Виктория Лошкарёва - Убей меня, если симожешь...

— А её мобильник в милиции, — протянул Роберт.

Кое-что заставило меня встрепенуться.

— Ольга, вы случайно не знаете, на кого была оформлена симка, которой пользовалась твоя подружка?

— Сим — карта? — девушка с удивлением посмотрела на меня. — А это важно?

— Может быть, если её номер оформлен на компанию. — Раньше такое в Картрене практиковали, но как обстояло дело сейчас, я не знала.

Расспрашивать девушку далее, по мне, было пустой идеей. Она вряд ли бы сказала что-то новое, а вот наши вопросы точно бы запомнила. При желании и некотором умении даже из наших вопросов искусники могли извлечь информацию. А я не желала, чтобы Ольга попала к кому — нибудь из таких спецов.

Не знаю, о чем подумал Роберт, но, едва заметно кивнув охраннику, он поблагодарил девушку за беседу.

— Проще попросить Шимова, чем надёжного и неподкупного милицейского друга? — съерничал Роберт, когда мы вышли в коридор.

— Ага, — кивнула я, старательно улыбаясь. Не стоило спрашивать у Ольги про симку. Вряд ли бы Раиса стала пользоваться номером компании в случаях, относящихся к игре. Девушка ведь должна была понимать, что номер, фактически принадлежащий и оплачиваемый компанией, может этой самой компанией и просматриваться. Или оно попросту об этом забыла?

— Расцепи зубы, милая, — похлопав меня по щеке, усмехнулся Кауфман. — Или поговорка «лучше горькая правда, чем сладкая ложь» не относится к твоим любимым?

— Можно посмотреть комнату Раисы?

— Ну, уж раз зашли…Хотя вряд ли мы найдём что — нибудь интересное. Если верить соседке, здесь прошло как минимум два стада: милицейское и шумовское, а сколько их ещё могло втихаря побывать в квартире, пока Оленька подаёт пиццу на работе.

Я схватила Роберта за руку.

— Скажи ещё, она работает в Доме пиццы.

Кауфман покачал головой.

— Так и знал, что не поверишь. А как ты думаешь Лядова сумела изобразить этот дурацкий маскарад в пиццерии?

…думала, подкупила персонал заведения.

Роберт закатил глаза.

— И это девица провела Шимова… Ладно, пошли взглянем на комнату шимовско-картреновской секретарши.

Вторая комната, чуть меньшая по размеру, сильно напоминала комнату Ольги, если бы не огромное количество одежды, разбросанной, где придётся.

— Это что, последствие ментовского обыска? — присвистнул Роберт, подцепив пальцем тонкую красную кофточку.

— Скорее полное отсутствие шкафов. Новостройки редко сдают с мебелью.

— Если хотелось сэкономить, может не стоило покупать столько шмотья, — поморщился Роберт, нечаянно наступив на рукав светлого шерстяного свитера, низко свисавшего с кресла.

— Вы с Марса, вам не понять.

Не врут люди про немецкую аккуратность, — подумала я, с весельем представив себе реакцию Роберта на беспорядок в квартире Коломейцевой. Подружка, хотя и была невероятной чистюлей, борьбу с хаосом в квартире почти всегда проигрывала, хотя и очень переживала по этому поводу.

Разговаривая с Робертом, я между делом, ходила по комнате, совершенно не представляя, что следует искать. Прав, прав был Курьянов: как оперативный работник я полный ноль.

Штор на окне не было — только старая, явно привезенная владельцем квартиры, выцветшая и местами порванная тюль. Девчонки бы такое не купили…Хотя…они могли вполне прихватить их с прошлого места жительства.

Поморщившись от этой плохой мысли, я неожиданно для себя обратила внимание на черную сумочку, небрежно приткнутую на подоконнике.

— Ты что? — спросил Роберт, заметив, что я напряглась.

— Сумка, — кивнула я в сторону окна.

— А что с ней?

— Она не подходит.

Немец выразительно закатил глаза.

— То есть она тебе совершенно не нравится.

— Нет, напротив. Я около месяца облизывалась на эту сумку. Но цена была заоблачная. И хотя зарплата секретарши в Картрене выгодно отличается от зарплаты помощника судьи, не думаю, чтобы и Раиса могла себе её позволить. К тому же, если судить по разбросанным вещам, девушка предпочитала магазины средней категории.

— Ты меня удивляешь, — выдержав паузу, выразительно поднял бровь Роберт. — Умница, красавица, оказывается ещё и в моде разбирается.

— Да ну тебя, — отмахнулась я, продолжив движение по комнате. Роберт рассмеялся.

— Тебя зацепила такая мелочь?

— Да. — Я нерешительно остановилась. — Просто непонятно: эта сумка стоит дороже, чем вся вместе взятая обувь девушки, — решив не обращать внимание на явную иронию Роберта, продолжила я. — Так обычно не поступают: не станет девушка, которая носит недорогие белорусские сапоги, тратить уйму денег на брендовую итальянскую сумку. В этом нет никакой логики.

— Это мог быть подарок, — пожал плечами Роберт.

— Мог, — согласилась я. — Но от кого?

— От хахаля её, от женатика.

— Тогда очень интересно следующее: её парень что, за всё время отношений сделал только один подарок? Или остальные были значительно дешевле? Тогда почему этот дороже? На прощальный подарок сумка, согласись, не тянет.

— Далась тебе эта сумка. Мало ли кто мог её подарить: девчонки на работе скинулись в честь дня рождения, из хахаля при случае вытрясла…Тот провинился и должен был раскошелиться.

— Ты можешь себе представить мужика, который, провинившись, пойдёт выбирать сумку? Ну, украшения ещё куда не шло…

— У неё могла быть аллергия на золото, или у парня пунктик насчёт дорогих аксессуаров. Да мало ли что…

Роберт, конечно, был прав. Чего я прицепилась к этой мелочи?

Меня учили, что всегда надо искать простое логическое решение. И если его нет — значит, ищешь плохо или ищешь не там.

Чтобы не придумывать много разных версий, я решила ещё раз расспросить Ольгу. Но не сейчас, когда в квартире маячит Немец и его ребята.

Словно почувствовав, что я о нём думаю, Роберт резко обернулся в мою сторону.

— Ты выяснил, что хотел? — спросила я, стараясь не выказать своего интереса.

— А ты куда-то торопишься?

— Хотелось бы сегодня попасть домой. Если это, конечно, возможно.

— Какие пошли вежливые девушки, — покачал головой Роберт.

Ученые, мысленно поправила я Кауфмана.

— Делать здесь больше всё — равно нечего, — хмыкнул Роберт. — Поехали, отвезу тебя домой.

Я хотела было отказаться: на улице пусть уже не день, так и не глубокая ночь: транспорт ходит исправно (насколько это возможно в нашем городе), так что добраться до дома я вполне могла бы и сама на общественном транспорте.

Я открыла рот, чтобы сказать это Роберту, но вовремя вспомнила про отсутствие денег. Когда Никита утаскивал меня из дома, захватить заодно ещё и сумку он как — то не догадался. Интересно, он дверь — то входную хотя бы запер? — запоздало заинтересовалась я. Отсутствие ключей меня не расстраивало: запасной комплект висел в прихожей дяди Васи, соседа по подъезду. А вот если Кольцов не позаботился захлопнуть входную дверь…