(Не)учебный роман - Юлия Бонд

месте. Так случилось, что после знакомства с Ним я очень много плакала. Плакала настолько много, что, казалось, исчерпаю лимит слёз на десять лет вперёд. Подушка была мокрой каждую ночь. Точнее не каждую, а те ночи, когда оставалась одна. Лишь рядом с Тимом я могла спокойно спать глубоким сном, не просыпаясь, не утопая в своей боли. Он был моим лекарством, не иначе. Забирал все горечи, когда голова касалась его груди, а кожу согревало тепло его тела.

— Как ты вошёл в дом? — Встрепенулась и даже с кровати подскочила, усаживаясь рядом.

В доме я была одна до прихода Тимура и получается, что никто бы другой ему просто не открыл двери, если бы не…

— Ключи. — Тим достал из кармана джинсов связку металла и немного потряс её в воздухе. — Мама дала ключи ещё несколько месяцев назад.

Я удивлённо уставилась перед собой. Мама?

— Твоя мама дала, — Тимур внёс в ясность в смазанную картину, едва не повергая меня в шок.

Когда они стали такими близкими с моей матерью? Когда я всё успела пропустить?

— Вернуть? — Мужской голос заставил оторваться от размышлений.

— Нет, — ответила я, не раздумывая. — Пусть будут у тебя на всякий случай.

— Не нравится мне твое настроение. Так, хватит. Вставай с кровати и одевайся, — Тимур потянул меня за руку и отвел к шкафу. Затем открыл его створки и начал перебирать одежду, покоящуюся на полках.

Мне только оставалось молчаливо наблюдать за происходящим. Энтузиазм, с которым Вольский рассматривал содержимое моего шкафа, заряжал оптимизмом. Жизнь продолжалась. Рядом был замечательный человек, которому не безразлична моя судьба. И, как хорошо, что я все-таки согласилась дать еще один шанс нашим отношениям, иначе бы… О другом варианте я даже думать не смела. Понимала, что без Вольского было бы в разы хуже. С катушек слетела, как минимум.

Через несколько минут мне пришлось одеться под строгим контролем Тимура. Обычные тёмные джинсы и черная майка. Волосы по привычке завязала в хвост. На ноги надела любимые кроссовки. Перед зеркалом стояла, пытаясь привести в порядок лицо. Круги под глазами так и не поддавались волшебству моей косметики. Тщетно. Всё было бесполезно.

Тим подошёл сзади. Обвил талию кольцом своих рук и уткнулся лицом в шею:

— Давай лучше без макияжа? Я люблю тебя любой, — прошептал прямо возле уха, а затем поцеловал в щеку.

Обернулась. Голову вверх подняла, устремляя взгляд на его губы. На цыпочки даже встала, чтобы прикоснуться к ним. Его рука легла на мой затылок, а вторая — опустилась чуть ниже талии.

— Спасибо тебе, Тимур, за все. Спасибо, что денег дал на операцию Анечки. Он согласился их взять только после того, как Артём подключил благотворительный фонд, и вся сумма прошла по документам. Спасибо, что со мной рядом, зная обо всем. Знаешь, мне кажется, что ты какой-то просто нереальный. Ты словно с другого измерения. Откуда в тебе столько благородства? — Слова лились из меня настоящим потоком.

— Лесь, хватит, правда. Мне неловко уже. Давай мы поставим точку в этой истории? Я не настолько благородный, как ты считаешь. Просто ощущаю себя отчасти виноватым. Сама понимаешь, я разрушил его семью. Надеюсь, что девочке сделают операцию и она выздоровеет. — Тим слегка вперед поддался, прижимаясь лбом к моему лбу. — Помнишь, о чем мы говорили?

В ответ кивнула. Помню. Конечно же, я все помню. Я сдержу свое слово.

— Помню, Тим. Я обещаю, что забуду о нем, что никогда не сделаю тебе больно. Дай мне еще немного времени, хорошо? — Его губы коснулись моих. На душе даже легче стало, что ли.

Тупая боль отступила на какое-то время, пока Тимур был рядом. Я, кажется, шла на поправку, вот только инфекция не хотела покидать мое сердце. Я все еще любила другого…

Тот день мы провели вместе. Сначала был картинг. Катались долго, выжимая из этих машинок с двумя педалями максимум. Заботы отошли на второй план. Забыла, обо всем на свете забыла, когда рассекала по крытой трассе, обгоняя и подрезая Вольского. Даже один раз на таран пошла, за что, несомненно, получила по первое число после окончания гонки. Эмоции хлестали через край. Безудержная радость заполнила всю изнутри. Я была счастлива, пусть и на короткий миг.

— Я люблю тебя, — кричал Тимур во все горло, кружа меня на руках, когда мы сняли шлемы и встретились прямо посреди трека.

— Сумасшедшие, уйдите с трассы! — Разносились голоса со всех сторон, но мы не реагировали. Точно были сумасшедшими, как и называли. Иначе, зачем целовались, когда вокруг нас, не сбавляя скорости, гоняли карты.

А потом Тим привез меня в одно безлюдное место. Заброшенный завод на окраине города. Пусто было, ни единой человеческой души, лишь кричащие птицы где-то вдали разбавляли окружающую тишину. Так и уставилась перед собой, когда Тимур достал из автомобиля пистолет, а затем стал показывать, как его заряжать.

— Настоящий? — Не веря спросила я, держа в руках холодный металл.

— Beretta — итальянский самозарядный пистолет, — Тим подошел сзади, обнимая за талию. — Видишь ту железную банку? Она находиться в метрах пятнадцати от нас, попадешь?

— Ты сейчас шутишь? — Голос предательски дрогнул. Я буду стрелять?

— Нет. Давай, малыш. Я верю в тебя, — Я еще несколько раз переспросила, уверен ли в своем решении Тимур, но он только улыбался, отвечая: «Уверен, как никогда».

Труднее всего сделать первый выстрел. Снять с предохранителя, а затем нажать на курок. Я долго не могла решиться. Так и застыла на месте, держа пальцы правой руки на спуске, а левой — удерживая специальную рукоятку ствола. Сделала глубокий вдох и… Прогремел выстрел, разносящейся эхом на заброшенном заводе. В банку я так и не попала. Пришлось разрядить целый магазин, прежде, чем достигнуть цель.

Так и визжала от дикого восторга, когда банка отскочила далеко в сторону:

— Тимур, ты видел? Я попала!

— Видел, видел. Только ствол убери, девочка моя, — Тим с нескрываемой тревогой посмотрел на направленное в него дуло пистолета.

— Прости, пожалуйста, — пистолет отдала. Тимур сразу же его разрядил, а затем положил его обратно в бардачок автомобиля.

Эмоции переполняли до краев. Адреналин выбросился в кровь