Вопрос времени. Часть 2 - Мэри Калмз

ссору, которая произошла, когда он видел меня в последний раз.

– Что еще?

– Больше ничего, он просто извинился. Это было мило с его стороны.

Он кивнул.

– Я не хочу, чтобы он был рядом, Джори.

– Он и не будет.

– Он не хотел тебя видеть?

– Я сказал ему, что вернусь на работу на следующей неделе и что он может позвонить мне тогда.

– И он просто позволил тебе отшить его?

– Я не отшивал его. Я просто сказал ему, что мы можем поговорить на следующей неделе.

Он улыбнулся и прижал меня к себе, прижав к своей груди, положив руки мне на спину. Я обхватил его за шею, крепко прижимаясь к нему. Его теплая кожа казалась мне раем.

– Приятно, что он беспокоился о тебе, Джи, но, повторяю, я не хочу, чтобы этот человек был рядом, – сказал он, скользнув пальцами по моей шее в волосы.

– Я знаю, не волнуйся.

– Ты принадлежишь мне, и я скажу, когда и если он сможет тебя видеть.

Я плотнее прижался к нему.

– Я должен ненавидеть это, но я не ненавижу.

– Что ненавидеть?

– То, что ты говоришь мне, что делать.

– Как будто меня, блядь, волнует, что тебе нравится или не нравится.

Он был восхитителен.

– Не ругайся.

Тыльная сторона его пальцев скользнула под мой подбородок, и когда он поднял его, его рот оказался на моем. Он лениво целовал меня, его язык переплетался с моим, и я был доволен тем, что не двигаюсь и не позволяю ему.

– Эй, подожди.

Я не смог подавить смешок, когда мне передали смазку.

– Ты серьезно пугаешь.

– Ты слишком много говоришь - поднимись, – сказал он, одной рукой спуская джинсы и трусы до колен, а другой забирая у меня смазку.

– Разве тебе не нужно возвращаться на работу?

– После.

Когда я склонился над ним, я увидел, как его голова втянулась в плечи, как сжалась его грудь и как легкая дрожь пробежала по его телу. Я чувствовал себя властным, зная, что все это произошло по моей вине. Его реакция на меня была искренней. Он не мог подделать ее.

– Я тебе нравлюсь, – я улыбнулся, глядя в его закрытые глаза, наблюдая, как он сблизывает губы, слыша его дрожащее дыхание. – Тебе нравится делать это со мной.

Его рука пробежала по моему животу к члену; пальцы, поглаживающие меня, были невероятно приятны.

– Моя прекрасная детка, – мягко сказал он. – Мне нравится быть внутри тебя.

– Мне это тоже нравится.

– Ты никогда не покинешь меня.

В его словах было что-то твердое и успокаивающее, потому что я был склонен испытывать пределы своих возможностей, а он говорил мне, что какие бы драмы и трюки ни происходили на его пути, он выдержит. Он был сильным, я его не измотаю. Я не мог заставить его перестать любить меня, как это делали все остальные до меня.

– Поцелуй меня.

И когда я сделал это, когда я накрыл его рот своим, целуя его крепко и глубоко, я услышал вздох удовлетворения, вырвавшийся из его нутра.

– Боже, я люблю тебя, – простонал он.

Я сказал ему, что это чувство взаимно.

****

Через полчаса, после того как я привел его в порядок и переодел в рубашку на пуговицах с длинными рукавами поверх футболки, я проводил его обратно к крыльцу. Я получил от него крепкий поцелуй, от которого у меня перехватило дыхание, и махал рукой, как сумасшедший, когда он сел в машину. Я услышал стрекот сигнализации, а затем внедорожник взорвался.

Это было так быстро. В одну секунду он был на месте, а в следующую исчез - пламя превратилось в огненный шар, который пронесся над следующей машиной, умирая в снегу за ней. Я слышал лай собак и звуки всех автомобильных сигнализаций на улице, пока бежал босиком через лужайку к тротуару и на улицу. Сердце колотилось в ушах, я чувствовал, как задыхаюсь, а в сердце словно вонзили нож. Пахло горелой резиной, сам грузовик превратился в обугленный, искореженный кусок металла. Сэм лежал на спине на улице, и я опустился на колени рядом с ним. Я положил голову ему на грудь, но ничего не услышал.

Я трогал его везде и сразу, проверяя, нет ли признаков жизни.

Это было нереально, и я все время оглядывался по сторонам в поисках чего-нибудь, на что можно было бы указать и понять, что я сплю. У меня на коже были синяки, которые он поставил всего полчаса назад, мои губы все еще были нежными от его поцелуев, а теперь у него едва прощупывался пульс, когда он лежал без сознания и истекал кровью на улице. Я порылся в его пиджаке, но когда нашел его мобильный телефон, он был разбит, а дисплей - черным. Я начал кричать, прося кого-нибудь позвонить 911. Я должен был бежать обратно в дом, должен был оставить его и позвать на помощь, но я не мог. Я не мог оставить его. Я мог только сидеть там.

Часть 6

Сэм все изменил и не поставил меня в известность. Поэтому, когда они пришли сказать мне, что у него внутреннее кровотечение и что они собираются оперировать, им действительно нужно было мое разрешение. Они что-то делали - МРТ, КТ, буквы, в которых я ничего не понимал, но это что-то значило, - и все равно они не могли знать, насколько сильные повреждения были нанесены, пока не вскроют его. Им нужно было мое разрешение, чтобы вскрыть его. Я хотел, чтобы кто-то другой решал, что делать, но был только я. Я должен был заполнить формуляры и поставить подпись под строкой со словом согласие. Я поговорил с его родителями, капитаном и напарником, и все это было для меня слишком, пока не появился Дейн. Он умел справляться с безумием, так что он посидел со мной и немного успокоил.

Регина Кейдж сидела по одну сторону от меня, Аджа - по другую, а Дейн ходил вместе с отцом Сэма и Майклом. Вскоре зал ожидания был полон, а новостей все не было. Оставалось только ждать и надеяться, и это постепенно сводило меня с ума. Дейн вернулся в мою квартиру с полицейским