Лишняя в этом доме (СИ) - Екатерина Юдина

Да, имелись неприятные моменты, но есть те у кого жизни намного хуже. Поэтому мне не на что жаловаться.

Я сказала об этом, так как понимала, что рассказывая про свое прошлое я могу выглядеть так, словно жалуюсь, а мне этого не хотелось.

После этого я рассказала Алане все. Начиная с первых лет в жизни в доме Диланов. О том, как стало известно, что я им не родная дочь и после того, как была найдена Алес, меня отправили в детдом. Про то, что там происходило со мной, я умолчала. Рассказала про то, как Диланы забрали меня обратно к себе, но прежней семьи уже не было.

Я рассказала про Брендона. Про то, как влюбилась в него и в этот момент сама себе казалось глупой, ведь как я вообще могла испытывать чувства к такому, как он? К счастью, их больше не было. Для меня Брендон стал пустым местом.

Упуская подробности, я рассказала о том, как мы начали встречаться и о том, как другие братья приковали меня к Раселу. То, что Брендон снял с него наручник, после чего мы вместе провели гон.

Этот момент у меня вызывал пустоту. Да и рассказывать про наш гон было нелепо и неловко, из-за чего я уделила ему лишь пару слов, после чего сказала, что мы с Брендоном поругались и наши пути разошлись.

— Из-за чего поругались? — спросила Алана. По мере моего рассказа, она время от времени задавала вопросы.

— Просто, как оказалось, у нас было разное видение наших отношений.

— Какими они были у тебя и какими у него?

— Это долго объяснять, но поругались мы сильно. Настолько, что я больше не хочу видеть этого человека в своей жизни.

Пока Алана не задала нового вопроса касательно Брендона, я продолжила. Рассказала о том, как попала в больницу. Про то, что там мистер Ардер снял с меня наручник и, поскольку это сделали прямо в срочном порядке, я уже с самого начала поняла, что меня, скорее всего отправят прочь из дома Диланов. Наручники являлись секретной разработкой и вместе с ними меня прогнать не могли.

Я рассказала про Айрис и про ее слова, а потом про Расела и про то, что он помог мне, но из-за этого на ближайшие пять лет мы женаты.

— Потом я оказалась в том городе, где жила Норма. Про остальное ты уже знаешь, — на этих словах я закончила свой рассказ.

Некоторое время Алана молчала. Смотрела на меня.

— Я могла бы сказать, что рада тому, что ты пришла ко мне, но простым словом «рада», я свое состояние не опишу.

***

В этот день мы с Аланой очень долго разговаривали. Так, словно сразу пытались наверстать все восемнадцать лет, которые провели порознь.

Изначально я боялась, что мы можем не найти общий язык, но в итоге оказалось, что с ней мне настолько комфортно, как ни с кем другим. Рядом с Аланой было тепло и уютно. Несмотря на ее сдержанность, я будто бы с первых мгновений понимала ее и так же видела, что она понимала для меня.

Нечто такое для меня являлось волшебством. Чудом, которого просто не могло существовать в этом мире.

Я провела восемнадцать лет в доме Диланов, но лишь за пару часов рядом с Аланой, поняла, что такое семья.

Ближе к вечеру она захотела посмотреть на место, где я живу.

Я понимала, что она привыкла к другим масштабам жилья, но я своей небольшой съемной квартиры совершенно не стыдилась. Тем более, мы с Хизер своими руками там создали уют.

Поскольку я не сказала Хизер о том, что собиралась встретиться с мамой, она, увидев Алану на пороге нашей квартиры, широко раскрыла глаза и чуть не упустила чашку, которую держала в руках.

— А… Здравствуйте, — растерянно и взволнованно сказала Хизер, но Алана мягкой улыбкой и ответным приветствием мгновенно смягчила обстановку.

Оказалось, что Алана могла быть и такой, но явно не для всех.

Хизер быстро накрыла на стол и порезала пирог, который сегодня испекла. Я заметила, что Алана не любила сладкое. Причем категорично. К тому пирожному, которое нам подали в ресторане, как подарок от заведения, она даже не прикоснулась. Когда подали напиток и оказалось, что в нем уже был сахар, она его просто отодвинула, больше не сделав ни глотка.

Но кусок сладкого пирога, который ей подала Хизер, Алана полностью съела и поблагодарила за него.

Наверное, я на всю жизнь запомню то, как Алана поклонилась перед Хизер и сказала:

— Я благодарна вам за то, что вы присматривали за моей дочерью. За это я обязательно отплачу.

— Что вы, не нужно, — Хизер растерялась. — Я не сделала ничего такого.

Ближе к ночи, когда меня начало клонить в сон, Алана посмотрела на меня и ладонью провела по волосам:

— Тебе нужно идти спать.

— Я еще хочу побыть рядом с тобой, — сонно ответила.

— Не пренебрегай отдыхом. В твоем положении этого делать нельзя. Но я хочу, чтобы ты переехала в мой дом.

Я тут же отрицательно качнула головой.

— Я не собираюсь садиться тебе на шею, — ответила. — Я уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно обеспечивать себя жильем.

— Не называй это «садиться на шею». Ты мой ребенок. И раз я раньше не могла обеспечить тебя всем, хочу сделать это хотя бы сейчас. Я буду рада, если ты и Хизер переедете в мой особняк.

Я все равно отрицательно качнула головой.

— У меня все есть. Единственное, что я хочу получить от тебя это общение и буду счастлива, если ты мне его дашь.

Поскольку я уже практически засыпала, Алана опять погладила меня по голове, а потом отправила спать. Я не смогла сдержать улыбку. В этот момент почувствовала себя ребенком.

***

На следующий день я рано утром поехала в студию.

После встречи с Аланой у меня было превосходное настроение и мне казалось, что мир вовсе заиграл новыми красками.

Омрачило все лишь понимание того, что перед ее уходом мы не обменялись номерами телефонов. И как мне теперь с ней встретиться? Никак. Только, если она первой захочет встречи.

А захочет ли?

Думая об этом, я хмурилась. Дурацкая привычка думать, что я никому не нужна. И меня это уже давно перестало волновать, но Алане все же удалось пробраться под мою броню.

Но, когда я выезжала из дома, заметила, что за такси, в котором я ехала, направлялся джип. Учитывая то, что он сопровождал меня аж до студии и потом вовсе