Обманутая - Рина Дейн

Когда девушки подошли к подъезду, Олеся заметила Эрика. Он стоял у двери, что-то печатал в телефоне и хмурился. Стоило ему увидеть Олесю, как губы расползлись в улыбке, а телефон был убран в карман куртки.

– До завтра, Олеся, – улыбнулась Людочка, бросив быстрый взгляд на Эрика. Кивнув, он взял Олесю за руку и повел внутрь.

Эрик поцеловал Олесю в щеку, завел в квартиру и закрыл дверь на ключ. Олеся хотела спросить, зачем он ждал ее у подъезда, но язык не поворачивался.

– Я разогрел ужин. Накрой на стол, пожалуйста. – Олеся переодевалась, хотела успеть все до того, как Эрик вернется в спальню. Олеся смутилась и попыталась поскорее накинуть на обнаженное тело кофту, что рассердило Эрика.

Они ужинали в абсолютной тишине. Лишь время от времени Эрик начинал разговор, но Олеся никак не поддавалась и бросала в ответ лишь сухие фразы. Злясь и на себя, и на нее, Эрик вскоре сам замолчал и перестал говорить. Лишь внимательно следил за тем, чтобы Олеся ела и вела себя допустимо.

– Пошли в спальню, – он обнял ее сзади за талию и прижался грудью к ее спине.

– Я еще не домыла, – она мыла посуду, и уходить сейчас с Эриком было последним, чего Олеся хотела.

– Помоем утром. Я домою. Завтрак на мне, я же первым обычно просыпаюсь, – наклонив голову, он коснулся губами ее шеи.

– Я могу домыть сейчас. Всего несколько минут.

– Тогда я начну здесь, – ответил Эрик, опуская руки ниже. Олеся вжималась в столешницу, стараясь не показывать страха перед Эриком. Когда-то ей нравилась близость с ним, а сейчас она страшилась лишь одной мысли о возможном поцелуе.

Сорок четвертая глава

Следующие пару дней Олеся старалась вымолить у Эрика телефон, а тот всегда переводил тему разговора. Эрик по-прежнему продолжал контролировать каждый ее шаг. Дома всегда был рядом, незаметно провожал на работу, через Остроухову наблюдал за Олесей и встречал около подъезда каждый вечер. Дошло до того, что Эрик не выпускал Олесю одну в магазин, хотя прежде такой проблемы не было. Раньше он доверял ей, а теперь боялся, что она убежит от него.

Все повторялось. Эрик просыпался первым, готовил завтрак и подсыпал дозу лекарства в ее порцию, Олеся в очередной раз съела все до последней крошки, а после со слезами на глазах вставила в рот два пальца, вызвала рвоту и очистила желудок. Раньше такого не было. Раньше она верила Эрику и позволяла кормить себя, а теперь боялась, что он ей что-то подсыплет или отравит.

– Мне нужен мой телефон, – попросила Олеся, собираясь на работу.

– Зачем он тебе? – В его голосе были слышны непонимание, злость и пренебрежение. Еще никогда раньше Эрик так не разговаривал с ней.

– Почему ты не можешь просто отдать мне его? – Карие глаза с карамельным отливом буравили взглядом голубые и ледяные, холодные как самый большой айсберг.

– Потому что мне не нравится, как ты себя ведешь со мной.

– Я веду себя так, как всегда. Как раньше.

Она старалась. Ведь и правда старалась. Не спорила с ним уже несколько дней, не ругалась и позволяла целовать себя и делать с телом все то, чего желал Эрик. Он желал, а она покорно терпела. Не возникала, не пререкалась. Была покладистой, изображала из себя преданную и любящую девушку.

– Я подумаю. Вечером, – кивнул Эрик.

Олеся злилась на себя и на свою беспомощность. Злилась, что не могла ничего найти и доказать Эрику, кто из них двоих прав.

Сегодня впервые за долгое время Эрик не встречал Олесю после работы. Его задержал начальник, и Эрик лишь надеялся на то, что за эти полчаса ничего не случится. И его надежды оправдались. К его возвращению Олеся была дома. Она успела проверить папки в шкафах, но обнаружить что-то новое не удалось. Олеся каждый раз вспоминала о машине Эрика, которая стояла под окнами, но постоянно не могла найти от нее ключей. Да и сам Эрик редко ездил на ней. Воспоминания о том ноябрьском дне, когда все началось, были еще свежи.

– Ты подумал? Подумал о телефоне? – неуверенно пробормотала Олеся, слегка нервничая.

В последнее время нервы были ни к черту. Виной всему был постоянный стресс из-за отношений с Эриком. И из-за неизвестности.

– Подумал. Я отдам его, если ты перестанешь вести себя странно.

– Что я не должна делать?

– Просто веди себя так, как и всегда.

– Я стараюсь вести себя так, как всегда себя вела.

Олеся совершенно не понимала, что Эрик имел в виду. Она ведь все делала так, как он хотел. Была той Олесей, которую он хотел.

– Старайся лучше. И все будет хорошо.

– Я стараюсь, – прошептала она, опуская голову и зарываясь пальцами в волосы.

Так сильно хотелось схватить ножницы и отрезать их под корень до порезов и крови. Чтобы остались шрамы, а не эти злополучные волосы, которые так любил накручивать на тонкие пальцы Эрик.

– Ну же. Успокойся, – он поднялся из-за стола, подошел к Олесе и обнял ее сзади. Прижался грудью к ее дрожащей спине. – Я люблю тебя. И то, что я вижу тебя такой, причиняет мне боль.

Его сердце сжималось из-за того, что он видел ее настоящую. И эта Олеся была вовсе не той, которая еще недавно делила с ним мгновения. Эта девица, сидящая перед ним и доводящая себя до очередной истерики, была неплохой актрисой, которую Эрик тоже любил. Хоть и не так сильно, как ту – красивую и улыбчивую Олесю Чеховскую.

Для Эрика Есения Чехова умерла в той автокатастрофе и больше не воскреснет. Все воспоминания о ней стерты, а какие-то доказательства ее существования и документы по-прежнему вшиты в заднее сиденье автомобиля Эрика. В машине, которая каждый день стояла под их окнами и в которую никак не могла попасть Олеся.

Сорок пятая глава

Следующий день ничем не отличался от предыдущих. Олеся старательно играла роль любимой девушки, а Эрик делал вид, что верил ей. Хотя на самом деле от ее лжи его уже воротило. Но Эрик терпел. Смирился с тем, что иначе в их жизни уже ничего не будет. И Олесе в любом случае нужно время, чтобы ко всему привыкнуть.

После ночи, которую Олеся бы без промедления вычеркнула из памяти, ей хотелось лишь одного – вернуться к прошлому вечеру и сказать «нет». Твердо и четко, чтобы Эрик понял ее искренние чувства. Но Олеся не смогла. Покорно лежала на кровати