Мерил Сойер - Незабываемая

Глядя на детей, Грег чувствовал, как его постепенно покидает ярость. Коди так много дал своим сыновьям, что...

— Я понимаю, что такое соблазн. Но жена родного брата!.. Чем я перед тобой провинился?

— Абсолютно ничем. Ты был самым лучшим братом на свете. Мне бы очень хотелось оправдаться перед тобой, Грег, да нечем... — Коди отвернулся и откашлялся. — Может быть, тебя утешит, если ты узнаешь, что это случилось один-единственный раз. Вечером перед аварией я сказал Джессике, что совершил ужасную ошибку и не собираюсь ее повторять.

— Думаешь, мне от этого легче?

— Прости, Грег. Мне меньше всего хотелось причинить боль Саре или тебе. Честное слово, я сам не знаю, почему это сделал! — В голосе Коди звучало отчаяние, ему нельзя было не поверить. — Прошлое не изменить. Но одно могу сказать: я искренне раскаиваюсь.

Никакое, даже самое искреннее раскаяние не могло удовлетворить Грега. Но он помнил, что в былые времена они с Коди были больше чем просто братьями. Они были закадычными друзьями и дарили друг другу то, чего оказались лишены после гибели родителей, — любовь. И за это он готов был простить Коди все. Ошибки ошибками, но Грег чувствовал, что не может больше существовать без семьи. Он положил руку брату на плечо.

— Давай забудем прошлое.

Коди глядел на возвращающихся сыновей. Казалось, что он хочет что-то сказать, но не решается.

— Ты помнишь, что, когда произошла авария, за рулем была Джессика?

Разве он мог это забыть? Перед мысленным взором Грега то и дело появлялось ее прекрасное, но безжизненное тело. Коди выбросило из машины, потому он и остался в живых.

— Так вот, она намеренно направила машину под откос. Сказала, что не хочет больше жить, и нажала на газ.

У Грега перехватило дыхание. Он силился осознать услышанное — и не мог. Грег всегда считал, что его жена погибла в обыкновенной аварии. Однажды она пыталась покончить с собой, но ему и в голову не приходило, что наконец ей это удалось и что заодно она хотела угробить его брата.

Боже, он чуть не лишился Коди и знать ничего не знал! Смерть Джессики стала для него сокрушительным ударом, но если бы он потерял еще и Коди... Что бы тогда стало с ним самим?

— Джессика была совершенно безнадежна, — тихо сказал Коди. — Ты все равно не смог бы ее спасти.

Грег чувствовал в груди незнакомую тяжесть и долго не мог прийти в себя.

— Не знаю, что бы я делал, если бы ты погиб... Коди обнял его. Грег тоже обхватил брата руками и прижал к себе что было силы, чувствуя, что эти объятия излечивают его от злобы и от прошлого, которое он не мог изменить.

— Теперь все? — спросил Коди.

— Все. — Грегу хотелось рассказать ему о шрамах у Лаки на ступнях, о собственных ощущениях в тот день, когда они выпустили на свободу исцеленного Руди, но он боялся, что не выдержит, если начнет рассказывать. — Спасибо тебе. За то, что было в детстве... и теперь.

— Сделайте с Максом еще один круг, — сказал Коди сыновьям и обернулся к Грегу. — Если уж мы говорим начистоту... Меня беспокоит Лаки. По-моему, она такая же, как Джессика...

— Нет, Коди, она совсем другая. Лаки сейчас в растерянности, потому что не знает, кто она такая. Все-таки у нее необычное состояние...

— Так-то оно так, но тебе все-таки надо приготовиться к неприятностям. Вдруг она замешана в преступлении? В серьезном преступлении? Я не хочу, чтобы еще одна женщина встала между нами.

22

Коди смотрел через заставленный едой стол на Лаки, кормившую Молли с ложечки яблочным пюре. Он молил небо, чтобы Грег не сломался, когда узнает правду о ней.

Лаки и Сара приготовили роскошное пиршество. Было ясно, что они становятся настоящими подругами. Что и говорить, Лаки умела втираться в доверие. А ведь если выяснится, что она — девчонка Трейлера или того хуже, то обязанность посадить ее за решетку ляжет на него, Коди. Посадить и уведомить об этом Грега и Сару...

— В среду вечером, пока мы с Лаки будем на репетиции хора, вы с Грегом можете свозить детей в пиццерию, — сказала ему Сара.

— Обязательно.

Коди покосился на брата. За едой Грег помалкивал. Коди подозревал, что он потрясен известием о том, как на самом деле погибла его жена.

— Грег научил меня водить его машину, — сообщила Лаки. — Теперь я смогу ездить на репетиции самостоятельно.

— Научил за один урок? Поразительно! — усмехнулся Коди.

Сара упрекнула мужа взглядом за подозрительность, но тот остался при своем мнении. Несомненно, они имеют дело с бессовестной лгуньей: никто еще не овладевал вождением за один урок.

— Я не говорила, что совсем не умею водить машину. Просто я не знала, как переключать передачу, — беззаботно пояснила Лаки.

Коди отдавал ей должное: она не стеснялась смотреть ему в глаза. Оба не скрывали неприязни друг к другу.

Внезапно Грег вскочил, опрокинув стул, и посмотрел на Лаки так, словно она его укусила.

— В чем дело? — Коди поднял его стул.

— Поехали. — Грег поманил брата за собой. — Встретимся на матче, — сказал он женщинам.

— А десерт? — возмутилась Сара. — Я сделала хаупию — кокосовый пудинг, твое любимое блюдо!

— Спасибо, мы съедим свои порции позже, — бросил Грег через плечо.

— Что случилось? — спросил Коди уже за дверью. Грег, не отвечая, устремился к машине, и Коди ничего не оставалось, как броситься за ним. Рядом бежал Доджер. Они поспешно сели в машину. Грег так лихо сорвался с места, что Коди захлопнул свою дверцу уже на ходу.

— Да что происходит?! -Окрикнул он.

— Страдающие синдромом Хойта — Мелленберга помнят все, что специально изучали. Скажем, иностранные языки. Действия, совершавшиеся много раз, не забываются. Как, например...

— Слова «Благодати Господней»? — подсказал Коди.

— Совершенно верно. Лаки владеет Интернетом лучше самого Билла Гейтса. Наверняка она входила в сеть сотни, тысячи раз. — Грег резко затормозил, чтобы не раздавить мангуста, перебегавшего грунтовую дорогу. — Она умеет водить машину. Не особенно хорошо, но умеет.

Коди никак не мог понять, куда он клонит, почему несется в сторону Кихеи, прервав обед, который начался так хорошо. Ясно было одно: Грег, плененный этой женщиной, верил каждому ее слову. А ведь ее состояние — большая редкость, даже специалисты расходятся в диагнозе... Лично у него амнезия Лаки вызывала сомнения.

— Где теперь стоянка задержанных машин? Все еще за бензоколонкой Хохо? — спросил Грег.

— Где ж ей еще быть? Мы едем туда?

— У машины, в которой ехала Лаки, была самая обычная коробка передач. Я отлично это помню: когда я ее вытаскивал, у нее зацепилась за рычаг юбка. Она не могла вести такую машину сама: не умеет!