Спейзер, – сказала она, нажимая коленом вмонтированную в ножку стола кнопку включения магнитофона. – Сегодня она побывала в школе мисс Рандольф, а затем побеседовала с твоей матерью.

– Да? – вежливо поинтересовалась Дани.

– И учителя, и твои одноклассники проявляют большое участие к твоей судьбе. Они говорят, что у тебя со всеми хорошие отношения.

– Очень мило.

– Твоя мать была очень удивлена, узнав, что у тебя были сексуальные отношения с мистером Риччио.

Дани поперхнулась от возмущения.

– Кто это сказал?

– Но это правда, не так ли?

– Это неправда! – возразила Дани. – Кто бы это ни сказал, он лжец!

– Тогда что нам делать вот с этим? – Мисс Дженингс вынула из ящика стола плоский металлический футляр. – Это было найдено в твоем столе под фотографиями.

Дани подняла на нее глаза.

– Это все Виолетта! – сердито выпалила она. – Она знала, где я держу ключ.

– Кто такая Виолетта?

– Горничная моей матери. Она вечно все вынюхивает и шпионит за мной!

– Ты не ответила на мой вопрос, Дани, – резко прервала ее мисс Дженингс. – Если это не мистер Риччио, так кто же тогда?

– Почему вообще кто-то должен быть? – возразила Дани. – Только потому, что у меня нашли эти штучки?

– Ты кое о чем забываешь, Дани. Когда ты прибыла сюда, тебя обследовал врач. – Она взяла очередной лист бумаги. – Хочешь, чтобы я прочитала тебе ее заключение?

– Не стоит, – насупилась Дани. – Это могло случиться и от верховой езды.

– Тебе лучше знать. Это одна из самых старых отговорок. – Она наклонилась вперед. – Я всего лишь пытаюсь помочь тебе, Дани. Я не хочу, чтобы судья отсылал тебя, как Сильвию.

Дани молча смотрела на нее.

– Расскажи мне, что произошло? Он изнасиловал тебя? – Она серьезно смотрела на Дани. – В таком случае, расскажи мне все. Это поможет судье понять причины твоего поступка. И он учтет их, когда будет выносить решение.

Несколько мгновений Дани колебалась, глядя в глаза психолога.

– Да, – наконец призналась она тихим голосом. – Он изнасиловал меня.

Салли Дженингс, не отвечая, внимательно смотрела на нее.

– Ну? – спросила Дани. – Разве это не те слова, что вы хотели от меня услышать?

Психолог откинулась на спинку стула, не в силах скрыть раздражение на лице.

– Нет, Дани. Я хотела, чтобы ты мне рассказала правду. Но ты скрываешь ее. Ты врешь. – Она снова нажала кнопку, на этот раз остановив запись. – И если ты врешь мне, я не могу помочь тебе.

Дани опустила глаза.

– Я не хочу говорить об этом, мисс Дженингс. Я даже не хочу вспоминать ни о чем, что было раньше. Я просто хочу все это забыть.

– Так легко не получится, Дани. Единственный путь избавиться от того, что тебя мучает, это откровенно выложить все и прямо посмотреть в лицо действительности. И тогда ты поймешь, и почему ты так поступила, и что нужно делать, чтобы это никогда больше не случилось в твоей жизни.