Лорен Хендерсон - Слишком много блондинок

Она улыбнулась мне, ее искусственно подтянутое накрашенное лицо контрастировало с дружелюбным характером. Волосы ее были взбиты в высокую прическу, как для приема. Было очевидно, что их немного, однако соответствующие пряди были разделены каким-то суперлаком, эффективным как клей. Я подумала, что она с ним делает ночью. Лак выглядел так, словно смыть его можно было только каким-то промышленным растворителем.

Я почувствовала себя обязанной оказать гостеприимство.

- Выпьете чаю? - спросила я в надежде, что они откажутся. Я была уверена, что скормила весь сахар сержанту.

Предложение было принято с восторгом. Фелиция, антрополог, заплодировала, словно я только что выполнила какой-то необычный фокус и обратилась к супругам Эшли:

- А что я говорила! Традиция есть традиция! Это их национальный напиток. Когда я захожу в галерею, Дугги всегда вежливо предлагает мне чашку чая! – Ослепительно улыбнулась мне. - Нет, сердечно благодарю.

Эшли тоже отказались. Я взглянула на Дугги. Стоял под статуей, слегка склонив голову на бок, он также был одет, как на прием; даже цепочка к часам была та же самая. Несомненно, чувствовал себя свободно в твидовом пиджаке и фланелевых брюках - Фелиция назвала бы это, по-видимому, классическим английским нарядом джентльмена. Дугги, наверно, обращал внимание на ее слова. У меня создалось впечатление, что это их стиль жизни.

- Вещь! - сказала Фелиция, проследив за моим взглядом. Сделала несколько шажков в сторону мобилы, ее движения ограничивала короткая, облегающая юбка. За ней шла Бетти Эшли, но Джим остался на месте. Я уже давно признала в Джиме умного парня, со своего места он видел статую во всем величии и не рисковал повредить затылок.

Еще не были смонтированы провода, которые поддерживали экспозицию, но и так в тот день не дуло, поэтому она не могла двигаться. Дугги отстранился немного и прищурил глаза с миной знатока. Штанины его брюк потирались одна о другую – неизвестно, почему я сцепила зубы. Ужас. Я уныло огляделась вокруг в поисках пустой бутылки водки; мне не удавалось вспомнить, то ли я выбросила ее в мусор, то ли она всеэто время лежит неподалеку от дивана, вопя «алкоголичка». Я не видела ее с того места, где стояла, но не хотела шелохнуться и тем самым обратить на себя внимание.

Вдруг меня едва не свалила с ног волна смущения - четверо людей присматривались к моей статуе в полной тишине. Я чувствовала себя так, словно сама там висела, на цепи, голая, а они все критически смотрели на меня. Что эти кандидатки в Мисс Красавица советовали себе в такой ситуации?

Дугги вдохнул воздух и выпустил его со свистом через защемленные зубы. Видимо это был какой-то сигнал для Фелиции, которая бросила на него долгий взгляд и обратилась к Бетти:

- Мощно, правда? Называется Неоткрытая Планета. Я люблю это ощущение неизведанного. Ты чувствуешь это возбуждение, сопровождающее каждое открытие, что-то такое, как комета, сотворенная из безграничного, черного пространства, которая кружится в пустоте, ожидая, что ее найдут...

Говорила она еще долго в подобном стиле. Я попробовала ее слушать, чтобы не уползти от стыда под диван. Может, я нашла бы там бутылку из-под водки? По ошибке я перехватила взгляд Эшли - взгляд, абсолютно непроницаемый. Бетти молча кивала головой, вслушиваясь в рапсодию Фелиции. Ее прическа переносила этот вид сотрясения без особых проблем. Каштановая шевелюра Фелиции тоже казалась невозмутимой. На Бетти были брюки, сшитые на заказ, и шелковый свитер. К этому прилагались бежевый плащ и лакированные, белые спортивные ботинки. Эффект был на самом деле шизофреничен.

- Джим, милый, - позвала его жена. - Подойди сюда и посмотри, хорошо?

Мужчина подошел, конечно, к столику и встал над набросками Дочки Вещи, скрестив руки на груди. Дугги лучезарно улыбнулся мне. Джим вел себя так невозмутимо, что трудно было разгадать, что он на самом деле думает.

- В какой стадии находится этот проект? – спросил он. - Ближе к концу, или в начале?

Я откашлялась. Наверно, наступил момент, когда должна была принять сторону Фелиции, но я не могла этого сделать. Ни за какие сокровища мира.

- Это вообще-то не изменится, - ответила я уныло. - Только будет больше, - прибавила я, потому что как раз вспомнила, как сильно впечатлили Фелицию мобилы внушительных размеров. - Намного больше.

Дугги кивал головой.

- Прекрасно, милочка. Ты не хочешь очень много менять. Слишком много суматохи. Можно, я посмотрю эскизы, милочка?

Без предупреждения он подошел к столику и внимательно начал разглядывать рисунки, которые Фелиция укладывала в данный момент в аккуратную стопку. Я с ужасом увидела, что пустая бутылка из-под водки лежит как раз посреди стола, совсем рядом с местом, где он встал. Дугги вытянул руку и установил ее в вертикальное положение. Я перехватила взгляд Джима Эшли. Иллюзий у меня не было – он саркастически улыбался. Злобный тип.

- Хорошо, - отозвалась Фелиция. - Мы увидели все, что хотели посмотреть, не так ли? – Обратилась она к Эшли.

- Это, в самом деле, прекрасно, - ответила Бетти. - И необычно. Хоть сам Господь Бог знает, где это можно повесить, если не найдется столько места, сколько есть здесь.

- Ты не говорила часом об ужине, Фелиция? - спросил неожиданно Джим. – Может, Сэм могла бы к нам присоединиться, и мы тогда бы все между собой обсудили.

Фелиция бросила на меня твердый взгляд. Отказ не входил в ее планы. Я ответила, что с удовольствием приду, и услышала, что должна буду делать ставки в Л’оранж в восемь. Я захлопала глазами. Неужели придется гладить? Расточая улыбки, все отправились в коридор. Дугги замешкался на минуту.

- Милочка, я думаю, что ты могла бы это продать, – сказал он. - Но вряд ли ты имеешь представление, какую цену требовать. То есть реальную цену.

- Господи, – прошептала я, чувствуя, как меня охватывает паника.

Дугги предусмотрел такую реакцию.

- Не волнуйся, для этого здесь я. Нужно поговорить о презентации. Может, заскочишь завтра в галерею около двенадцати, и мы просмотрим бумаги. Ты знаешь, где это, правда?

Я кивнула головой. Ни на что большее я не могла осмелиться. Он послал мне поцелуй и продефилировал к двери.

- Тогда до вечера, милочка.

Я удивленно наблюдала за ними. Потом снова повернулась и огляделась с интересом. Казалось невозможным, чтобы кто-нибудь хотел это купить. Я, в конечном счете, совсем не мечтала о продаже. Мы многое вместе пережили, и я чувствовала себя так, словно предала подругу. Статуя покачивалась в воздухе, мощная как обычно, но в этот раз решительно враждебно настроенная. Так мрачно она не выглядела с момента рождения. И как-то я не стремилась к тому, что произошло. «Неоткрытая Планета» Бетти Эшли.